Хз

Вечер в квартире Хёнджина начинался обманчиво просто. В воздухе витал запах жареного мяса и дешёвого вина, которое они купили по дороге. Ли Минхо сидел на диване, закинув ногу на ногу, и что-то увлечённо рассказывал, активно жестикулируя. Его кошачьи глаза задорно блестели, а на губах играла та самая мягкая улыбка, от которой у Хёнджина внутри всё завязывалось в тугой, болезненный узел.

Хёнджин слушал его лишь вполовину. Всё его внимание было приковано к тому, как двигались губы Минхо, как пульсировала жилка на его шее, когда он смеялся. В голове Хвана всплывали образы последних недель: тёмная комната, холодный силикон игрушек и шепот чужого имени в подушку. Он представлял Минхо так долго и так детально, что сейчас реальность казалась невыносимо яркой.

– Эй, Хёнджин-и, ты меня вообще слышишь? – Минхо шутливо толкнул его в плечо. – Ты какой-то заторможенный сегодня.

Хёнджин медленно повернул голову. Его взгляд, затуманенный желанием и долгими месяцами подавления, впился в лицо друга. Внизу живота тянуло так сильно, что это причиняло физическую боль. Грация, с которой Хван обычно двигался, сменилась резкой, почти хищной решимостью.

– Слышу, – хрипло ответил он.

Прежде чем Минхо успел среагировать, Хёнджин подался вперёд и буквально набросился на него. Его пухлые губы с жадностью впились в рот Минхо. Это не был нежный поцелуй — это было нападение, выплеск всего того голода, который он копил внутри. Хёнджин кусал нижнюю губу старшего, проталкивал язык внутрь, стараясь заполнить собой всё пространство.

– Хёнджин... ты чего... – Минхо попытался отстраниться, его ладони упёрлись в грудь Хвана, пытаясь создать дистанцию. – Перестань, это не смешно!

Но Хёнджин был словно в трансе. Он с силой повалил Минхо на спину, нависая сверху. Его длинные тёмные волосы рассыпались по плечам, создавая завесу, отделяющую их от остального мира.

– Пожалуйста, Минхо... просто замолчи, – прошептал Хёнджин, его пальцы уже лихорадочно расстегивали ремень на джинсах старшего.

– Хван, прекрати сейчас же! – Голос Минхо дрогнул от смеси шока и нарастающей паники. – Мы же друзья, что ты творишь?

Хёнджин проигнорировал протест. Он действовал быстро, движимый инстинктами. Спустив джинсы и бельё Минхо до колен, он увидел его — уже полувозбуждённого от внезапной близости и борьбы. Это зрелище окончательно сорвало у Хёнджина предохранители. Он опустился на колени между раздвинутых ног друга.

– Нет, Хёнджин, не надо! – Минхо попытался приподняться, его руки судорожно вцепились в плечи Хвана, пытаясь оттолкнуть его голову.

Хёнджин не слушал. Он обхватил губами горячую плоть, сразу заглатывая глубоко, насколько позволяло горло. Минхо издал звук, похожий на сдавленный всхлип, и его спина выгнулась дугой. Хёнджин работал языком с неистовой страстью, обводя уздечку, посасывая головку и создавая сильный вакуум. Он использовал свои пухлые губы, чтобы ласкать каждый миллиметр, доводя Минхо до состояния шока.

– Прекрати... я прошу тебя... ах... – Минхо зажмурился, его пальцы запутались в волосах Хёнджина, но вместо того, чтобы отталкивать, он непроизвольно прижимал его голову ближе к себе.

Хёнджин чувствовал, как тело Минхо начинает мелко дрожать. Он прибавил темп, двигая головой ритмично и жадно. Горло обжигало, но он не останавливался, пока Минхо не издал громкий, гортанный стон. Первая волна оргазма накрыла старшего, и он излился прямо в рот Хёнджину. Хван проглотил всё до капли, глядя на Минхо снизу вверх затуманенным, преданным взглядом.

Минхо тяжело дышал, его лицо раскраснелось, а взгляд был расфокусирован.

– Всё... хватит... теперь точно всё, – пробормотал он, пытаясь сесть и привести одежду в порядок. – Это была ошибка, Хёнджин.

– Нет, это не ошибка, – Хёнджин перехватил его руки. Его ладони, длинные и изящные, скользнули обратно к паху Минхо.

– Хёнджин, я серьезно, отпусти! – Минхо попытался вырваться, но Хван сжал его член, который даже не успел полностью обмякнуть.

Хёнджин начал дрочить ему, используя смазку от предыдущего извержения. Его движения были быстрыми, уверенными и жесткими. Он не давал Минхо прийти в себя, не давал остыть. Свободной рукой он ласкал бедра старшего, заставляя его кожу покрываться мурашками.

– Ты же хочешь этого, я вижу, – шептал Хёнджин, наклоняясь к самому уху Минхо. – Твое тело не лжет.

– Пожалуйста... остановись... мне больно... – взмолился Минхо, хотя его голос предательски сорвался на высокой ноте.

Хёнджин снова припал губами к его члену, чередуя глубокий минет с интенсивной ручной стимуляцией. Он доводил Минхо до пика снова и снова. Едва старший успевал кончить, содрогаясь в конвульсиях и умоляя о пощаде, как Хёнджин продолжал истязать его лаской.

– Хёнджин, хватит! Я больше не могу! – кричал Минхо, его голос охрип. Слёзы выступили на глазах от переизбытка ощущений. Оргазмы следовали один за другим, выматывая, лишая сил, превращая удовольствие в какую-то сладкую пытку.

Хван был неумолим. Он словно хотел компенсировать все те месяцы, когда он представлял это в одиночестве. Он хотел, чтобы Минхо запомнил этот вечер навсегда, чтобы его запах, его вкус и его имя выжглись в памяти старшего.

– Еще раз, Минхо-я. Только один раз, – обещал он, хотя оба понимали, что это ложь.

Рука Хёнджина двигалась с невероятной скоростью. Он зажимал кольцом пальцев основание, большим пальцем ритмично надавливая на головку. Минхо метался по дивану, его руки бессильно царапали обивку. Он был полностью во власти Хёнджина, сломленный этой внезапной, агрессивной нежностью.

Когда Минхо кончил в очередной раз, его тело просто обмякло. Он всхлипывал, не в силах даже закрыть ноги. Его взгляд был устремлен в потолок, а грудь судорожно вздымалась. Хёнджин, тяжело дыша, поднялся и сел рядом, слизывая капли с пальцев.

– Ты сумасшедший, – прошептал Минхо, закрывая лицо рукой. – Ты просто больной, Хван Хёнджин.

– Я люблю тебя, – просто ответил Хёнджин, поправляя растрепанные волосы. – И я больше не мог притворяться, что мы просто друзья.

В комнате повисла тяжелая, звенящая тишина. Минхо не двигался, лишь его прерывистое дыхание нарушало покой. Хёнджин смотрел на него — на своего кумира, на своего друга, на человека, которого он только что довел до полного изнеможения. Он знал, что завтра всё изменится, что их мир, возможно, разрушен окончательно. Но сейчас, глядя на расслабленное, пахнущее сексом тело Минхо, он ни о чем не жалел.

– Уходи в душ, – наконец глухо произнес Минхо, не убирая руки от лица. – Просто уйди с глаз моих сейчас.

Хёнджин послушно встал. Его ноги немного подкашивались, а сердце всё еще бешено колотилось. Он сделал то, что хотел, но цена этой победы была еще не ясна. Уходя в ванную, он обернулся. Минхо всё так же лежал на диване, выглядя одновременно разбитым и странно… живым.

Хван закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной, сползая на пол. Его руки всё еще дрожали. Это был не конец. Это было только начало их личного ада или рая — он еще не решил.