Альфа

Вечерний Сеул задыхался в неоновом мареве, но в престижном районе, где располагался особняк Сон Джинву, царила обманчивая тишина. Сон Юки шел по дорожке, ведущей к дому, и его шаги были почти бесшумными. В свои шестнадцать лет он уже перерос отца на пять сантиметров: сто девяносто пять сантиметров чистой, божественной мощи. Его атлетическое телосложение не было избыточно массивным, скорее напоминало точеную статую из обсидиана.

Юки поправил лямку рюкзака, и на его плече под тонкой тканью футболки натянулась татуировка. На шее, прямо под линией челюсти, красовался символ ассасинов — дань уважения его любимой игровой серии. Взлохмаченные черные волосы с выбритыми висками слегка покачивались в такт шагам, а в ушах поблескивали черные серьги. Он был доминантным альфой — редчайшим явлением даже в мире пробужденных. Его аура была настолько плотной, что он предпочитал держать ее под жестким контролем, чтобы не давить на окружающих омег. Юки считал, что если омега и должна прийти к альфе, то только по своей воле, а не из-за животного страха перед силой.

Его сила... Она была иной. В то время как его отец, Сон Джинву, повелевал тенями, Юки чувствовал родство с холодной костью. Он мог призывать костяные конструкции и смертоносные бластеры, чья мощь заставляла содрогаться саму реальность.

На пороге дома Юки на мгновение замер. Его небесно-голубые глаза, обычно спокойные и проницательные, сузились. Внутри дома витало тяжелое, удушливое напряжение.

Когда он вошел в гостиную, перед ним предстала сцена, достойная дешевой дорамы. Ча Хэ Ин, жена его отца, сидела на диване. Ее светлые волосы были спутаны, одежда разорвана, а на нежной коже виднелись свежие царапины. Она выглядела так, словно пережила нападение. Рядом стоял Сухо, восемнадцатилетний брат Юки. Он был почти копией отца, но без той бездонной тьмы в глазах, что была у Джинву. Сухо дрожал от ярости. Сам Теневой Монарх стоял у окна, заложив руки за спину. Его серые глаза, похожие на грозовые тучи, были прикованы к жене.

– Что за гробовая тишина? Что случилось? – голос Юки прозвучал низко и равнодушно. Он даже не потрудился снять наушники, просто спустил их на шею.

В ту же секунду Сухо, не выдержав, с криком бросился на брата.

– Ты, ублюдок! Как ты мог?! – взревел старший брат, занося кулак для удара.

Юки даже не изменился в лице. С поразительной грацией и скоростью, недоступной обычному человеку, он уклонился от выпада. Сделав шаг в сторону, он перехватил руку Сухо, использовал его же инерцию и прижал брата лицом к полу, заломив ему руку за спину.

– Полегче, братишка, – холодно произнес Юки, глядя на дергающегося под ним Сухо. – Сначала объясни, в чем я «провинился» на этот раз.

– Ты... ты напал на маму! – прохрипел Сухо, пытаясь высвободиться. – Она омега, а ты сорвался! Посмотри, что ты с ней сделал!

Юки замер. Он медленно перевел взгляд на Хэ Ин, которая в этот момент издала жалобный всхлип и сильнее прижала к себе разорванную блузку. Юки несколько секунд переваривал эту информацию, а затем... рассмеялся. Это был не истерический смех, а искреннее, полное презрения веселье.

– Боже... – Юки отпустил брата и выпрямился, потирая пирсинг под нижней губой. – Тебе «Оскар» нужно дать. Браво, Хэ Ин, браво!

Он посмотрел на отца. Джинву молчал, но его аура начала медленно заполнять комнату, заставляя тени по углам шевелиться. Между отцом и младшим сыном всегда была особая связь — связь двух альф, понимающих друг друга без слов. Но сейчас даже в глазах Джинву читалось тяжелое сомнение.

– Ты считаешь это смешным, Юки? – голос отца был подобен раскату грома в горах.

– Я считаю смешным то, насколько вы ослепли, – Юки спокойно прошел к журнальному столику и достал из рюкзака ноутбук. – Сейчас я кое-что покажу, и вы поймете всё сами.

Он быстро застучал по клавишам. Будучи гениальным стратегом и обладая острым умом, Юки давно предвидел, что Хэ Ин попытается избавиться от него. Мать Юки умерла при родах, и Хэ Ин всегда видела в пасынке угрозу для положения своего родного сына.

– Подойдите ближе, – бросил Юки, разворачивая экран.

На видео, снятом скрытой камерой в одном из загородных домов, картинка была предельно четкой. На ней была Хэ Ин и лучший друг Сон Джинву. Они не просто были вместе — они занимались сексом, после чего начался разговор, который заставил Сухо побледнеть, а Джинву — сжать кулаки так, что послышался хруст.

– «Я сделаю так, что Джинву откажется от своего щенка», – звучал на записи голос Хэ Ин, в котором не осталось и следа от недавней хрупкости. – «Я скажу, что Юки сорвался и надругался надо мной. Джинву никогда не простит такого. Тогда Сухо станет единственным наследником и получит всё влияние Теневого Монарха».

Затем на видео было показано, как Хэ Ин, уже в этом доме, сама рвет на себе одежду, царапает кожу ногтями и имитирует следы борьбы, глядя в зеркало с ледяным спокойствием.

В гостиной воцарилась тишина. На этот раз она была по-настоящему мертвой. Хэ Ин застыла, ее лицо приобрело землистый оттенок. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но не смогла выдавить ни звука. Сухо медленно поднялся с пола, глядя на мать так, словно видел ее впервые.

Юки захлопнул ноутбук и закинул его в рюкзак.

– Ну, вы тут сами разбирайтесь, – бросил он, направляясь к лестнице. – А меня ждет игра. У меня сегодня важный рейд в «Ассасинах».

Он остановился на первой ступеньке и обернулся к брату.

– И да, Сухо... Прежде чем бросаться кулаками, сперва разберись, в чем суть проблемы. И запомни: я лучший не потому, что я твой брат. А потому, что я доминантный альфа, а ты — нет. Твои инстинкты подвели тебя, а мои — никогда.

Юки начал подниматься в свою комнату, негромко напевая мелодию из игрового саундтрека. Он чувствовал за спиной тяжелый, полный боли и осознания взгляд отца, но не обернулся. Шрам на его спине, скрытый одеждой, слегка зазудел — напоминание о том, что в этом мире доверять можно только себе.

Когда дверь его комнаты закрылась, внизу послышался первый, полный ярости и разочарования возглас Сон Джинву. Но Юки это уже не волновало. Он надел наушники, погружаясь в мир, где правила были честнее, чем в его собственной семье.