Истеный альфа

Ночной Сеул дышал неоновым светом и тяжелым, влажным воздухом. На крыше одной из высоток, вдали от суеты охотничьих ассоциаций и вспышек магических врат, сидел Сон Юки. Его силуэт, облаченный в безразмерное черное худи и свободные серые штаны, казался частью самой темноты. Рост в сто девяносто пять сантиметров и широкие плечи выдавали в нем хищника, даже когда он просто расслабленно откидывался назад, опираясь на локти.

Юки затянулся, и кончик сигареты ярко вспыхнул в полумраке. Выдохнув густое облако дыма, он поправил наушники, из которых глухо доносился тяжелый бит. Взлохмаченные черные волосы, коротко выбритые на висках, подрагивали на ветру. В ушах тускло поблескивали черные кольца и россыпь мелких сережек, а на шее, прямо над ключицей, виднелась татуировка — знак ассасинов, дань его любви к виртуальным мирам, которые казались куда понятнее реальности.

Под нижней губой блеснул пирсинг, когда он криво усмехнулся своим мыслям.

– Опять портишь легкие, которые стоят дороже, чем весь этот район? – Раздался за спиной низкий, ровный голос, от которого по бетону пробежала едва заметная вибрация.

Юки даже не обернулся. Он знал этот голос. Знал эту ауру, тяжелую, как гравитация черной дыры.

– Мои легкие регенерируют быстрее, чем табак успевает их убить, пап, – лениво отозвался юноша, не вынимая сигарету изо рта. – Ты же сам знаешь. Магия — отличный фильтр.

Сон Джинву сделал шаг вперед, выходя из тени. Величайший охотник человечества, Монарх Теней, выглядел почти так же, как и годы назад, но в его глазах, когда он смотрел на младшего сына, светилась странная смесь гордости и болезненной нежности.

Юки был его «щенком». Истинным альфой, унаследовавшим не просто силу, а саму суть первобытной мощи. Его телосложение было божественно идеальным — не перекачанным, но сухим и атлетичным, скрывающим в себе мощь, способную противостоять монархам.

– Мать Сухо беспокоится, – произнес Джинву, подходя к краю крыши. – Ты снова пропустил семейный ужин.

Юки резко выдохнул дым и, наконец, повернул голову. Его небесно-голубые глаза, светящиеся в темноте, встретились с глазами отца.

– Мать Сухо, – повторил он с горькой усмешкой. – Ча Хэ Ин — прекрасная женщина, пап. Сильный охотник, верная жена. Но она бета. И Сухо... он тоже бета. Ты же видишь, как он на меня смотрит. В его глазах не братская любовь, а чистая, концентрированная зависть.

Джинву промолчал, вглядываясь в горизонт. Это была правда, которую в их доме старались не озвучивать. Ча Хэ Ин была бесплодна, и лишь вмешательство мощнейших артефактов и магии позволило ей выносить Сухо. Но природа взяла свое: Сухо родился бетой, лишенным того звериного магнетизма и подавляющей ауры, что достались Юки.

– Сухо твой брат, – негромко сказал Джинву.

– По крови — наполовину, – отрезал Юки, вставая и отряхивая штаны. – Мы оба знаем историю, пап. Та омега... моя мать. Она была случайностью. Случайностью во время твоего гона, когда инстинкты взяли верх над разумом. Она родила меня и исчезла, потому что знала: ей нет места рядом с Теневым Монархом. Но она дала мне то, чего не дала магия Хэ Ин. Она дала мне кровь альфы.

Юки подошел ближе к отцу, и два мощных присутствия столкнулись, заставляя воздух вокруг искриться.

– Как ты умудрился связать свою жизнь с бетой? – спросил он, и в его голосе прозвучало искреннее непонимание. – Сухо даже не хочет со мной общаться. Он чувствует мою силу и ненавидит её. Он ненавидит то, что я — твое истинное отражение, а он — лишь попытка создать нормальную семью с помощью магии.

Джинву медленно повернулся к сыну. Его тень на мгновение удлинилась, и из неё показались очертания верных клыков, готовых защищать своего господина и его наследие.

– Любовь не всегда выбирает по феромонам, Юки, – ответил Джинву, и в его голосе прорезалась сталь. – Но не смей сомневаться в моей преданности тебе. Ты — мой наследник. Тот, кто пойдет дальше меня. Если кто-то — будь то человек, монстр или даже твой брат — посмеет тронуть моего щенка, я уничтожу этот мир. Ты это знаешь.

Юки отвел взгляд, чувствуя, как внутри него ворочается его собственная сила. Она не была похожа на тени отца. Это была магия костей и древнего распада.

– Я и сам могу их уничтожить, – буркнул он, пряча руки в карманы худи.

В подтверждение его слов за его спиной материализовались огромные костяные бластеры, напоминающие черепа древних существ. Они парили в воздухе, источая голубоватое пламя, идентичное цвету его глаз. Из тени Юки начал медленно выбираться костяной дракон, чьи позвонки скрежетали, создавая симфонию смерти.

– Твоя магия уникальна, – признал Джинву, глядя на костяного ящера. – Рукопашный бой, магический контроль... Ты идеален, Юки. Возможно, слишком идеален для этого хрупкого мира.

– Именно поэтому мне здесь скучно, – Юки щелчком отправил окурок вниз, в бездну городских улиц. – Сухо пытается доказать, что он охотник S-ранга, тренируется до седьмого пота, использует лучшие мечи. А мне достаточно просто пожелать, чтобы враг сгнил, и это случается.

– Иди домой, – мягко сказал Джинву, коснувшись плеча сына. Под тканью худи он почувствовал рельеф татуировки ассасина и крепкие мышцы. – Хэ Ин приготовила твой любимый острый суп. Не ради Сухо, ради неё. Она искренне любит тебя, несмотря на то, чья ты кровь.

Юки вздохнул, и его костяные стражи рассыпались в пыль, возвращаясь в его внутренний резервуар.

– Ладно. Но если Сухо опять начнет читать нотации о «кодексе охотников» и «дисциплине», я не ручаюсь, что не призову дракона прямо в столовой.

Джинву едва заметно улыбнулся.

– Тогда мне придется восстанавливать дом в третий раз за месяц. Пожалей мои нервы.

Юки спрыгнул с края крыши, даже не используя лестницу. Он падал вниз, наслаждаясь свистом ветра в ушах, и за мгновение до столкновения с землей его тело окутала голубая дымка, мягко приземляя его на асфальт.

Он шел по улице, и люди инстинктивно расступались. Даже не видя его лица под капюшоном, они чувствовали — идет кто-то, кто стоит на вершине пищевой цепочки. Альфа. Сын бога, который не просил о своем рождении, но принял свою силу как должное.

Войдя в элитный жилой комплекс, он поднялся на нужный этаж. Дверь открылась еще до того, как он достал ключи. На пороге стоял Сухо. Его брат был красив, подтянут, но в его взгляде всегда сквозила эта холодная дистанция.

– Опять пахнешь табаком и дешевой магией, – бросил Сухо, отходя в сторону, чтобы пропустить брата.

Юки снял наушники и сбросил кроссовки, возвышаясь над братом почти на голову.

– А ты опять пахнешь отчаянием и полиролью для мечей, – парировал он, проходя мимо. – Где мой суп?

– На кухне, – процедил Сухо, сжимая кулаки. – Мама ждала тебя два часа. У неё сегодня был тяжелый рейд, но она всё равно готовила. Тебе стоит проявлять больше уважения к ней.

Юки остановился и медленно повернулся. Его аура на мгновение вспыхнула, заставляя свет в коридоре мигнуть. Сухо побледнел, но не отвел взгляда. Бета против Альфы — это была заведомо проигрышная битва, но Сухо был упрям.

– Уважение не покупается супом, брат, – тихо произнес Юки. – И не выпрашивается морализаторством. Я здесь только потому, что отец попросил. Не испытывай мое терпение.

В этот момент из кухни вышла Ча Хэ Ин. Она выглядела уставшей, но её лицо осветилось улыбкой при виде младшего сына.

– Юки! Ты всё-таки пришел. Проходи, всё уже остывает.

Юки мгновенно спрятал когти своей ауры. Перед этой женщиной он чувствовал странную вину. Она не была его матерью, но она пыталась ею быть. И в то же время он видел в её глазах ту же тень страха, что и у всех остальных. Страха перед тем, кем он был на самом деле.

– Привет, Хэ Ин, – мягко сказал он, проходя к столу.

Ужин проходил в напряженной тишине, нарушаемой лишь звоном столовых приборов. Джинву, появившийся в столовой так же внезапно, как и исчез с крыши, пытался сгладить углы, рассказывая о делах Ассоциации, но Юки почти не слушал.

Он чувствовал, как внутри него пульсирует сила. Ему не нужны были эти стены, эти правила, эта имитация нормальности. Он был хищником, запертым в золотой клетке семейного уюта.

– Завтра открываются врата красного ранга в Инчхоне, – внезапно сказал Сухо, глядя на отца. – Я пойду в составе первой группы.

Джинву кивнул, но его взгляд метнулся к Юки.

– Я тоже пойду, – лениво отозвался младший. – Надоело сидеть в городе. Костям нужно размяться.

– Это официальный рейд, Юки! – вспыхнул Сухо. – Там нужны командные действия, а не твое шоу одного актера. Ты со своим драконом только мешаешь координации!

Юки медленно поднял глаза, и в их глубине заплясали костяные искры.

– Координация нужна слабым, чтобы выжить, – отчеканил он. – Мне она не нужна. Я просто зачищу всё, что движется, и мы вернемся домой к ужину. Разве не в этом суть работы охотника?

– Суть в защите людей! – выкрикнул Сухо, вскакивая из-за стола.

– Хватит, – голос Джинву был тихим, но от него содрогнулись стены. – Вы пойдете вместе. Сухо будет командовать отрядом. Юки... ты будешь поддержкой.

Юки расхохотался. Громко, искренне, запрокинув голову так, что стала видна татуировка на шее.

– Я? Поддержкой? Пап, ты серьезно? Я — поддержка для беты?

– Ты пойдешь как поддержка, – повторил Джинву, и его глаза на мгновение вспыхнули фиолетовым светом. – Это приказ твоего отца и твоего Монарха. Ты должен научиться сдерживать себя, Юки. Истинная сила не в том, чтобы уничтожить всё вокруг, а в том, чтобы знать, когда убрать клинок в ножны.

Юки замолчал. Он чувствовал, как в нем закипает протест, как альфа внутри него требует признания доминирования. Но против отца он пойти не мог. Пока не мог.

– Хорошо, – он встал, отодвинув стул с неприятным скрежетом. – Я буду «поддержкой». Надеюсь, твой отряд не рассыплется от первого же рыка монстра, Сухо.

Он вышел из столовой, на ходу надевая наушники. Музыка снова заглушила мир.

Ночью ему не спалось. Юки стоял на балконе своей комнаты, глядя на луну. Его рука непроизвольно коснулась татуировки ассасина. В играх всё было проще — там был ясный враг и ясная цель. В жизни же он был аномалией. Слишком сильным для людей, слишком «другим» для своей семьи.

– Ты чувствуешь это, да? – прошептал он, и из его тени показалась маленькая костяная змейка, обвившая его запястье. – Голод. Им не понять, каково это — носить в себе силу, которая хочет разорвать мир на куски.

Змейка согласно щелкнула челюстями.

Юки знал, что завтрашний рейд не будет обычным. Он чувствовал это своей кожей, своими обостренными чувствами альфы. Что-то во вратах Инчхона было не так. И если Сухо не справится... что ж, тогда «щенку» Сон Джинву придется показать, почему даже тени склоняются перед его костяным троном.

Он затянулся последней сигаретой из пачки, глядя, как дым растворяется в ночном небе. Завтра будет кровь. И завтра он, наконец, сможет перестать притворяться обычным человеком.

– Посмотрим, чего стоит твоя дисциплина против истинного хаоса, братец, – ухмыльнулся Юки, и его глаза вспыхнули небесно-голубым пламенем, затмевающим звезды.