Изменения будущего

Тьма в комнате казалась осязаемой, тяжелой, словно само пространство сгустилось вокруг кровати Сон Джинву. Внезапно тишину разорвал резкий, хриплый вскрик. Джинву резко сел, его грудь тяжело вздымалась, а кожа была покрыта холодным, липким потом. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица, а перед глазами все еще стояла картина: безжизненное тело юноши с небесно-голубыми глазами, утопающее в тени, и холодный, полный ненависти взгляд Сухо.

Джинву сжал простыни так сильно, что ткань затрещала. Его серые глаза, обычно холодные и спокойные, как грозовая туча перед бурей, сейчас метались по знакомым очертаниям спальни. Рост в сто девяносто сантиметров и мощное телосложение Монарха Теней делали его похожим на затаившегося хищника, но даже он, повелитель смерти, чувствовал, как дрожат его пальцы.

– Это был... просто сон? – прошептал он, пытаясь унять дрожь в голосе.

В ту же секунду перед его лицом вспыхнуло знакомое неоновое свечение. Синее окошко Системы разрезало полумрак, заставив Джинву зажмуриться.

[ Дорогой Игрок, это не было кошмаром. Это — ваше будущее. ]

Джинву замер. Каждое слово Системы отдавалось в его голове тяжелым ударом молота.

[ Если вы свяжете свою жизнь с бетой Ча Хэ Ин, ваш общий ребенок, Сон Сухо, убьет вашего «щенка», альфу Юки. Из-за зависти. Из-за того, что этого ребенка вам подарила другая. ]

– О чем ты говоришь? – Джинву вскочил с кровати, его голос сорвался на рык. – Кто такой Юки? Какая еще другая?

Текст на экране начал стремительно меняться, прокручивая изображения, которые заставили сердце Монарха пропустить удар. Он увидел юношу. Шестнадцать лет, рост выше самого Джинву — сто девяносто пять сантиметров. Идеальное, почти божественное атлетическое телосложение, не перекачанное, но полное скрытой мощи. Черные, как сама ночь, взлохмаченные волосы, короткая стрижка с выбритыми висками.

Но больше всего Джинву поразили глаза. Небесно-голубые, яркие, живые. На лице — дерзкий пирсинг под нижней губой, в ушах — черные кольца. На шее отчетливо виднелась татуировка — знак ассасинов из старой игры, в которую Джинву когда-то играл в детстве.

[ Сон Юки. Ваш сын. Альфа, чья сила не уступает вашей. Он способен призывать кости и костяные бластеры, он совершенен в магии и рукопашном бою. Он — венец вашей крови. ]

Джинву смотрел на изображение юноши и чувствовал странную, необъяснимую тягу. Это был его сын. Он чувствовал это каждой клеткой своего существа. Но радость тут же сменилась горечью, когда Система вывела портрет женщины.

Японка. Окумура Юми. Черные волосы, те же небесно-голубые глаза и фарфоровая кожа, такая бледная, что казалась прозрачной. Она выглядела хрупкой, почти призрачной.

[ Окумура Юми. Семья отреклась от нее, считая «дефектной» омегой из-за ее болезни. Она умрет после родов, подарив жизнь Юки, если вы не вмешаетесь. Нам надоело наблюдать, как вы, словно баран, постоянно выбираете Ча Хэ Ин. Ваша жизнь с ней будет полна долга и серости, а не истинного счастья. ]

– Вы хотите, чтобы я изменил судьбу? – Джинву сжал кулаки, чувствуя, как вокруг него начинает закручиваться теневая аура.

[ Измените свою судьбу. Найдите ту омегу, которая предназначена вам не долгом, а самой душой. Спасите ее, вылечите ее своей силой. И тогда Сухо тоже родится, но его матерью будет другая. Он родится альфой и не будет расти под гнетом ожиданий Ча Хэ Ин. Он не станет убийцей своего брата. Хотите ли вы спасти своего первенца, Игрок? ]

Джинву молчал долго. В его голове проносились воспоминания о Ча Хэ Ин — ее холодная красота, ее преданность делу охотников. Но разве он когда-нибудь чувствовал с ней ту искру, о которой кричала его альфа-сущность? Грозовые тучи в его глазах потемнели, становясь почти черными.

– Где она? – коротко бросил он.

Система выдала координаты. Больница на окраине Токио. Отделение для безнадежных больных.

Джинву не стал ждать рассвета. Одним движением он набросил на себя черное пальто. Его тени уже зашевелились в углах комнаты, предчувствуя скорую охоту. Но на этот раз он шел не убивать монстров. Он шел за своей жизнью.

***

Токио встретил его мелким дождем. Джинву шел по коридорам частной клиники, скрытый от глаз персонала своими способностями. Запах лекарств и смерти здесь был повсюду, но среди него он внезапно уловил нечто иное. Тонкий, едва заметный аромат подснежников и холодного горного воздуха.

Он остановился перед дверью палаты №402. Рука на мгновение замерла на ручке.

– Если Система не врет... – прошептал он сам себе.

Он вошел. Палата была погружена в полумрак. На узкой кровати, опутанная трубками капельниц, лежала девушка. Окумура Юми. Она была еще красивее, чем на проекции Системы, но эта красота была пугающей — красота увядающего цветка.

Джинву подошел ближе. Его присутствие, мощное и подавляющее, заставило воздух в комнате завибрировать. Девушка медленно открыла глаза. Небесно-голубые. В них не было страха, только бесконечная усталость.

– Кто вы? – Ее голос был тихим, как шелест сухой травы. – Вы пришли... забрать меня?

Джинву опустился на край кровати. Его огромная ладонь осторожно накрыла ее маленькую, почти невесомую руку.

– Нет, – твердо ответил он. – Я пришел, чтобы дать тебе жизнь. И чтобы ты дала жизнь нашему сыну.

Юми слабо улыбнулась, явно приняв его слова за бред умирающей.

– У меня не может быть детей... врачи говорят, я дефектная. Я омега, которая не может выносить альфу.

– Врачи ошибаются, – Джинву почувствовал, как в нем закипает праведный гнев. – Ты — моя. И я не позволю смерти забрать тебя.

Он закрыл глаза, призывая силу Монарха Теней. Но это была не разрушительная мощь, способная поднимать армии мертвых. Он направил свою жизненную энергию, очищенную Системой, прямо в ее кровоток. Черная дымка окутала их обоих, смешиваясь с голубым сиянием его глаз.

Юми вскрикнула, ее тело выгнулось дугой. Она почувствовала, как внутри нее что-то ломается и перестраивается. Боль была невыносимой, но за ней следовало тепло, какого она не знала никогда в жизни.

Через несколько минут все закончилось. Джинву тяжело дышал, его лоб прорезала складка напряжения. Юми лежала неподвижно, но ее дыхание стало глубоким и ровным, а на щеках появился слабый румянец.

– Что... что вы сделали? – Она приподнялась на локтях, с удивлением глядя на свои руки.

– Я исцелил тебя, – Джинву смотрел на нее взглядом истинного альфы, заявляющего права на свою пару. – Теперь твоя семья не имеет над тобой власти. Ты уезжаешь со мной в Корею.

– Но почему? Почему я? – В ее глазах блеснули слезы.

Джинву вспомнил образ Юки — дерзкого подростка с костяными бластерами и татуировкой ассасина. Вспомнил его смех, который он слышал в том пророческом сне.

– Потому что только ты можешь подарить мне будущее, в котором я буду счастлив, – он коснулся ее щеки. – И потому что наш сын уже ждет своего часа.

***

Прошло несколько месяцев.

Джинву стоял на балконе своего нового дома, глядя на закат. Внутри дома слышался смех. Юми, окрепшая и сияющая, готовила ужин. Она больше не была той умирающей тенью. Она стала сердцем этого дома.

Но мысли Джинву были заняты другим. Система молчала с того самого дня в Токио, но сегодня она снова подала знак.

[ Судьба изменена на 87%. Течение времени ускорено для гармонизации реальности. ]

Джинву почувствовал, как пространство вокруг него исказилось. Это длилось лишь мгновение, но когда он обернулся, он увидел не пустую гостиную.

Посреди комнаты стоял юноша. Тот самый. Высокий, атлетичный, в черной толстовке с капюшоном. Он рассматривал свои руки, на которых проступали странные татуировки, похожие на трещины в пространстве.

– Отец? – Юноша поднял голову. Небесно-голубые глаза встретились с серыми.

Джинву замер. Это был Юки. Но он выглядел старше, чем должен был быть. Система действительно ускорила время, чтобы сшить лоскуты новой реальности.

– Юки... – Джинву сделал шаг навстречу.

Юноша ухмыльнулся, и в этой ухмылке было столько же дерзости, сколько в самом Джинву в лучшие годы.

– Ты выглядишь так, будто привидение увидел. Хотя, технически, ты же ими командуешь, верно?

За его спиной из воздуха начали формироваться огромные костяные конструкции, напоминающие пушки, от которых исходила мощь, сравнимая с силой национального уровня.

– Где мама? – спросил Юки, оглядываясь. – Она обещала, что сегодня мы пойдем на тренировочный полигон. Я хочу показать ей новый прием с бластерами.

В этот момент из кухни вышла Юми. Она замерла, глядя на взрослого сына, и из ее глаз брызнули слезы радости.

– Юки! Ты вернулся с допзанятий?

Джинву наблюдал за тем, как они обнимаются, и чувствовал, как тяжелый камень, лежавший на его сердце годами, наконец исчезает. Но внезапно тень в углу комнаты шевельнулась.

Из темноты вышел еще один мальчик. Ему было около десяти лет. Он был ниже Юки, с более мягкими чертами лица, но в его глазах горел тот же огонь альфы.

– Брат, ты опять хвастаешься своими костями? – Сухо скрестил руки на груди, подражая отцу. – Мои тени все равно быстрее.

Юки обернулся и щелкнул младшего брата по носу.

– Мечтай, Сухо. Вот подрастешь, тогда и поговорим о скорости.

Джинву смотрел на них — на своих сыновей. Между ними не было ненависти. Не было зависти. Юки смотрел на Сухо с покровительственной гордостью, а Сухо видел в старшем брате идеал, к которому нужно стремиться.

[ Судьба изменена на 100%. Будущее спасено. ]

Джинву прикрыл глаза. Он знал, что Ча Хэ Ин, возможно, сейчас счастлива с кем-то другим, или ведет свою жизнь охотника, не зная о том, какой мрак мог бы ее поглотить. И он не жалел.

Он подошел к своей семье и положил руки на плечи сыновей.

– Сегодня никаких тренировок, – твердо сказал Монарх Теней, и в его голосе впервые за долгое время звучало истинное умиротворение. – Сегодня мы просто будем семьей.

– Но пап! – хором воскликнули оба альфы, заставив Юми рассмеяться.

Джинву улыбнулся. Его серые глаза, похожие на грозовую тучу, больше не предвещали бурю. Они предвещали покой после нее. Он выбрал свой путь, и этот путь был наполнен светом небесно-голубых глаз его первенца и теплом женщины, которую он спас от самой смерти.