Военная любовь

Съемочная площадка «Древних» погрузилась в редкое затишье. Джозеф Морган, Даниэль Гиллис, Клэр Холт и Фиби Тонкин отдыхали в перерыве между сценами, развалившись в креслах. Натаниэль Бузолик, как обычно, не выпускал из рук телефон, листая ленту ТикТока.

— Ребята, вы только посмотрите, какая девушка! — воскликнул Натаниэль, привлекая внимание коллег. — Это из России. Кажется, ее зовут Инесса. Но посмотрите на ее мужа, это же просто какой-то боевик из кино.

Актеры сгрудились вокруг маленького экрана. Первое видео началось с домашней сцены: Инесса и Кирилл сидели за столом. Кирилл, сосредоточенно глядя в телефон, машинально отпил из кружки жены, думая, что там компот. Его лицо в следующую секунду выразило такой спектр эмоций, что Джозеф не выдержал и рассмеялся.

— О, я знаю этот взгляд, — протянул Даниэль Гиллис, улыбаясь. — Когда ты ждешь сахар, а получаешь... что там было? Водка?

— Судя по его лицу — чистый спирт или что-то очень терпкое, — хихикнула Клэр Холт.

Экран сменился. Надпись гласила: «Жить с тестостероновым самцом». Инесса просто подавала Кириллу полотенце, но тот, не раздумывая, схватил ее за руку и буквально затащил в ванную. Девушка упиралась, смеялась, но сопротивление было бесполезным.

— Вау, — Фиби Тонкин приподняла бровь. — У них там кипят нешуточные страсти. Клаус Майклсон одобрил бы такую решительность.

Следующие кадры показывали их в клубе подписью «Приличные родители в субботу, когда дети у бабушки». Кирилл и Инесса отрывались на танцполе так, будто завтра не наступит никогда. Но идиллия сменилась семейным юмором: Кирилл гулял зимой с их двухлетней дочерью Алисой. Малышка медленно топала по снегу, а отец, отстав на пару шагов, серьезно махал ей рукой:

— Пока-пока! В восемнадцать будет — звони, хорошо? Все, давай, до связи. Че денег? Сама заработаешь!

— Боже, это так по-отцовски, — Клэр вытерла слезинку от смеха. — Он просто оставил ее одну в сугробе!

Лента не останавливалась. Кадры сменяли друг друга: вот Кирилл «распаковывает» Алису из розового конверта после роддома с подписью «Самая дорогая распаковка». Вот он с друзьями буквально похищает Инессу в парке, закидывает на плечо и везет в ЗАГС.

— Это русская свадьба, детка, — прокомментировал Натаниэль, когда на экране друзья жениха под приглушенный свет в ресторане сорвали рубашки и начали танцевать.

Но атмосфера видео начала меняться. Веселые домашние ролики стали перемежаться кадрами, от которых у голливудских звезд пошли мурашки по коже.

На экране появилось видео: Инесса стоит спиной, и вдруг к ней подходит парень в камуфляже, в разгрузке, с нашивками. Он только что вернулся с СВО. Когда она оборачивается и понимает, кто это, она буквально взлетает ему на шею.

— Он военный? — тихо спросил Джозеф Морган, перестав улыбаться.

— Похоже на то, — ответил Натаниэль, листая дальше.

Кадры из мирной жизни теперь казались драгоценными крупицами. Вот Кирилл в военной форме, в балаклаве и каске, где-то в лесах Украины. Надпись: «Когда мама говорила: вырастешь — гуляй где хочешь. Ну, я вырос, уже какой год гуляю в каких-то ебенях».

— Смотрите, — Даниэль указал на экран.

На видео маленькая Алиса подходила к портрету отца в рамке. Она гладила стекло и шептала: «Папа», а затем целовала изображение.

— Это разбивает мне сердце, — прошептала Фиби.

Следующее видео было шокирующим. Разведывательный дрон снял, как боец с позывным «Каспер» — в котором все узнали Кирилла — бежит по открытой местности под огнем. Надпись на экране гласила, что он на руках унес тяжелый вражеский дрон «Вампир», который приземлился из-за разряда батареи. Кирилл, невысокий, но крепкий, тащил на себе огромную конструкцию весом в 50 кг через минное поле.

— Он сумасшедший, — выдохнул Джозеф. — Или герой. Или и то, и другое.

— Слушайте звук, — попросил Натаниэль.

Из динамика полилась песня «Дрожь», а на фоне — кадры из блиндажей, танцы сослуживцев, спасенная кошка, которую Кирилл прижимал к бронежилету. «Смотря на небо, часто вспоминаю дом... когда начнется град, тут не поможет зонт. Тут мне поможет Бог и мне поможет брат».

— У них там совсем другая реальность, — заметила Клэр. — Мы здесь играем в вампиров и древние проклятия, а они живут в этом каждый день.

Видео продолжались. Инесса записывала ироничные ролики: «Когда выносишь ему мозги, зная, что он в другом городе и ни черта тебе не сделает». А потом — ответ от Кирилла. Темный парк, он уже вернулся в отпуск, и Инесса с криком убегает от него, понимая, что «пришло время отвечать за базар».

— А вот это уже серьезно, — Натаниэль открыл новостной отрывок, загруженный в профиль.

Диктор рассказывал о штурмовике с позывным «Каспер», который закинул мину в окно дома в поселке с названием Нью-Йорк, где укрылся вражеский десант. Вспышка, взрыв, и следом — кадр, где Кирилл, живой и закопченный, показывает большой палец в камеру.

— Он воюет за своих детей, — сказал Даниэль Гиллис. — Посмотрите, как они подписывают снаряды. «За Старобельск». Это же город, где пострадали мирные.

— Ребята, смотрите, финал, — Натаниэль включил последнее видео.

Кирилл на передовой, вокруг грязь, гремят разрывы. Его друг протягивает ему баллон. Кирилл нажимает на клапан, и в серое небо Донбасса вырывается густой синий дым. Кирилл срывает балаклаву, и его лицо, покрытое пылью, озаряется самой счастливой улыбкой на свете. У него будет сын.

— Это... — Джозеф Морган замолчал, подбирая слова. — Это самая сильная гендер-пати, которую я видел в своей жизни.

— Мы должны им написать, — неожиданно предложила Фиби. — Просто... я не знаю, пожелать удачи?

Натаниэль кивнул и начал быстро печатать комментарий под видео, где Кирилл танцевал в камуфляже под «Матушку Землю» после тяжелого боя.

— Знаете, что меня поражает больше всего? — спросил Даниэль, глядя на экран, где Инесса снова ругалась с Кириллом, а тот просто закидывал ее на плечо, прерывая спор. — В них столько жизни. Несмотря на войну, на разлуку, на опасность. Они не просто выживают, они любят.

— Это и есть русская душа, о которой все говорят? — Клэр Холт внимательно смотрела на фото, где Кирилл дома, в мирной одежде, кормит Алису кашей, а на вешалке за его спиной висит бронежилет.

— Наверное, — ответил Джозеф. — Это способность смеяться в лицо смерти и возвращаться домой, чтобы просто выпить компота, который оказывается чем-то покрепче.

Натаниэль отложил телефон. Съемки нужно было продолжать, но атмосфера в студии изменилась. Вымышленные драмы Майклсонов теперь казались бледными тенями по сравнению с историей Каспера и его Инессы.

— Ладно, древние, — Джозеф поднялся, поправляя костюм. — Пойдемте играть в вечность. Но помните, что где-то там, в лесах, парень по имени Кирилл делает реальность возможной для своей Алисы.

— И для своего будущего сына, — добавил Натаниэль, бросая последний взгляд на экран, где маленький шестилетний мальчик на утреннике, одетый в крошечную военную форму и балаклаву, гордо держал игрушечный автомат, стараясь быть во всем похожим на отца.

Актеры разошлись по местам, но каждый из них унес с собой образ этой далекой, непонятной, но такой живой семьи из России, где любовь пахнет порохом и домашним уютом одновременно.

— Слушай, Нат, — Даниэль притормозил коллегу у входа в декорацию. — А как переводится «Работаем, братья, 333»?

— Это значит, Даниэль, что сейчас будет очень жарко, — ответил Бузолик. — И лучше не стоять у них на пути.

В этот вечер на съемочной площадке в Атланте о России думали чаще, чем за все предыдущие годы. История штурмовика Каспера и его Инессы стала для них чем-то большим, чем просто контент из соцсетей. Это была история о том, что по-настоящему важно.

— Надежда на блиндаж... — тихо напел Натаниэль, пытаясь воспроизвести мелодию из видео. — И мне поможет брат.

Съемки начались, но эхо далеких взрывов и смех русской девочки Алисы еще долго звучали в мыслях тех, кто привык считать себя героями только на экране.