Oй

Звёздное небо Оутертейла всегда казалось Инку чем-то вечным и незыблемым. Мириады далёких солнц рассыпались по бархатному полотну космоса, переливаясь холодным серебром и мягким золотом. Обычно это зрелище успокаивало его, помогало сосредоточиться или, наоборот, позволяло мыслям улететь далеко-далеко, за пределы понимания обычных смертных. Но сегодня звёзды казались колючими. Каждая вспышка света словно напоминала о том, насколько он сейчас бесполезен.

Инк сидел на краю обрыва, свесив ноги в бездонную пропасть, заполненную космической пылью. Его верная кисть, Бруми, лежала рядом, но она была мертва. Не в буквальном смысле — дерево оставалось крепким, а щетина мягкой, — но магия, текущая сквозь неё, иссякла. Точнее, была заблокирована.

– Где же их носит... – прошептал Инк, обхватывая колени руками.

Он ждал Дрима или Блу уже несколько часов. Они договорились встретиться здесь, чтобы обсудить странную активность в нижних слоях Мультивселенной, но друзья задерживались. В любой другой ситуации Инк просто открыл бы портал и отправился на поиски, но сейчас он был заперт.

Всё началось с того неизвестного. Существо, чьё лицо было скрыто за пеленой статического шума, возникло из ниоткуда в одной из малых АУ. Инк ожидал драки, ожидал привычного обмена ударами и краской, но вместо этого почувствовал лишь ледяной холод, пронзивший его душу... ту самую пустоту, которую он так старательно заполнял красками из своих флаконов. Один жест незнакомца — и магия Инка просто... выключилась.

– Я даже не могу открыть чернильную лужу, – Инк с досадой ударил кулаком по камню. – Какой из меня хранитель, если я не могу даже сдвинуться с места без чужой помощи?

Мысли лихорадочно сменяли друг друга. Если этот «кто-то» решит напасть на какую-нибудь вселенную прямо сейчас, Инк не узнает об этом. Он не почувствует боли миров, не услышит криков о помощи. Он просто будет сидеть здесь, на краю красивой скалы, и смотреть на звёзды, пока всё вокруг рушится.

И был ещё кое-кто.

– Эррор... – Инк закусил губу.

Он обещал встретиться с Глючным в Анти-пустоте. У них был своего рода «перерыв» в бесконечной войне — странное, хрупкое перемирие, которое оба ценили больше, чем готовы были признать. Эррор ненавидел ждать. Он ненавидел, когда что-то шло не по его плану, и ещё больше он ненавидел, когда Инк «забывал» о своих обещаниях.

Но в этот раз Инк не забыл. Он помнил. И это знание жгло его изнутри сильнее, чем отсутствие магии.

– Он решит, что я над ним издеваюсь, – Инк вздохнул и посмотрел на свои ладони. – Или, что ещё хуже, решит, что я просто передумал. И тогда он пойдёт уничтожать что-нибудь из чистой злости.

Тишина Оутертейла начала давить. Инк потянулся к поясу, чтобы проверить свои флаконы. Краски были на месте, но толку от них? Без искры магии они превратились в обычный пигмент, не способный дарить эмоции или создавать материю. Он чувствовал, как внутри него медленно нарастает серость. Без возможности творить, без связи с мирами, он снова становился лишь пустой оболочкой.

– Эй! Инк! Ты здесь? – Раздался знакомый голос, полный тревоги.

Инк резко обернулся. Из яркого золотистого портала выскочил Дрим, а следом за ним, едва не сбив друга с ног, выкатился Блу.

– Слава звёздам, ты цел! – Блу подлетел к Инку и крепко обнял его, едва не задушив. – Мы так волновались! В Мультивселенной творится что-то странное, мы не могли до тебя дозвониться через коды!

– Я... я в порядке, – Инк попытался улыбнуться, но вышло криво. – Почти.

Дрим подошёл ближе, его глазницы сузились, когда он начал сканировать ауру художника. Его лицо мгновенно побледнело.

– Инк... твоя энергия. Она... её нет. Что случилось?

Инк отстранился от Блу и виновато опустил голову.

– На меня напали. Какой-то новый парень. Он сделал что-то... я не знаю, что именно, но моя магия заблокирована. Я не могу рисовать, не могу перемещаться. Я застрял здесь.

– Заблокирована? – Блу испуганно прижал руки к груди. – Но это невозможно! Ты же Хранитель!

– Оказывается, возможно, – горько усмехнулся Инк. – И пока вы не пришли, я чувствовал себя самым бесполезным существом во всех мирах. Ребята, нам нужно что-то делать. Если этот враг может лишить магии меня, то что он сделает с другими?

Дрим нахмурился, погрузившись в раздумья.

– Мы должны доставить тебя в безопасное место. Возможно, в замок или в какую-то скрытую АУ, где мы сможем изучить это состояние.

– Нет, – Инк резко встал. – Сначала мне нужно в Анти-пустоту.

Блу и Дрим переглянулись.

– Инк, сейчас не время для игр с Эррором, – мягко сказал Дрим. – Тебе нужна помощь.

– Вы не понимаете! – Голос Инка дрогнул. – Я обещал ему. Если я не приду, он... он может сорваться. Вы знаете его характер. Он подумает, что я нарушил договор. Я не могу позволить ему начать новую волну разрушений только потому, что я не явился на встречу.

– Но ты в таком состоянии! – воскликнул Блу. – Эррор же просто... он же может воспользоваться твоей слабостью!

Инк посмотрел на свои дрожащие руки.

– Он не сделает этого. Я надеюсь. Но даже если сделает... это лучше, чем если пострадают невинные миры. Пожалуйста, Дрим, открой портал. Просто доставь меня туда.

Дрим долго смотрел в пустые глазницы Инка, пытаясь найти там хоть каплю привычного безрассудства, но нашёл лишь тихую решимость и странную, несвойственную художнику печаль.

– Хорошо, – наконец вздохнул Дрим. – Но мы пойдём с тобой.

– Нет! – Инк покачал головой. – Он взбесится, если увидит вас двоих. Это должно быть... личное. Просто оставьте меня у границы и ждите неподалёку. Если через десять минут я не подам сигнал, тогда входите.

Блу хотел было возразить, но Дрим положил руку ему на плечо, призывая к спокойствию.

– Ладно, Инк. Мы сделаем, как ты просишь. Но будь осторожен. Без магии ты беззащитен.

– Я знаю, – тихо ответил Инк, подбирая Бруми. – Я это очень хорошо чувствую.

Портал в Анти-пустоту открылся с тихим шипением. Белое, ослепляющее пространство встретило их привычной пустотой. Инк сделал шаг вперёд, чувствуя, как под ногами исчезает твёрдая почва Оутертейла. Здесь, в царстве Эррора, всё казалось ещё более безжизненным, чем обычно.

– Удачи, Инк, – прошептал Блу, прежде чем портал за их спинами закрылся.

Инк остался один. Он прошёл несколько шагов вглубь белого ничто, пока не увидел знакомый силуэт. Эррор сидел в своём любимом кресле-мешке, окружённый подвешенными на нитях куклами. Он что-то ворчал себе под нос, перебирая синие струны между пальцами.

– Ты опоздал, – не оборачиваясь, проскрежетал Эррор. Его голос двоился и лагал сильнее обычного. – На сорок семь минут и тринадцать секунд, Радужный Мусор. Я уже начал думать, какую АУ стереть первой в честь твоего неуважения.

Инк остановился в нескольких метрах от него. Он молчал, пытаясь подобрать слова.

– Что, краска в череп ударила? – Эррор медленно повернулся, на его лице играла привычная издевательская ухмылка. – Обычно ты начинаешь тараторить извинения ещё до того, как портал закроется.

Глючный скелет прищурился, разглядывая Инка. Его взгляд скользнул по неподвижной кисти, по застывшим флаконам и, наконец, остановился на лице художника. Ухмылка Эррора медленно сползла, сменившись выражением крайнего недоумения, а затем — подозрительности.

– Какого... – Эррор резко встал, нити вокруг него угрожающе зашевелились. – Где твоя искра, Инк? Почему ты выглядишь так, будто тебя выстирали с отбеливателем?

– Эррор, я... – Инк сглотнул. – У нас проблемы.

– «У нас»? – Эррор сделал шаг вперёд, его глюки участились. – Нет никаких «у нас», есть только ты, пришедший сюда в виде пустой консервной банки! Что случилось? Кто посмел тронуть мою... – он запнулся, – мою любимую мишень для битья?

Инк опустил взгляд на свои ботинки.

– Я не знаю, кто это был. Но он лишил меня магии. Я не могу рисовать. Я не могу уйти отсюда сам.

В Анти-пустоте повисла тяжёлая тишина. Эррор замер, его глазницы расширились, а по коду пробежали искры ярко-красного цвета. Он медленно подошёл к Инку — так близко, что тот мог чувствовать исходящий от него жар статического электричества.

– Ты хочешь сказать, – прошипел Эррор, наклоняясь к самому лицу художника, – что ты сейчас абсолютно, полностью, окончательно... бесполезен?

Инк горько усмехнулся и посмотрел Эррору прямо в глаза.

– Да. Я просто скелет без души и без магии. Можешь уничтожить меня прямо сейчас. Это будет самая лёгкая победа в твоей жизни, Глючный.

Эррор долго смотрел на него. Его пальцы дергались, нити были готовы в любой момент обвить шею Инка и сжать её до характерного хруста. Инк не двигался. Ему было почти всё равно. Без красок мир терял смысл, а без магии он терял себя.

Внезапно Эррор издал резкий, лагающий звук, похожий на смех, и с силой оттолкнул Инка в сторону.

– Идиот! – выкрикнул Глючный, размахивая руками. – Ты думаешь, мне нужна такая победа? Убить тебя, когда ты даже сдачи дать не можешь? Это... это не по правилам! Это скучно! Это системная ошибка!

Он начал нервно ходить взад-вперед, пиная невидимые кучи мусора.

– Какой-то придурок врывается в мою игру, ломает мою главную игрушку и думает, что ему это сойдёт с рук? – Эррор обернулся к Инку, его глаза горели яростью. – Никто не имеет права портить тебя, кроме меня! Слышишь, Радужная Ошибка?!

Инк моргнул, удивлённо наблюдая за этой вспышкой гнева.

– Значит... ты не убьёшь меня?

– О, я убью тебя, – прорычал Эррор, подходя к нему и грубо хватая за шарф. – Но только после того, как мы найдём этого ублюдка и я заставлю его вернуть всё на место. А потом я вытрясу из тебя всю краску за то, что ты заставил меня ждать!

Эррор резко взмахнул рукой, открывая портал. Но это был не обычный портал — он вёл в небольшое, скрытое пространство, заполненное мягкими подушками и обрывками глючного кода.

– Иди туда и сиди тихо, – скомандовал Эррор, толкая Инка к проходу. – Если Дрим и этот синий коротышка всё ещё ошиваются снаружи, я сам с ними поговорю.

– Эррор, ты... – Инк замялся, чувствуя странное тепло где-то в районе грудной клетки, там, где обычно пустовало. – Спасибо.

– Заткнись! – Эррор отвернулся, скрывая лицо за высоким воротником куртки. – Я делаю это только потому, что не хочу, чтобы Мультивселенная стала ещё более дефектной из-за твоего отсутствия. И ни словом больше!

Инк вошёл в портал, и прежде чем тот закрылся, он успел заметить, как Эррор начал лихорадочно перебирать свои нити, готовясь к охоте. Впервые за долгое время Инк почувствовал, что, возможно, всё будет хорошо. Даже если он сейчас пуст, у него есть те, кто не позволит этой пустоте стать вечной.

Сидя на мягкой подушке в убежище Эррора, Инк прижал к себе Бруми. Он знал, что впереди долгий путь, и этот новый враг был лишь началом чего-то масштабного. Но сейчас, в этой странной безопасности, созданной его злейшим врагом, он позволил себе просто закрыть глаза и ждать.

Мир вокруг мог рушиться, магия могла исчезнуть, но связи, которые они создали — будь то дружба или вечное соперничество, — оказались крепче любого заклинания. И это была та самая краска, которую никто не мог у него отнять.