Истины альфа

Вечерний Сеул задыхался в неоновом мареве и гуле бесконечного потока машин. В парке, вдали от главных магистралей, было чуть спокойнее, но тяжелый, липкий воздух города всё равно пробирался под одежду.

Сон Юки сидел на скамье, глубоко натянув капюшон черного худи. Его фигура — высокая, широкоплечая, с ростом в сто девяносто пять сантиметров — казалась монументальной даже в расслабленной позе. Юки был воплощением атлетического совершенства: не перекачанный, но обладающий той сухой, взрывной силой, которая присуща хищникам. Черные, как безлунная ночь, волосы были взлохмачены, а коротко выбритые виски и затылок придавали его облику дерзкий, почти опасный вид.

Он затянулся сигаретой, выпустив тонкую струйку дыма. На его шее, прямо под челюстью, темнела татуировка — знак ассасинов из его любимой серии игр. Символ тех, кто действует в тени, идеально подходил его внутреннему состоянию. В ушах тускло поблескивали черные серьги-кольца и россыпь мелких гвоздиков в хрящах.

Юки был аномалией. Сын величайшего охотника человечества, Сон Джинву, и блистательной Ча Хэ Ин, он всегда чувствовал себя лишним в этой «идеальной» семье. Его отец был альфой, но мать и старший брат Сухо родились бетами. Юки же пошел в отца, но с пугающим избытком: он был доминантным альфой, чья сила не уступала монархам. Его магия была мрачной и древней — он повелевал костями, призывал смертоносные бластеры и костяных драконов, чей рев заставлял содрогаться саму землю.

Однако дома царил холод. Отношения с родителями давно превратились в формальность. Юки рос сам по себе, скрытый за стеной безразличия. Чтобы не привлекать лишнего внимания и не пугать окружающих своей подавляющей аурой, он годами принимал мощнейшие подавители, притворяясь обычной бетой. Лишь маленькое кольцо пирсинга под нижней губой и ледяной блеск небесно-голубых глаз выдавали его истинную натуру тем, кто осмеливался смотреть долго.

Тишину парка нарушил звук торопливых шагов. Юки лениво повернул голову.

К нему приближался мужчина. Он выглядел так, словно сошел с обложки дорогого журнала: рост около ста восьмидесяти, безупречный костюм, иссиня-черные волосы и серые глаза, которые казались подведенными изящными стрелками благодаря густым ресницам. Юки сразу узнал его. Чон Ли Вон. Известный адвокат, чье имя часто мелькало в новостях. Омега. Невероятно красивый и, судя по всему, очень уставший.

Ли Вон шел быстро, уткнувшись в экран телефона, и не заметил выставленный корень старого дерева, вздыбивший плитку. Его нога соскользнула, и адвокат, охнув, начал заваливаться вперед.

Юки среагировал мгновенно. Его тело, натренированное в рукопашных схватках до автоматизма, сработало быстрее мысли. В одно движение он оказался рядом, перехватив мужчину за талию и плечо, не давая ему встретиться с жестким асфальтом.

– Ты в порядке? – Голос Юки прозвучал низко, с легкой хрипотцой от сигарет.

Ли Вон замер, тяжело дыша. Он почувствовал, как его крепко держат сильные, горячие руки. От незнакомца пахло дождем, табаком и чем-то еще — едва уловимым, но властным, что пробивалось даже сквозь блокаторы.

– Да... кажется, да, – Ли Вон поднял взгляд и на мгновение забыл, как дышать.

Перед ним стоял юноша, чей облик кричал об опасности, но глаза — эти невероятные небесно-голубые глаза — смотрели с неожиданным спокойствием. Ли Вон почувствовал, как по спине пробежал холодок, но не от страха, а от странного, неведомого ранее волнения.

– Спасибо, – адвокат неловко выпрямился, поправляя пиджак. – Я совсем не смотрел под ноги. Работа, знаете ли...

Юки не спешил отпускать его руку сразу, убеждаясь, что омега твердо стоит на ногах. Он чувствовал, как бешено колотится сердце Ли Вона.

– Работа не стоит разбитого носа, – заметил Юки, слегка усмехнувшись, отчего пирсинг на его губе блеснул в свете фонаря. – Вам стоит быть осторожнее, господин адвокат.

Ли Вон удивленно приподнял бровь.

– Вы меня знаете?

– Трудно не знать человека, который выигрывает самые безнадежные дела в городе, – Юки наконец отступил на шаг, пряча руки в карманы худи. – Я Сон Юки.

– Чон Ли Вон, – представился омега, хотя это было излишне. Он внимательно осмотрел парня. – Вы выглядите... необычно для простого прохожего. Эти татуировки, серьги. Вы охотник?

Юки прищурился. Ему не хотелось говорить о своем ранге или о том, чья кровь течет в его жилах. Для всех он был просто посредственным охотником-бетой.

– Вроде того, – уклонился он от прямого ответа. – Охочусь понемногу. Ничего особенного.

Ли Вон не поверил ни на секунду. Его интуиция, которая не раз спасала его в суде, буквально кричала, что перед ним кто-то гораздо более значимый, чем кажется. От этого парня исходила мощь, которую не могли скрыть никакие оверсайз-вещи.

– Что ж, Сон Юки, – Ли Вон слегка улыбнулся, и эта улыбка на мгновение смягчила его строгий образ. – Вы спасли меня от позорного падения. Могу я как-то отблагодарить своего спасителя? Скажем, чашкой кофе? Здесь неподалеку есть неплохое место, которое еще открыто.

Юки хотел было отказаться. Он привык к одиночеству, к этой холодной дистанции, которую сам выстроил между собой и миром. Но что-то в серых глазах Ли Вона, в его хрупкой, но уверенной манере держаться, заставило его передумать.

– От кофе я не откажусь, – произнес Юки, слегка кивнув. – Но только если вы перестанете так официально ко мне обращаться. Я не на допросе.

Ли Вон тихо рассмеялся, и этот звук показался Юки удивительно приятным в тишине засыпающего парка.

– Договорились. Идем?

Они пошли по аллее бок о бок. Разница в росте была разительной: Ли Вон, далеко не низкий мужчина, едва доставал Юки до плеча. Прохожие оглядывались на них — странная пара: безупречный адвокат в дорогом костюме и дерзкий юноша, выглядящий как герой компьютерной игры про ассасинов.

– Ты часто здесь бываешь? – спросил Ли Вон, когда они вышли к освещенной улице.

– Когда нужно подумать, – ответил Юки. – Дома слишком... душно.

– Понимаю, – кивнул адвокат. – Семья?

– Вроде того. Они ждут от меня того, чем я не являюсь. Или не хочу быть.

Ли Вон внимательно посмотрел на него. Он чувствовал скрытую боль в словах парня. Как омега, он был чувствителен к эмоциям, и сейчас от Юки веяло глубоким, застарелым одиночеством, которое тот тщательно маскировал под маской безразличия.

– Иногда быть собой — это самая сложная работа в мире, – тихо произнес Ли Вон.

Юки остановился и посмотрел на него сверху вниз. В его небесно-голубых глазах на мгновение вспыхнул странный огонь.

– А ты? – спросил он. – Ты тот, кем хочешь быть, Ли Вон? Успешный адвокат, идеальный омега... это всё по-настоящему?

Ли Вон замялся. Вопрос попал в самую точку. Он привык соответствовать ожиданиям общества, быть безупречным щитом для своих клиентов, скрывая свои слабости за стальным характером.

– Мы все носим маски, Юки, – наконец ответил он. – Но иногда полезно их снимать. Хотя бы на время чашки кофе.

Они дошли до небольшой кофейни с панорамными окнами. Внутри было уютно и пахло корицей. Юки занял столик в углу, откуда открывался вид на всю залу — привычка охотника всегда контролировать пространство.

Когда принесли заказ, Ли Вон заметил, как Юки на мгновение поморщился, потирая запястье, где под рукавом худи виднелся край пластыря — след от недавней инъекции подавителей.

– Ты принимаешь сильные препараты, – это не был вопрос. Ли Вон, как омега, хорошо знал запах химии, перекрывающий естественные феромоны. – Зачем бете такие дозы?

Юки замер с чашкой в руке. Его взгляд стал ледяным.

– Ты слишком наблюдателен. Это может быть опасно.

– Я адвокат, это моя работа — замечать детали, – Ли Вон не отвел взгляда. – Но я не собираюсь лезть в твои секреты, если ты этого не хочешь. Просто... это выглядит болезненно.

Юки медленно выдохнул, расслабляя плечи.

– Это необходимость. Мир не готов к тому, что я могу предложить. И моя семья — в первую очередь.

В этот момент в кофейню вошли двое мужчин. По их походке и манере оглядываться Юки сразу понял — охотники. И не из тех, кто соблюдает закон. Они громко разговаривали, и один из них, случайно задев стул Ли Вона, даже не извинился.

– Эй, полегче, – негромко, но отчетливо произнес Юки.

Мужчины обернулись. Один из них, крупный альфа с грубыми чертами лица, окинул Юки презрительным взглядом.

– Ты что-то сказал, малявка? Сиди и пей свой десерт, пока я добрый.

Ли Вон напрягся, его рука инстинктивно потянулась к телефону, но Юки мягко накрыл его ладонь своей. Его пальцы были холодными, как лед, но хватка — железной.

– Я сказал, извинись перед ним, – повторил Юки.

Его голос изменился. В нем появилась та самая вибрация, которая обычно предшествовала призыву костяного дракона. Воздух вокруг столика начал сгущаться. Подавители работали на пределе, но гнев доминантного альфы было не так-то просто удержать.

– А то что? – Охотник сделал шаг вперед, явно намереваясь проучить наглеца.

Юки медленно встал. Его рост в сто девяносто пять сантиметров и внезапно потяжелевшая аура заставили мужчину запнуться. В глазах Юки на долю секунды промелькнул магический свет, а тень под его ногами словно стала гуще, принимая очертания чего-то острого и костлявого.

– А то тебе придется объяснять своему целителю, как твои кости превратились в пыль, не выходя из этой комнаты, – спокойно произнес Юки.

Охотник побледнел. Он почувствовал первобытный ужас, исходящий от этого парня. Это не была сила беты. Это была сила хищника высшего порядка, Монарха, который лишь позволял им дышать в своем присутствии.

– Ладно, ладно... Извини, – буркнул мужчина и, схватив своего напарника за локоть, поспешил к выходу.

В кафе воцарилась тишина. Юки снова сел, его аура мгновенно свернулась, возвращаясь в привычное скрытое состояние. Он снова выглядел как обычный хмурый подросток.

Ли Вон смотрел на него, не скрывая шока.

– Кто ты такой на самом деле, Сон Юки? – прошептал он.

Юки посмотрел в серые глаза адвоката. Впервые за долгое время ему захотелось быть честным. Не потому, что он доверял Ли Вону, а потому, что этот омега не отвел взгляд даже тогда, когда почувствовал его истинную тьму.

– Я тот, кто живет в тени своего отца, – ответил Юки, вертя в пальцах зажигалку. – Но у тени есть свои клыки.

Ли Вон протянул руку и осторожно коснулся татуировки ассасина на шее Юки. Его пальцы были теплыми, и этот контакт заставил Юки вздрогнуть.

– Твои клыки напугали их, – сказал Ли Вон. – Но меня они не пугают. Спасибо, что защитил.

Юки почувствовал, как стена, которую он строил годами, дала трещину. Этот омега был другим. В нем не было страха или осуждения, только искреннее любопытство и какая-то странная, притягательная нежность.

– Тебе пора домой, Ли Вон, – Юки поднялся, понимая, что если останется еще на десять минут, то может наделать глупостей. – Уже поздно.

– Да, ты прав, – Ли Вон тоже встал. – Дай мне свой номер.

Юки замер.

– Зачем?

– Ну, во-первых, я всё еще должен тебе нормальный ужин за спасение, – Ли Вон улыбнулся своей «адвокатской», но при этом очень теплой улыбкой. – А во-вторых... мне кажется, нам обоим иногда нужно с кем-то снять маски.

Юки молча достал телефон. Обменявшись номерами, они вышли на улицу. Ночной воздух стал прохладнее.

– До встречи, Юки, – Ли Вон помахал рукой и направился к своей машине.

Юки стоял и смотрел ему вслед, пока красные огни автомобиля не скрылись за поворотом. Он коснулся пальцами шеи, там, где только что были пальцы Ли Вона. Сердце, которое он считал куском льда, билось ровно, но как-то иначе.

Он достал сигарету, но передумал курить. В голове всплыл образ серых глаз и мягкой улыбки.

– До встречи, – тихо произнес он в пустоту.

В ту ночь Сон Юки впервые за долгое время не чувствовал холода, возвращаясь в свой пустой и тихий дом. Где-то в глубине его сознания костяной дракон довольно заурчал, словно признавая, что эта встреча была предчертана самими звездами или, возможно, тенями, которыми он так искусно повелевал.

Его путь как доминантного альфы, скрывающегося под маской беты, только начинался, но теперь в этом пути появился новый, неожиданный свет по имени Чон Ли Вон. И Юки знал, что сделает всё, чтобы этот свет не погас в жестоком мире охотников и монстров.