Царица мёртвых

Дождь неистово барабанил по крыше кареты, запряжённой невидимыми существами, но внутри было тепло и шумно. Персифона Поттер — или просто Перси, как она настойчиво требовала себя называть — закинула ноги на сиденье, едва не задев Рона, и поправила выбившуюся медно-рыжую прядь. Её изумрудные глаза азартно блестели.

– Слушайте, ну какой Сириус Блэк? – Перси фыркнула, пренебрежительно махнув рукой. – Если он такой опасный преступник, почему он до сих пор не напал на министерство, а просто сбежал? Спорим на три шоколадных лягушки, что он просто хочет погулять на свободе?

– Перси, это не смешно, – нахмурился Гарри, хотя в глубине души его всегда забавлял оптимизм сестры. – Он убил кучу людей. И говорят, он ищет... ну, ты понимаешь.

– Нас он ищет, – подытожила Перси, ничуть не испугавшись. – Пусть ищет. У него нет шансов против нас пятерых. Правда, Джинни?

Сидящая рядом Джинни Уизли, которая за лето заметно повзрослела и стала куда увереннее, активно закивала.

– Конечно! К тому же, в этом году в Хогвартсе будет куда более интересное событие, чем какой-то беглый преступник. Вы слышали? В школу поступает Урсула Дэгвин.

– Та самая? – Гермиона оторвалась от своей книги, и её глаза округлились. – Наследница всех четырёх основателей? Я читала об этом в «Истории Хогвартса: Специальное дополнение». Генеалогическое древо Дэгвинов — это просто нечто невероятное. Кровь Гриффиндора, Слизерина, Когтеврана и Пуффендуя в одном человеке!

– Говорят, она невероятно сильная, – добавил Рон, с воодушевлением разворачивая обертку от конфеты. – Представляете, если она попадет на Гриффиндор? Мы тогда точно выиграем Кубок школы во всём, в чём только можно.

– А я думаю, она пойдет на Слизерин, – подмигнула Перси, толкая Рона локтем. – Чтобы разбавить их кислые мины своим присутствием. Или на Когтевран, если она такая же заучка, как наша Гермиона.

– Я не заучка! – притворно возмутилась Гермиона, но тут же рассмеялась вместе со всеми.

– Ставлю на Пуффендуй, – весело вставил Гарри. – Там ценят честность, а про неё пишут, что она всегда говорит правду в глаза.

– Ну, тогда ей у нас понравится, – заключила Перси. – Мы тоже не любим ходить вокруг да около. Главное, чтобы она оказалась классной девчонкой, а не надутой индюшкой вроде Малфоя.

Когда кареты наконец остановились у замка, и ученики хлынули в Большой зал, напряжение в воздухе можно было резать ножом. Даже привидения замерли вдоль стен, ожидая начала распределения. Профессор Макгонагалл вывела шеренгу первокурсников, которые выглядели совсем крошечными на фоне вековых сводов.

Прошло несколько человек: кто-то отправился за стол Когтеврана под вежливые аплодисменты, кто-то — к Пуффендую. И вот наступила тишина. Такая глубокая, что было слышно, как трещат свечи в воздухе.

– Урсула Дэгвин! – громко объявила Макгонагалл.

Из строя вышла девочка с копной иссиня-чёрных волос, вьющихся крупными кольцами до середины спины. Её темно-карие глаза смотрели на мир с любопытством, но без тени страха. Она шла уверенно, хотя легкий румянец на щеках выдавал её волнение.

Когда Урсула села на табурет и Шляпа опустилась ей на глаза, зал затаил дыхание. Минута тянулась как вечность. Наконец, Шляпа шевельнулась и выкрикнула на весь замок:

– ГРИФФИНДОР!

Стол львов взорвался таким ревом, что, казалось, кубок на столе директора подпрыгнул. Перси вскочила на скамью, размахивая руками.

– Да! Иди к нам, Урсула! – кричала она, перекрывая шум.

Девочка подошла к их столу и робко улыбнулась. Она села прямо напротив Гарри и Перси.

– Привет, – сказала она, когда шум немного утих. – Вы ведь Поттеры? Я много о вас слышала. Но, честно говоря, я думала, вы будете выглядеть... более героически. А вы просто похожи на людей.

Рон поперхнулся соком, а Перси расхохоталась.

– О, мне она уже нравится! – воскликнула она. – Добро пожаловать в нашу банду, Урсула. Я Перси, и если кто-то будет тебя доставать из-за твоих предков — просто скажи мне, я их сглажу так, что Снейп не узнает.

***

Прошло несколько недель. Золотая осень сменилась первыми холодами, и наступил день первого похода в Хогсмид. Однако для Гарри и Перси утро началось не с радостных сборов, а с горького разочарования.

– Это просто несправедливо! – бушевала Перси в гостиной, меряя шагами ковер. – Эти мерзкие, вонючие, пустые головой Дурсли! Чтоб им икнулось триста раз подряд! Чтоб у них в саду вместо роз выросли гремучие ивы!

Гарри сидел у окна, тоскливо глядя, как толпа учеников в теплых шарфах тянется к воротам замка. Рон и Гермиона долго извинялись, прежде чем уйти, а Джинни даже предложила остаться, но Перси сама выставила подругу за дверь, заявив, что не потерпит таких жертв.

– Они даже не мои родственники, Гарри! – продолжала Перси, её рыжие кудри буквально вибрировали от ярости. – Тебя они хотя бы растят, а меня просто сдали в приют, как сломанный чайник! И теперь они имеют право решать, могу я выпить сливочного пива или нет? Не бывать этому!

– Перси, успокойся, – тихо сказал Гарри. – Профессор Макгонагалл сказала ясно: без разрешения опекуна — ни шагу. Мы ничего не можем сделать.

Перси вдруг замерла. Её глаза сузились, а на губах появилась та самая улыбка, которая обычно предвещала либо грандиозную шалость, либо исключение из школы.

– Жди здесь, – бросила она.

– Ты куда? – крикнул Гарри вслед, но сестра уже вылетела из портретного проема.

Перси неслась по коридорам, её мантия развевалась, как крылья летучей мыши. Она знала, куда идет. Подземелья встретили её холодом и запахом сырости. Она остановилась перед дверью кабинета зельеварения и, даже не потрудившись постучать, ворвалась внутрь.

Северус Снейп стоял у стола, склонившись над котлом. Он медленно поднял голову, и его лицо, обычно выражающее лишь ледяное презрение, на мгновение дрогнуло.

– Мисс Поттер, – произнес он неожиданно мягким, почти бархатным голосом. – Я полагаю, правила приличия и стук в дверь — это слишком скучно для вашей деятельной натуры?

Перси подошла ближе. Она знала свою силу. Однажды она случайно увидела в его приоткрытом шкафу старую колдографию — там была девочка с такими же рыжими волосами и такими же глазами. С тех пор Перси поняла, почему суровый декан Слизерина никогда не снимает с неё баллы и всегда позволяет ей чуть больше, чем остальным.

Она сделала глубокий вдох, стараясь придать лицу выражение кроткой печали, которое так мастерски умела изображать, когда ей было нужно. Она посмотрела на Снейпа снизу вверх, широко распахнув свои изумрудные глаза.

– Профессор, – прошептала она, и её голос слегка дрогнул. – Мне так неловко вас беспокоить... Но мне больше не к кому пойти.

Снейп отложил черпак. Его взгляд стал странно туманным.

– В чем дело, Персифона?

– Понимаете... – она шмыгнула носом. – Дурсли. Они так жестоки. Они не подписали разрешение ни мне, ни Гарри. Просто потому, что они ненавидят всё... волшебное. Всё, что было дорого моей маме.

При упоминании Лили пальцы Снейпа на краю стола побелели. Перси почувствовала, что попала в цель.

– Я так хотела увидеть Хогсмид, – продолжала она, подходя еще на шаг. – Мама ведь тоже там гуляла, правда? Она рассказывала бы нам об этом, если бы была жива. А теперь мы заперты в замке, как в тюрьме, из-за людей, которые нас ненавидят. Профессор, вы ведь знали её... Неужели она бы хотела, чтобы мы сидели здесь в одиночестве, пока все остальные радуются?

Снейп молчал долго. Казалось, он борется с самим собой. Перси стояла неподвижно, стараясь дышать ровно и выглядеть как можно более беззащитной.

– Ваша мать... – начал он хрипло, – всегда находила способ обойти правила, если считала их глупыми.

Он резко повернулся к столу, схватил перо и клочок пергамента. Несколько быстрых движений — и он протянул ей записку.

– Это разрешение от моего имени как декана, временно курирующего вашу безопасность. Я укажу, что вы находитесь под моим личным надзором в учебных целях.

Перси едва не подпрыгнула от радости, но вовремя сдержалась. Она аккуратно взяла пергамент.

– Спасибо, профессор. Вы... вы самый добрый человек в этой школе.

Снейп отвернулся, снова уставившись в котел.

– Идите, пока я не передумал. И присмотрите за своим несносным братом. Если он попадет в неприятности, я аннулирую это разрешение быстрее, чем вы произнесете «Экспеллиармус».

Перси вылетела из кабинета, едва сдерживая победный вопль. Она взлетела по лестницам, перепрыгивая через две ступеньки, и ворвалась в гостиную Гриффиндора.

Гарри всё еще сидел у окна, выглядя совершенно раздавленным.

– Собирайся! – крикнула она, размахивая пергаментом. – Мы идем в Хогсмид!

Гарри ошарашенно уставился на бумагу.

– Как? Откуда? Перси, это что, подделка?

– Обижаешь! – она схватила его за руку и потащила к выходу. – Это официальное разрешение от профессора Снейпа. Я просто... напомнила ему о некоторых старых добрых временах.

– Снейп? Дал разрешение? Нам? – Гарри всё еще не верил своим ушам, пока они бежали по направлению к вестибюлю.

– Не задавай лишних вопросов, братец! – Перси смеялась, и её рыжие волосы сияли на солнце, которое наконец пробилось сквозь тучи. – Просто радуйся, что у тебя есть такая гениальная сестра. Нас ждет сливочное пиво и целая гора сладостей в «Сладком королевстве»!

Они выбежали из ворот замка, чувствуя вкус свободы и холодный осенний ветер. Впереди был целый день приключений, и никакие запреты Дурслей или угрозы Блэка не могли испортить этот триумф. Персифона Поттер всегда получала то, что хотела, особенно если для этого нужно было лишь немного удачи и капля магии из прошлого.