Бывает

Субботний вечер обещал быть максимально ленивым и уютным. Кристина Солдатова, обладательница копны непослушных каштановых волос и характера, который друзья ласково (а враги — с содроганием) называли «взрывоопасным», ждала в гости Полину. План был прост: пицца, вино и обсуждение последних сплетен.

Посмотрев на часы, Кристина поняла, что у неё есть еще добрых сорок минут. Идеальное время, чтобы смыть с себя тяжесть рабочей недели. Горячая вода приятно расслабляла мышцы, а аромат вишневого геля для душа заполнил ванную комнату плотным паром.

Выйдя из ванной спустя полчаса, Кристина выглядела как ожившая карикатура на спа-процедуры: одно белоснежное полотенце туго обернуто вокруг тела, едва прикрывая бедра, второе — сооружено в виде массивного тюрбана на голове. По каплям воды, стекающим по плечам, было понятно, что она даже не успела вытереться досуха.

Раздавшийся в дверь резкий, требовательный стук заставил её вздрогнуть.

– Легка на помине, – пробормотала Кристина, шлепая босыми ногами по ламинату. – Поль, ну ты чего так ломишься? Ключи забыла?

Она даже не подумала взглянуть в глазок или на экран домофона. В её мире в субботу вечером к ней могла прийти только Полина. Кристина дернула за ручку, собираясь отвесить подруге какую-нибудь язвительную шутку про пунктуальность, но договорить не успела.

Дверь буквально влетела внутрь, едва не ударив её по лицу. Кристину мощным толчком откинуло назад, вглубь прихожей.

– Всем оставаться на местах! ОМОН! Работаем! – Громовой голос заполнил небольшое пространство квартиры, выбивая из легких остатки воздуха.

В коридор, топоча тяжелыми берцами, ворвались люди в черной экипировке, бронежилетах и масках. Кристина, ошарашенная и полуослепшая от неожиданности, вжалась спиной в шкаф-купе. Мимо неё пронеслись двое, сжимая в руках оружие. Сердце колотилось где-то в горле, а полотенце на груди предательски сползло на пару сантиметров вниз.

Страх длился ровно три секунды. Затем на смену ему пришла её верная спутница — ярость. Эти люди только что ворвались в её крепость, едва не выломали дверь и, кажется, разбили её любимую вазу в коридоре.

Когда последний из группы, замыкающий, попытался пройти мимо неё в гостиную, Кристина, не думая о последствиях и своем виде, шагнула вперед, преграждая ему путь.

– Вы что творите, идиоты?! – выкрикнула она, вскидывая подбородок.

Боец среагировал мгновенно. Видимо, сработали рефлексы, отточенные сотнями тренировок. Он не стал вступать в дискуссию. В одно движение он перехватил её тонкие запястья, рывком развернул спиной к себе и прижал к стене.

– Тихо, гражданочка! Не дергаться! – голос парня был твердым, но в нем проскользнула нотка удивления.

Кристина почувствовала холодную стену щекой и тяжесть мужского тела, придавившего её сзади. Запястья ныли от крепкого захвата. Самым обидным было то, что полотенце на голове окончательно съехало, и мокрые пряди волос теперь лезли в глаза.

– Отпусти меня, живо! – прошипела она, пытаясь лягнуть его пяткой по голени. – Я на вас в прокуратуру напишу! Вы адрес видели? Совсем ослепли в своих масках?

– Смирно, я сказал, – парень чуть усилил давление, удерживая её руки за спиной.

В этот момент из гостиной донесся растерянный голос одного из бойцов:

– Командир... тут это... пусто.

– В смысле пусто? – отозвался тот, кто держал Кристину.

– В прямом. Кухня, спальня — чисто. Никаких следов объекта. И, Саш... тут на столе пицца вегетарианская и розовые тапочки.

В прихожей повисла тяжелая, почти осязаемая тишина. Кристина чувствовала, как парень за её спиной медленно выдыхает. Напряжение в его руках ослабло, но он все еще не отпускал её.

– Пятьдесят четвертая квартира? – глухо спросил он.

– Пятьдесят три! – рявкнула Кристина, пытаясь вырваться. – Глаза разуй, спецназовец! Номер на двери для кого висит?

Парень медленно разжал руки и отступил на шаг. Кристина тут же развернулась, судорожно перехватывая полотенце на груди, которое держалось на честном слове. Перед ней стоял высокий, широкоплечий оперативник. Он уже снял маску-балаклаву, и Кристина впервые увидела его лицо.

Ему было на вид около двадцати пяти. Короткая стрижка, прямой нос и невероятно спокойные, глубокие карие глаза. Сейчас в этих глазах читалась смесь профессиональной досады и искреннего, человеческого смущения.

– Прошу прощения, – произнес он, окинув её взглядом. Его глаза на мгновение задержались на её голых плечах, покрытых мурашками, и он быстро отвел взор в сторону. – Произошла накладка. Информатор дал неверный этаж.

– Накладка? – Кристина почувствовала, как её лицо заливает краска — то ли от злости, то ли от стыда. – Вы вломились ко мне в дом, когда я была в душе! Вы напугали меня до смерти! И вы... вы чуть не раздели меня в собственном коридоре!

– Мы выполняли боевую задачу, – подал голос один из парней, выходя из комнаты и виновато пряча взгляд. – Кто же знал, что тут... это...

– Что тут живет нормальный человек, а не торговец оружием? – закончила за него Кристина. – Убирайтесь. Все. Немедленно.

Саша — так его назвал коллега — поднял руку, призывая своих парней к выходу.

– Парни, на выход. Срочно перегруппировка на этаж выше. Живо!

Бойцы, стараясь не смотреть на полуобнаженную хозяйку квартиры, быстро ретировались в подъезд. Саша остался последним. Он задержался в дверях, глядя на Кристину, которая стояла посреди прихожей, дрожа от холода и негодования.

– Еще раз извините, – сказал он тише. – Мы компенсируем ущерб за дверь, если что-то повредили.

– Дверь цела, – Кристина скрестила руки на груди, стараясь выглядеть максимально угрожающе, насколько это возможно в одном полотенце. – Но мой вечер испорчен. И если я еще раз увижу ваши маски рядом со своей квартирой, я вызову полицию.

Саша невольно усмехнулся, и эта мимолетная улыбка сделала его лицо удивительно открытым и даже симпатичным.

– Мы и есть полиция, девушка. Почти.

– Тем более! – отрезала она. – Уходите.

Он кивнул, напоследок еще раз заглянув ей в глаза, и вышел, аккуратно прикрыв за собой многострадальную дверь.

Кристина прислонилась лбом к прохладному дереву двери. Сердце все еще чечеточкой билось в ребрах.

– Сумасшедший дом, – выдохнула она.

Спустя десять минут, когда она уже успела натянуть уютный домашний костюм и вытереть волосы, в дверь снова постучали. На этот раз осторожно, три коротких удара.

Кристина подошла к двери и с опаской посмотрела в глазок. На лестничной клетке стоял тот самый Саша. Один. Без шлема, без оружия, только в своей черной форме.

Она решительно распахнула дверь.

– Опять? Вы этажом ошиблись? Пятьдесят четыре — выше!

– Нет, я знаю, – он протянул ей руку. На его ладони лежал небольшой белый предмет. – Вы выронили, когда я вас... прижал.

Это была её любимая заколка для волос с маленьким перламутровым цветком. Должно быть, слетела вместе с полотенцем.

Кристина молча взяла заколку, стараясь не коснуться его пальцев.

– Спасибо. Это всё?

Саша замялся. Вид у грозного омоновца был сейчас почти ученический.

– Слушайте... Кристина? – он кивнул на квитанцию, лежащую на тумбочке у входа, где крупным шрифтом была написана её фамилия и имя. – Я действительно виноват. Мы там, наверху, уже всех приняли, всё в порядке. Но мне неудобно за этот инцидент.

– Мне тоже неудобно, – буркнула она, чувствуя, как гнев постепенно сменяется странным любопытством. – Особенно перед стеной, к которой вы меня приложили.

– Меня зовут Александр Майоров, – он проигнорировал её колкость. – Могу я как-то загладить вину? Может, новая ваза? Я видел осколки в коридоре.

Кристина посмотрела на него внимательнее. Карие глаза смотрели прямо, без тени насмешки. В них была какая-то странная надежность, которая подкупала против воли.

– Ваза была китайской подделкой под антиквариат, – наконец произнесла она, смягчаясь. – Так что забудьте. Просто в следующий раз проверяйте номера квартир. Не все такие терпеливые, как я.

Саша коротко рассмеялся.

– Терпеливые? Вы едва не пошли на нас врукопашную в одном полотенце. У вас боевой характер.

– У меня непростой характер, – поправила она. – А теперь идите, Александр. У меня скоро подруга придет, и я не хочу, чтобы она застала здесь группу захвата.

– Понял, ухожу, – он сделал шаг назад к лифту, но вдруг остановился. – А если я приду не с группой захвата, а, скажем, с нормальной пиццей? Взамен той, что остыла, пока мы тут бегали?

Кристина на мгновение замерла. Она должна была захлопнуть дверь. Должна была сказать «нет». Но вместо этого она лишь слегка приподняла бровь.

– Вегетарианскую? – уточнила она.

– Любую, какую скажете, – серьезно ответил он.

– Я подумаю, – Кристина позволила слабой улыбке коснуться её губ. – Если найдете мой номер телефона так же быстро, как нашли мою квартиру.

– Это будет несложно, – подмигнул ей Саша.

Когда дверь закрылась, Кристина еще долго стояла в прихожей, вертя в руках заколку. Субботний вечер определенно пошел не по плану, но, возможно, это было именно то, чего ей так не хватало в последнее время.

А через пять минут пришла Полина.

– Крис, ты не поверишь! – затараторила подруга, вбегая в квартиру. – У вас тут на лестнице столько парней в форме! Прямо спецназ! Ой, а чего у тебя лицо такое красное? И почему ваза разбита?

Кристина прошла на кухню и начала доставать бокалы.

– Долгая история, Поль. Садись, сейчас расскажу, как меня сегодня «арестовывали».

Она знала, что Александр Майоров обязательно позвонит. В конце концов, такие мужчины не ошибаются дважды. А если и ошибаются, то делают это так, что их невозможно забыть.