Второй шанс

Прохладный воздух священного пространства, где проходил Вальпургиев пир, был пропитан запахом магии и осевшей пыли после недавней потасовки. Клейман, этот самовлюбленный кукловод, наконец-то прекратил свое существование. Его душа была поглощена, а интриги рассыпались в прах перед лицом подавляющей мощи истинного Повелителя Демонов.

Римуру Темпест стоял в центре зала, поправляя свой новый наряд. Внутри него бушевал вихрь эмоций, который он старательно скрывал за маской спокойствия. Сиэль, его верный партнер и наставник, тихо бодрствовала в глубинах его сознания.

— «Все прошло согласно расчету, мастер», — раздался в голове спокойный, почти механический, но такой родной голос. — «Ваша сила теперь официально признана Октаграммой».

— Да, Сиэль, ты права, — мысленно ответил Римуру, глядя на то, как другие Повелители Демонов начинают расходиться или обсуждать новые границы влияния. — Но меня беспокоит не это.

Его взгляд невольно метнулся к розововолосой девушке, которая только что закончила притворяться марионеткой. Милим Нава. Самая древняя, самая сильная и самая... одинокая.

В прошлой временной линии, которую Римуру помнил до мельчайших подробностей, их отношения всегда балансировали на грани «лучших друзей». Римуру считал её капризным ребенком, вечным двигателем хаоса, и когда перед самым прыжком в прошлое она, глядя ему в глаза, прошептала слова любви, он просто отшутился. Он думал, что это очередная игра.

— «Её чувства были подлинными на 100%», — напомнила Сиэль, словно прочитав его мысли. — «В этот раз вы не имеете права на ошибку, если хотите изменить будущее».

Римуру глубоко вздохнул. Он вернулся в тот день, когда встретил Вельдору, прошел через битвы с орками, Хинитой и Клейманом, сохраняя в себе мощь божественного уровня, но стараясь не нарушать ход истории слишком сильно. Однако в вопросах сердца он решил быть честным.

– Эй, Римуру! – Милим буквально подлетела к нему, её глаза сияли, а на лице играла привычная широкая улыбка. – Мы их уделали! Видел, как я притворялась? Я заслужила лучшую порцию меда в Темпесте, верно?

Римуру улыбнулся, глядя на неё. Сейчас она выглядела как обычно — беззаботной и шумной. Но он знал, что скрывается за этой маской.

– Ты была великолепна, Милим, – мягко сказал он, подходя ближе. – Твой артистизм ввел в заблуждение даже меня... почти.

Милим надула губы, упирая руки в бока.

– Только «почти»? Ну ты и зануда! Но ладно, сегодня я добрая. Пойдем, там Гай открывает какие-то элитные запасы нектара, нам нужно отпраздновать!

Она схватила его за руку, собираясь потащить к столам, но Римуру не сдвинулся с места. Его хватка была нежной, но твердой. Милим остановилась и обернулась, удивленно вскинув брови.

– Римуру? Ты чего?

– Милим, давай отойдем на балкон? – предложил он, понизив голос. – Мне нужно сказать тебе кое-что важное. Без лишних ушей.

Милим на мгновение замерла. Её интуиция, обостренная веками сражений, подсказала ей, что тон друга изменился. В нем не было привычной покровительственной мягкости «старшего брата». Там было что-то другое. Тяжелое, искреннее и пугающее.

– Ладно... – пробормотала она, внезапно растеряв весь свой задор.

Они вышли на открытую террасу, нависшую над облаками. Отсюда открывался вид на ночное небо, усыпанное звездами, которые казались здесь намного ближе, чем в центральных землях. Ветер трепал длинные волосы Милим, и в этот момент она выглядела не как разрушительная сила природы, а как хрупкая девушка.

– Клейман мертв, – начал Римуру, глядя на горизонт. – И я знаю, что ты злилась на него не только из-за того, что он пытался тобой манипулировать. Ты злилась, потому что он посмел угрожать тому, что тебе дорого.

– Этот червяк получил по заслугам, – фыркнула Милим, стараясь вернуть себе уверенный вид. – Никто не смеет трогать моих друзей.

– Милим, посмотри на меня, – попросил Римуру.

Она нехотя повернула голову. Римуру сделал шаг вперед, сокращая дистанцию. В его глазах, которые обычно светились добротой, сейчас отражалась мудрость существа, прожившего тысячи лет и видевшего конец света.

– Я долго вел себя как дурак, – тихо произнес он. – Я считал, что понимаю тебя, но на самом деле я видел только поверхность. Я думал, что ты ищешь только развлечений и вкусной еды.

Милим отвела взгляд, её пальцы нервно теребили край одежды.

– А разве это не так? Мне весело с тобой, Римуру. Ты лучший из всех, кого я встречала за последние сотни лет.

– Это так, – согласился он. – Но это не всё. Сиэль сказала мне... точнее, я осознал одну вещь. Прости, что я был так слеп раньше. В той... в другой жизни я не ответил тебе.

Милим резко вскинула голову, её зрачки сузились.

– О чем ты говоришь? Какой другой жизни?

Римуру понял, что чуть не проговорился о перемещении во времени, но сейчас это не имело значения. Он не собирался лгать ей.

– Неважно, как я это узнал, Милим. Важно то, что я чувствую сейчас. Ты всегда была рядом. Ты защищала меня, даже когда я об этом не просил. Ты доверила мне свое одиночество.

Милим молчала, её дыхание участилось. Она почувствовала, как пространство вокруг Римуру начало вибрировать от его истинной ауры — ауры, которая по мощи не уступала её собственной, а возможно, и превосходила.

– Римуру, ты... – она запнулась, её голос дрогнул. – Ты ведь понимаешь, что я Повелитель Демонов? Я — Тиран Небес. Со мной нельзя просто «играть в дружбу». Если я привязываюсь к кому-то, это навсегда.

– Я знаю, – он улыбнулся, и эта улыбка была полна такой теплоты, что Милим почувствовала, как в груди становится тесно. – И я не собираюсь играть.

Милим сделала глубокий вдох, словно прыгая в бездну. Все те чувства, которые она подавляла, боясь разрушить их хрупкую связь, внезапно вырвались наружу.

– Тогда слушай! – выкрикнула она, и её аура на мгновение вспыхнула розовым пламенем. – Ты мне нравишься, Римуру! Не как союзник, не как «лучший друг», а по-настоящему! Я люблю тебя так сильно, что готова уничтожить этот мир, если с тобой что-то случится! И мне было больно, когда ты смотрел на меня как на ребенка!

Она замолчала, тяжело дыша, ожидая смеха или вежливого отказа. Её сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышно во всем замке.

Римуру не рассмеялся. Он подошел вплотную и аккуратно взял её лицо в свои ладони. Его руки были прохладными, но прикосновение обжигало.

– Я знаю, Милим. И на этот раз я не заставлю тебя ждать ответа.

Он наклонился и мягко коснулся её губ своими. Это был короткий, почти невесомый поцелуй, но для них двоих мир в этот момент перестал существовать. Вся мощь двух истинных драконов и повелителей демонов словно слилась в одну тихую гармонию.

Милим замерла, её глаза широко распахнулись, а затем медленно закрылись. Она робко ответила на поцелуй, вцепившись пальцами в его плечи. В этот миг все её многовековое одиночество, вся пустота, оставшаяся после потери родителей и дракончика, заполнились светом.

Когда они отстранились друг от друга, лицо Милим было красным, как спелый томат.

– Ты... ты это серьезно? – прошептала она, не веря своему счастью. – Это не шутка? Не магия Клеймана?

– Клейман мертв, Милим, – Римуру нежно погладил её по щеке большим пальцем. – Это я. И я обещаю тебе: я больше никогда не оставлю тебя одну. Мы построим мир, где нам не нужно будет притворяться.

Милим вдруг всхлипнула и уткнулась лбом в его грудь.

– Дурак... какой же ты дурак, Римуру... Почему тебе потребовалось столько времени?

– Прости, – он обнял её, прижимая к себе. – Я был слишком занят тем, что пытался стать королем, и забыл, что значит быть счастливым.

– «Мастер, уровень эмоционального фона объекта 'Милим Нава' стабилизировался на отметке 'Абсолютное счастье'», — прокомментировала Сиэль. — «Поздравляю. Вы успешно исправили главную ошибку прошлого».

Римуру лишь мысленно улыбнулся. Он чувствовал, как Милим обнимает его в ответ, и понимал, что теперь всё действительно будет иначе. Он вернулся в прошлое, чтобы спасти друзей, чтобы предотвратить катастрофы, но только сейчас он понял, что его главная победа произошла не на поле боя с Клейманом.

– Слушай, Римуру, – Милим подняла голову, её глаза все еще блестели от слез, но на губах уже играла хитрая улыбка. – Раз уж мы теперь... ну, ты понял... Это значит, что ты будешь готовить мне мед каждый день?

Римуру рассмеялся, чувствуя, как тяжесть прожитых лет окончательно спадает с его плеч.

– Каждый день, Милим. И всё, что ты только захочешь.

– Тогда пошли обратно! – она снова обрела свою энергию и потащила его за руку в зал. – Я хочу объявить Гаю, что теперь ты официально мой! Пусть только попробует что-то возразить!

– Стой, Милим, может не стоит так сразу на Октаграмме?.. – попытался возразить Римуру, но его уже никто не слушал.

Глядя на её счастливую спину, он понял: в этой временной линии он не просто выживет. Он будет жить по-настоящему. И рядом с ним всегда будет та, кто ярче любого солнца.

Вальпургиев пир продолжался, но для двух существ в этом зале он стал началом новой эпохи. Эпохи, где сила измерялась не только магической энергией, но и глубиной чувств, которые смогли преодолеть само время.