Сын монарха

В комнате Сон Юки царил полумрак, разбавляемый лишь неоновым свечением монитора и мягкой подсветкой системного блока. Юки сидел в глубоком кресле, полностью погруженный в мир «Assassin’s Creed: Black Flag». Наушники плотно прилегали к голове, отсекая любые звуки извне, будь то шум города за окном или тихие шаги в коридоре.

На нем была свободная футболка с узнаваемым логотипом ассасинов, а на шее, прямо под затылком, красовалась татуировка — тот же самый знак, искусно выведенный чернилами. Юки был воплощением идеала, к которому стремились многие охотники, но которого достигали лишь единицы. В свои шестнадцать лет он вымахал до ста девяноста пяти сантиметров. Его телосложение не было чрезмерно массивным, скорее атлетичным и сухим, словно выточенным из мрамора лучшим скульптором древности. Черные, как сама бездна, волосы были коротко стрижены по бокам и на затылке, а сверху оставлены взлохмаченными, что придавало ему вид опасного, но чертовски обаятельного хищника.

Юки сосредоточенно нажимал на клавиши, его небесно-голубые глаза, унаследованные не от отца, но удивительно ярко сияющие на его лице, следили за маневрами Эдварда Кенуэя. Небольшой пирсинг под нижней губой поблескивал при каждом движении челюсти, а черные серьги-кольца в ушах дополняли образ бунтаря.

Дверь тихо приоткрылась. Сон Джинву остановился в проеме, прислонившись плечом к косяку. Он не стал окликать сына, просто смотрел на него с нескрываемой гордостью. Юки был его «щенком» — истинным альфой, плотью от плоти, чья сила уже сейчас пугала многих высокоранговых охотников. В отличие от старшего брата, Сухо, Юки обладал уникальной магией. Он не просто повелевал тенями, он вызывал костяные конструкции: смертоносные бластеры и величественного костяного дракона, который подчинялся лишь его воле.

Джинву чувствовал Юки на инстинктивном уровне. Связь между двумя альфами была настолько крепкой, что слова часто были не нужны. Но именно эта связь сегодня вибрировала от странного, липкого предчувствия беды.

Джинву подошел ближе, положил тяжелую ладонь на взлохмаченную макушку сына и слегка потрепал волосы. Юки вздрогнул, снял один наушник и обернулся, расплываясь в легкой улыбке.

– Опять пираты? – негромко спросил Джинву.

– Лучшая часть, пап, – Юки кивнул на экран. – Скоро добью легендарные корабли.

– Не засиживайся долго. Завтра тренировка, – Джинву еще раз сжал плечо сына, ощущая под пальцами твердость мышц и татуировку, и вышел из комнаты.

Его путь лежал на террасу, где он надеялся подышать ночным воздухом и унять необъяснимую тревогу. Но, не дойдя до выхода, он замер. Из полуоткрытой двери малой гостиной донеслись голоса. Ча Хэ Ин и Сухо.

Джинву не собирался подслушивать, но имя младшего сына, произнесенное с такой горечью, заставило его остановиться.

– Мам, я больше не могу, – голос Сухо дрожал от едва сдерживаемой ярости. – Отец только и делает, что возится с Юки. Он смотрит на него так, будто я — пустое место.

– Сухо, это не так, – мягко попыталась возразить Хэ Ин. – Ваш отец любит вас одинаково. Просто Юки... он другой.

– Вот именно! – выкрикнул Сухо. – Он альфа! Он «идеальный щенок» Сон Джинву! А я кто? Бета, рожденная благодаря магии и артефактам, потому что ты бесплодна! Я — ошибка, которую он терпит из жалости к тебе!

– Сухо, замолчи, не смей так говорить, – в голосе Хэ Ин послышались слезы.

– Нет, мам, ты не понимаешь. Я так больше не могу. Я избавлюсь от Юки. И сделаю так, что это будет несчастный случай. У меня есть особый клинок, он пробивает любую защиту, даже магическую.

Джинву почувствовал, как внутри него что-то оборвалось. Холодный пот выступил на лбу, а тень под его ногами задрожала, откликаясь на первобытный гнев Монарха.

– Сухо, он же твой брат! – вскрикнула Хэ Ин, но в ее голосе не было того ужаса, который должен был быть. – Ты не можешь так...

– Мама, ты сама мне помогла добыть этот клинок, – вкрадчиво произнес Сухо. – Ты тоже причастна к этому. Ты ведь тоже злишься, что та омега, которая случайно попалась отцу под руку во время гона, произвела на свет нечто более совершенное, чем ты. Юки — напоминание о его измене, о его инстинктах, которые ты не можешь удовлетворить.

Тишина, последовавшая за этими словами, была страшнее любого крика.

Джинву медленно шагнул в комнату. Воздух вокруг него сгустился, становясь тяжелым, как свинец. Стены задрожали, а свет ламп начал мигать и гаснуть. Его глаза светились холодным фиолетовым пламенем.

– Ну-ка повторите, – голос Джинву был тихим, но от него веяло могильным холодом. – Повторите то, что вы сейчас говорили.

Хэ Ин побледнела так, что стала похожа на призрака. Она выронила чашку, и та с дребезгом разлетелась об пол. Сухо вздрогнул, его лицо исказилось от ужаса, он инстинктивно прижал руку к поясу, где под курткой скрывалось лезвие проклятого клинка.

– Джинву... это не то, что ты подумал... – пролепетала Хэ Ин, отступая назад.

– Не то? – Джинву сделал шаг вперед, и пол под его ногами треснул. – Я слышал каждое слово. Ты, Хэ Ин, женщина, которую я уважал, помогала нашему сыну планировать убийство брата?

– Он мне не брат! – внезапно выкрикнул Сухо, теряя остатки самообладания. – Он бастард! Ошибка природы! Почему ты любишь его больше? Потому что он пахнет как ты? Потому что он альфа? Ты даже не смотришь в мою сторону, когда он в комнате!

– Я смотрел на тебя с надеждой, Сухо, – Джинву остановился в метре от старшего сына. Давление его силы заставило Сухо упасть на колени. – Я надеялся, что ты вырастешь человеком чести. Но я вижу лишь завистливого труса, который прячет нож за спиной.

– Джинву, пожалуйста, он просто расстроен, он не хотел... – Хэ Ин попыталась схватить мужа за руку, но он резко оттолкнул её.

– Не хотел? Он говорил о «несчастном случае». Он говорил о клинке, который ты помогла ему найти. Вы оба предали эту семью. Вы предали моего щенка.

В этот момент дверь в гостиную снова открылась. На пороге стоял Юки. Он был без наушников, его лицо было непривычно серьезным и бледным. Небесно-голубые глаза смотрели на брата и мачеху с такой невыразимой печалью, что Джинву на мгновение задохнулся от боли за сына.

– Юки... – выдохнул Сухо, глядя снизу вверх на младшего брата.

Юки медленно перевел взгляд на отца, затем на Сухо.

– Я слышал всё через стену, – тихо произнес юноша. Его голос не дрожал, но в нем слышалась сталь. – Я всегда знал, что ты меня недолюбливаешь, Сухо. Но я думал, это просто соперничество. Я не знал, что ты хочешь моей смерти.

Юки сделал шаг в комнату. Его присутствие мгновенно изменило атмосферу. Если гнев Джинву был подобен сокрушительному шторму, то аура Юки была колючей и острой, как осколки льда. За его спиной на мгновение проступили очертания огромных костяных крыльев.

– И ты, мама Хэ Ин... – Юки посмотрел на женщину, которая воспитывала его с детства. – Ты всегда была добра ко мне. Или это тоже была игра?

Хэ Ин закрыла лицо руками и разрыдалась, не в силах вымолвить ни слова.

– Папа, – Юки посмотрел на Джинву. – Отпусти их.

Джинву резко обернулся к сыну.

– Что? Юки, они замышляли...

– Я знаю, – перебил его сын. – Но если ты убьешь их здесь или заперешь в подземелье тени, это не исправит того, что уже сломано. Сухо хочет доказать, что он лучше? Пусть попробует. Но не подлым ударом в спину.

Юки подошел к брату и, протянув руку, силой вырвал из-за его пояса скрытый клинок. Оружие обожгло ладонь Юки, но он даже не поморщился.

– Этот клинок... – Юки внимательно осмотрел лезвие. – Оружие из мира демонов. Оно питается завистью владельца. Ты бы не просто убил меня, Сухо. Ты бы уничтожил свою душу.

Юки сжал клинок в кулаке. Раздался резкий хруст, и магическое оружие рассыпалось черной пылью, оседая на ковер.

– Уходите, – бросил Джинву, едва сдерживая своего внутреннего зверя. – Уходите из этого дома сейчас же. Если я еще раз увижу вас рядом с Юки или почувствую угрозу с вашей стороны... я забуду, что когда-то называл вас семьей.

Сухо поднялся, шатаясь. В его глазах все еще горела ненависть, смешанная с унижением. Он бросил последний взгляд на Юки — на этого идеального, недосягаемого альфу — и, не сказав ни слова, выбежал из комнаты. Хэ Ин последовала за ним, даже не оглянувшись.

В гостиной воцарилась тишина. Джинву тяжело опустился в кресло, закрыв глаза. Весь его мир, который он так тщательно выстраивал после войн с монархами, дал трещину.

Юки подошел к отцу и сел на пол у его ног, как делал это в детстве.

– Пап... – тихо позвал он.

Джинву открыл глаза и посмотрел на сына. Он видел в нем не только свою силу, но и ту чистоту, которую сам давно утратил.

– Прости меня, Юки, – Джинву положил руку на плечо сына. – Я должен был заметить. Я должен был защитить тебя от этой ненависти.

– Ты защитил, – Юки слабо улыбнулся, и его пирсинг снова блеснул в свете ламп. – Ты всегда меня защищаешь. Но теперь я справлюсь сам. Я не просто твой щенок, папа. Я Сон Юки. И я не позволю тени прошлого разрушить наше будущее.

Джинву смотрел на своего младшего сына и понимал: Юки действительно был идеален. Не из-за своей силы, не из-за статуса альфы, а из-за того, что в его сердце не было места для той тьмы, которая едва не поглотила их семью.

– Пойдем, – Джинву поднялся, увлекая сына за собой. – Нам нужно о многом поговорить. И, кажется, ты обещал показать мне, как побеждать те легендарные корабли.

Юки усмехнулся, и на мгновение напряжение последних минут исчезло.

– Только если ты не будешь использовать свои способности Монарха, чтобы взломать игру, – подмигнул он.

Они вышли из комнаты, оставляя позади осколки разбитой чашки и прах проклятого клинка. Впереди была долгая ночь, полная тяжелых разговоров, но связь между ними — связь двух альф, отца и сына — стала только крепче. И горе тому, кто решит снова встать на их пути.