Сенсация

В кабинете Валентино всегда пахло приторно-сладким дымом, дорогим парфюмом и страхом. Этот коктейль запахов Чарли Морнингстар всегда находила тошнотворным, но сегодня он казался особенно удушающим. Она стояла перед массивным столом из красного дерева, сжимая кулаки так сильно, что когти впивались в ладони.

Напротив неё, развалившись в кресле, сидел сам Оверлорд. Его четыре руки жили своей жизнью: одна держала дымящуюся сигариллу, другая лениво перелистывала страницы старого, потрепанного пергамента, а остальные две покоились на подлокотниках.

– Дорогая Чарли, – пропел Валентино, выпустив в её сторону облако розового дыма. – Ты же знаешь, как я ценю твой энтузиазм. Твой «Отель» — это такая милая, наивная затея. Но бизнес есть бизнес.

– Энджел не пойдёт сегодня на съёмки, Вэл, – твёрдо сказала Чарли, стараясь, чтобы голос не дрожал. – У него был тяжёлый день, и по нашему соглашению...

– О, именно об этом я и хотел поговорить! – Валентино резко подался вперёд, его глаза-экраны зловеще блеснули. – Соглашение. Видишь ли, принцесса, я перечитал контракт нашего общего друга. Знаешь, мелкий шрифт — это такая забавная штука. В тринадцатом пункте подпункта «Б» сказано, что в случае «производственной необходимости» владелец контракта имеет право привлечь к съёмкам любое лицо, находящееся в тесном контакте с имуществом... то есть с Энджелом.

Чарли нахмурилась, чувствуя, как внутри закипает праведный гнев.

– И что это значит?

– Это значит, – Валентино хищно оскалился, – что у Энджела огромный долг по часам. И если ты не хочешь, чтобы я прямо сейчас стёр его в порошок за нарушение условий, тебе придётся помочь ему отработать этот долг. Лично.

В дверях кабинета показался Энджел Даст. Он выглядел бледнее обычного, его плечи были поникшими, а в глазах читался настоящий ужас.

– Вэл, не надо, – прошептал он, его голос сорвался. – Она здесь ни при чём. Я сделаю всё, что хочешь, только оставь её в покое.

– Заткнись, Энджи! – рявкнул Валентино, и Энджел невольно вздрогнул, втянув голову в плечи. – Сегодня у нас особенный сценарий. «Падшая принцесса и её порочный паук». Это принесёт такие просмотры, о которых ты и мечтать не смел. Либо Чарли входит в кадр, либо... ну, ты знаешь, что бывает с теми, кто рвёт контракты в Аду. Твоя душа буквально сгорит у неё на глазах.

Чарли посмотрела на Энджела. Тот едва заметно покачал головой, одними губами умоляя её уйти. Но принцесса Ада не могла позволить своему другу страдать. Если это была цена его безопасности на сегодня, она была готова её заплатить.

– Хорошо, – выдохнула она, чувствуя, как сердце падает в пятки. – Что я должна делать?

– Вот это настрой! – Валентино хлопнул в ладоши. – Идёмте в студию. И помните: я хочу страсти. Я хочу грязи. Я хочу, чтобы каждый демон в Аду, глядя на это, забыл, как дышать.

Студия была залита неоновым светом. Камеры уже были нацелены на огромную кровать, застеленную чёрным шелком. Энджел стоял в стороне, нервно перебирая пальцами. Когда Валентино велел им занять места, паук подошёл к Чарли и тихо прошептал:

– Чарли, ты не обязана. Это... это мерзко. Я справлюсь, просто уходи.

– Всё в порядке, Энджел, – она коснулась его руки, пытаясь улыбнуться, хотя её губы дрожали. – Мы просто... мы просто сыграем роль. Как в театре.

– Только в этом театре не бывает счастливых финалов, – горько усмехнулся он.

Валентино устроился в режиссёрском кресле, поправляя свои очки.

– Итак, сцена первая! Принцесса решает навестить своего любимого грешника и... поддаётся искушению. Энджел, детка, начни. И побольше пошлости! Я хочу видеть, как ты развращаешь эту святошу.

Энджел медленно приблизился к Чарли. Его движения были скованными, но под пристальным взглядом Валентино он заставил себя расслабиться. Он положил две руки ей на талию, а другими двумя мягко коснулся её лица.

– Прости меня, – едва слышно выдохнул он, прежде чем его голос изменился на профессионально-томный. – О, принцесса... вы зашли слишком далеко в это тёмное место. Не боитесь, что я научу вас плохим вещам?

Чарли сглотнула. Она никогда не была в такой ситуации. Её лицо залил густой румянец.

– Я... я пришла помочь тебе, – произнесла она по сценарию, который Валентино надиктовывал на ходу.

– Недостаточно жарко! – закричал Валентино, вскакивая с места. – Энджел, лапай её! Чарли, выгнись, чёрт тебя дери! Ты должна хотеть его так, будто от этого зависит твоя жизнь!

Энджел притянул Чарли ближе, прижимая её тело к своему. Он чувствовал, как она дрожит. Чтобы спасти ситуацию и закончить это быстрее, он перешёл в наступление. Его руки начали бесстыдно блуждать по её спине, спускаясь ниже, а губы прижались к её шее.

– Ты такая нежная, Чарли, – прошептал он, и в его голосе смешались фальшивая страсть и настоящая боль. – Тебе не место в Офисе, тебе место здесь, со мной... в этой грязи.

Чарли судорожно вздохнула, когда его пальцы начали расстёгивать верхние пуговицы её красного пиджака. Свет софитов слепил глаза, а смех Валентино на заднем плане звучал как скрежет металла по стеклу.

– Да! Вот так! – ликовал Оверлорд. – Принцесса, не стой как столб! Коснись его! Почувствуй его! Покажи всем, какая ты на самом деле шлюха в глубине души!

Чарли зажмурилась. Она представила, что это просто страшный сон. Она положила руки на широкие плечи Энджела, чувствуя под пальцами его мягкую шерсть. Она заставила себя придвинуться ещё ближе, имитируя страстный поцелуй в ключицу.

– Ты... ты принадлежишь мне, – выдавила она из себя слова, которые казались ей чужими и липкими.

Энджел повалил её на шелковые простыни, нависая сверху. Его глаза встретились с её глазами. В них не было похоти — только бесконечная усталость и извинение. Он знал, что делает ей больно, но тихий щелчок пальцев Валентино напоминал о невидимых цепях на его запястьях.

– Покажи мне всё, – прорычал Энджел, срывая с неё пиджак. – Покажи мне, как принцесса Ада умеет грешить.

Камеры жужжали, фиксируя каждое движение, каждый вынужденный стон и каждое прикосновение. Валентино требовал всё больше и больше: больше наготы, больше откровенных поз, больше грязных слов.

Чарли чувствовала, как её достоинство медленно рассыпается в прах под этими огнями. Но каждый раз, когда она видела страх в глазах Энджела, она находила в себе силы продолжать. Она позволяла его рукам исследовать своё тело, позволяла его губам оставлять следы на своей коже, стараясь абстрагироваться от реальности.

– Великолепно! – крикнул Валентино спустя бесконечные полчаса. – Снято! Это будет хит!

Как только свет погас, Энджел мгновенно отпрянул от Чарли. Он схватил её пиджак и набросил ей на плечи, закрывая от сальных взглядов съёмочной группы.

– Уходи, – быстро прошептал он, помогая ей подняться. – Беги отсюда, Чарли. Пожалуйста.

Чарли дрожащими руками застегивала пуговицы. Её волосы были спутаны, а на щеках горел стыд. Она посмотрела на Валентино, который с довольным видом пересматривал отснятый материал на мониторе.

– Мы закончили? – спросила она, и её голос был холодным, как лёд.

– На сегодня — да, – не оборачиваясь, ответил Валентино. – Ты была на удивление хороша, принцесса. Может, сменишь профессию? У меня всегда найдётся место для таланта.

Чарли ничего не ответила. Она схватила Энджела за руку и потянула за собой к выходу. Паук не сопротивлялся.

Они вышли на грязную улицу Пентаграмм-Сити. Холодный воздух Ада немного привёл Чарли в чувство. Она остановилась и прислонилась к стене здания, тяжело дыша.

– Чарли... – Энджел остановился рядом, не решаясь коснуться её. – Мне так жаль. Я никогда не хотел, чтобы ты видела это... чтобы ты была частью этого.

Чарли подняла на него глаза. В них стояли слёзы, но она не дала им упасть.

– Он не тронет тебя больше сегодня? – спросила она.

– Нет, – Энджел покачал головой. – Он получил, что хотел. Этот ролик... он принесёт ему миллионы. Он оставит меня в покое на пару дней.

– Значит, это того стоило, – она попыталась улыбнуться, но вышло жалко.

– Нет, не стоило, – Энджел вдруг обнял её всеми четырьмя руками, крепко прижимая к себе. – Ничто в этом грёбаном мире не стоит того, чтобы ты так унижалась. Ты лучшая из нас, Чарли. И то, что он заставил тебя сделать... это худший грех, который я когда-либо видел.

Они стояли в тени переулка, два сломленных существа в мире, который не знал пощады. Чарли уткнулась лицом в пушистую грудь Энджела и наконец позволила себе заплакать.

– Мы вытащим тебя оттуда, Энджел, – прошептала она сквозь рыдания. – Я обещаю. Я найду способ разорвать этот контракт. Чего бы мне это ни стоило.

Энджел Даст ничего не сказал. Он просто гладил её по волосам, глядя на розовый неон студии Валентино, который продолжал светить над ними, как незаживающая рана на теле Ада. Он знал, что сегодня что-то внутри Чарли надломилось, и ненавидел себя за то, что стал тому причиной. Но в то же время, в глубине его измученной души, крохотная искра надежды вспыхнула чуть ярче. Потому что если принцесса Ада была готова пройти через ад ради него, то, возможно, спасение действительно было возможно.