Приключения колетт в парилке

Воздух в парилке был настолько густым и влажным, что его можно было резать ножом. Аромат эвкалипта смешивался с тонкими нотками дорогих духов и запахом свежего теста, который, казалось, вечно преследовал Пайпер. Колетт сидела в самом углу, прижав колени к груди, и старалась даже не дышать. Её глаза, обычно дикие и бегающие, сейчас были прикованы к зрелищу, которое стоило всех собранных ею автографов вместе взятых.

Прямо перед ней, на деревянных полках, расположился настоящий пантеон богинь Старр Парка.

Мелоди, поправляя свои длинные, переливающиеся неоном волосы, что-то тихо напевала на корейском, её голос вибрировал в грудной клетке, создавая почти гипнотический эффект. Рядом с ней Лола, приняв свою самую эффектную позу «дивы на отдыхе», обмахивалась веером, хотя жара, казалось, только добавляла ей сияния. Чарли, чья грация была видна даже в том, как она просто сидела, лениво перебирала пальцами, словно плела невидимую нить. Кадзэ, сохраняя поистине самурайское спокойствие, раскладывала на бамбуковом подносе свежайшие суши, принесенные с собой.

– Угощайтесь, дамы, – негромко произнесла Кадзэ, протягивая кусочек ролла с лососем Пайпер. – В такой жаре нужно поддерживать силы.

– Благодарю, дорогая, – Пайпер улыбнулась своей самой лучезарной улыбкой, но в её глазах промелькнул странный, почти хищный огонек, когда она мельком взглянула на зажавшуюся в углу Колетт. – Наша маленькая фанатка совсем притихла. Тебе не жарко, милочка?

Колетт только пискнула что-то невнятное, подхватила свое полотенце и, спотыкаясь, выскочила из парилки. Сердце колотилось в горле. Это было слишком. Слишком красиво, слишком близко, слишком... вдохновляюще.

Она едва успела добежать до предбанника, упасть на скамью и вытащить свой верный, потрепанный дневник. Пальцы дрожали, когда она сжимала ручку. Мысли неслись вскачь, выстраиваясь в строки, от которых бумага, казалось, должна была обуглиться.

«Они окружили меня...» – начала она писать, едва разбирая собственный почерк. – «Мелоди шептала мне на ухо свои дерзкие песни, а Чарли опутала мои запястья своей липкой, прочной паутиной... Лола смотрела на меня как на свою самую ценную награду, а Кадзэ... о, Кадзэ использовала свои клинки, чтобы...»

Колетт так увлеклась описанием того, как Пайпер, сбросив маску вежливости, берет на себя роль строгой «мамочки» и заставляет её подчиняться желаниям всех пяти женщин, что не заметила, как дверь парилки тихо скрипнула.

– Боже мой, какая экспрессия! – раздался над самым ухом медовый, но пропитанный иронией голос Лолы.

Колетт подпрыгнула, выронив ручку, но дневник перехватила тонкая рука в кружевной перчатке (Пайпер умудрялась носить их даже здесь).

– Ну-ка, ну-ка, – Пайпер мягко отстранила Колетт свободной рукой, раскрывая тетрадь. – Мы с девочками заметили, что ты так внезапно убежала. Решили проверить, всё ли в порядке. А тут, оказывается, создается шедевр.

Колетт почувствовала, как краска заливает не только лицо, но и шею, и плечи. Она попыталась вскочить, но Мелоди, возникшая словно из ниоткуда, положила руку ей на плечо, удерживая на месте.

– Куда же ты, крошка? – Мелоди хитро прищурилась, её корейский акцент звучал сейчас особенно вкрадчиво. – Мы хотим послушать. Лола, читай вслух. У тебя ведь лучший сценический голос.

Лола театрально откашлялась, облокотившись о дверной косяк. Чарли прислонилась рядом, скрестив руки на груди и с любопытством поглядывая на съежившуюся Колетт. Кадзэ стояла чуть поодаль, сохраняя невозмутимость, но её взгляд был прикован к тексту.

– «...Пайпер подошла ближе, её зонтик был отброшен в сторону, а в глазах читалось обещание сладкого наказания», – начала читать Лола, придавая каждому слову излишний драматизм. – «Она наклонилась к моему лицу и прошептала: "Сегодня ты будешь хорошей девочкой только для нас"».

– О, как самонадеянно, – усмехнулась Чарли, поправляя прядь волос. – Я там тоже есть?

– Еще как, – Лола перелистнула страницу, игнорируя тихий стон Колетт, которая уже начала грызть ногти от невыносимого смущения. – «Чарли использовала свои акробатические навыки, чтобы удерживать меня в самой неудобной позе, пока Мелоди...» Ох, Колетт, ну и фантазия у тебя! Мелоди, ты тут делаешь нечто совершенно нелегальное с микрофонной стойкой.

Мелоди звонко рассмеялась, подходя ближе к Колетт и наклоняясь к самому её лицу.

– А мне нравится, – прошептала певица. – У этой девочки есть вкус. Хотя в жизни я бы действовала куда... хитрее.

– Достаточно, – Пайпер мягко, но властно забрала дневник из рук Лолы.

Она подошла к Колетт, которая уже была готова провалиться сквозь землю. Пайпер присела перед ней на корточки, заставляя девушку поднять взгляд. В глазах блондинки больше не было той привычной мягкости из кафе. В них горел огонь, который Колетт видела лишь в своих самых смелых мечтах.

– Значит, ты видишь меня такой? – тихо спросила Пайпер, погладив Колетт по щеке. – Строгой? Властной? Настоящей «мамочкой», которая присматривает за своими непослушными девочками?

Колетт смогла лишь судорожно кивнуть, не в силах вымолвить ни слова.

– Что ж, – Пайпер выпрямилась, оглядывая остальных девушек. – Раз уж наша маленькая фанатка так старательно расписала наши роли... было бы очень невежливо с нашей стороны оставить её без личного опыта, не так ли?

Лола хищно улыбнулась, Чарли сплела из пальцев замысловатую фигуру, а Кадзэ просто коротко кивнула, поправляя пояс своего халата.

– В парилку, – скомандовала Пайпер, и в её голосе прозвучал металл, от которого у Колетт по спине пробежал табун мурашек. – Живо. Мы еще не закончили наш отдых, а твой дневник, Колетт, подождет. Нам нужно обсудить... правки в сценарии.

Мелоди подхватила Колетт под руку, помогая ей встать, и потащила обратно в жаркий туман. Колетт шла, едва переставляя ватные ноги, понимая, что следующая глава её фанфика будет написана не чернилами, а самой жизнью.

– И не забудь поднос с суши, Кадзэ, – бросила через плечо Лола. – Нам понадобятся силы. Шоу обещает быть долгим.

Дверь в парилку захлопнулась, отсекая звуки внешнего мира и оставляя Колетт наедине с её воплотившимися в реальность фантазиями. Пайпер, идущая последней, обернулась и подмигнула дрожащей деву