Сын монарха

Смотреть на него было всё равно что смотреть в зеркало, которое решило показать тебе иную версию реальности. Версию, где божественная сила смешалась не с тьмой бездны, а с ярким, ослепляющим светом, который, впрочем, обжигал ничуть не слабее.

Я стоял у панорамного окна в аэропорту Инчхон, скрытый от глаз обычных людей легкой завесой магического искажения. Мой сын. Алекс.

Ему было восемнадцать, и он возвышался над толпой на свои сто девяносто пять сантиметров. Короткие, растрепанные светлые волосы падали на лоб, а пронзительные ярко-голубые глаза сканировали пространство с холодным спокойствием хищника, который точно знает свою силу. В левом ухе поблескивали черные кольца-сережки. На нем была свободная черно-золотая футболка, подчеркивающая разворот плеч, и черные шорты. На плече небрежно висел рюкзак.

Он выглядел как модель с обложки дорогого журнала, но я видел глубже. Я видел его мускулатуру — идеальную, проработанную, словно высеченную из мрамора. И я чувствовал его ауру. Черное пламя. Мощь, которая дремала внутри него, была густой и вязкой, совершенно отличной от моей маны, но родственной ей по своей сути.

Алекс поправил наушники на шее и двинулся к выходу. Его движения были текучими, как у ассасина. Неудивительно — я знал о его одержимости играми этой тематики. На его предплечье виднелась татуировка — символ братства из его любимой франшизы. Для него это было хобби, для меня — знак того, что он уже выбрал свой путь воина.

Я вздохнул, чувствуя непривычную тяжесть в груди.

– Ты собираешься подойти к нему, или так и будешь стоять в тенях, Повелитель? – раздался тихий голос Бера за моей спиной.

– Еще не время, – ответил я, не оборачиваясь. – Пусть сначала вдохнет воздух родины.

Моя жизнь была сложной. Когда-то, еще до того, как мир изменился окончательно, до того, как я стал Теневым Монархом в полной мере, в моей жизни была женщина. Его мать. Наш роман был бурным, но коротким. Жизнь развела нас: я встретил Ча Хэ Ин, женщину, которая стала моей женой и матерью Сухо. Я не знал, что та связь оставила след. Точнее, я узнал об этом слишком поздно, когда Алекс уже подрос.

Я помогал им издалека. Деньги, защита теней, ресурсы. Но я не был рядом. И теперь, глядя на этого статного молодого человека, я понимал, сколько всего упустил. Алекс вырос мудрым и самостоятельным. В свои восемнадцать он уже владел собственной IT-компанией и зарабатывал столько, что мог бы купить половину Сеула. Он не хвастался своим происхождением. В отличие от Сухо, который рос «золотым мальчиком» под крылом матери и моим присмотром, Алекс ковал себя сам.

Я вышел из тени, когда он уже стоял у выхода, ожидая такси. Магическая завеса спала. Люди вокруг начали оборачиваться, узнавая во мне национального героя, но мне было плевать. Мой взгляд был прикован только к нему.

Алекс замер. Он почувствовал мое присутствие еще до того, как увидел. Он медленно обернулся, снял очки и посмотрел мне прямо в глаза. В этом взгляде не было ненависти, но не было и детского восторга. Только глубокое, выдержанное уважение и тень чего-то болезненного.

– Отец, – произнес он низким, уверенным голосом.

– С возвращением, Алекс, – я подошел ближе. Мы были почти одного роста, и это создавало странное ощущение равенства. – Ты повзрослел.

– Время идет, даже если ты над ним властен, – он едва заметно усмехнулся. – Корея почти не изменилась. Всё та же суета.

– Поедем, – я указал на припаркованную черную машину. – Сухо и Хэ Ин ждут дома.

При упоминании имени моей жены челюсть Алекса едва заметно сжалась. Я знал, что у них сложные отношения. Хэ Ин не могла принять его до конца — он был живым напоминанием о том времени, когда меня не было рядом с ней. А Алекс... он просто считал её чужой. Пустым местом в своей системе координат.

– Сухо всё так же играет в героя? – спросил Алекс, когда мы сели в машину.

– Он старается, – ответил я уклончиво. – Ему шестнадцать, он еще только ищет свой путь.

– Он слишком зависит от матери, отец, – Алекс откинулся на кожаное сиденье и посмотрел в окно. – В нашем мире это слабость. Если ты не можешь стоять на своих ногах без чьей-то руки за спиной, ты упадешь при первом же серьезном порыве ветра.

– Не все растут так, как ты, Алекс.

– Это верно, – он горько усмехнулся. – Не всем приходится хоронить мать в одиночестве.

Машина резко дернулась, когда я непроизвольно сжал руль. Воздух в салоне похолодел.

– Что ты сказал? – мой голос прозвучал как раскат грома.

Алекс повернул голову ко мне. Его голубые глаза сверкнули холодным огнем.

– Пять лет назад, – спокойно сказал он. – Рак. Она не хотела, чтобы ты знал. Сказала, что у тебя «своя новая жизнь и великие дела». Я справился сам. Похороны, счета, компания... Всё сам.

Я молчал. Внутри меня бушевала буря, которую не могли сдержать даже силы Монарха. Пять лет. Пять лет я думал, что она просто живет своей жизнью в Штатах, наслаждаясь тишиной. Я посылал деньги, которые, как теперь выяснилось, Алекс переводил на благотворительность или вкладывал в бизнес.

– Почему ты не сказал мне тогда? – спросил я, стараясь контролировать голос.

– А что бы это изменило? – Алекс пожал плечами. – Ты бы прилетел? Устроил бы лучшие похороны в мире? Привел бы своих теней почетным караулом? Ей это было не нужно. И мне тоже. Я уважаю тебя как бойца и как лидера, отец. Но как семья... нам еще предстоит познакомиться заново.

Мы подъехали к моему дому — огромному особняку, скрытому от посторонних глаз мощными барьерами. На пороге нас уже ждали.

Сухо, в своей яркой спортивной куртке, нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Рядом стояла Хэ Ин, как всегда безупречная, но в её глазах читалось напряжение.

Когда Алекс вышел из машины, Сухо замер. Разница между ними была разительной. Сухо — симпатичный, золотистый, мягкий. И Алекс — мощный, холодный, с аурой древнего пламени, которая, казалось, выжигала пространство вокруг него.

– Ого... – выдохнул Сухо. – Ничего себе ты вымахал, брат!

Алекс подошел к нему и коротко кивнул, проигнорировав протянутую для объятий руку.

– Привет, Сухо. Вижу, ты всё еще не научился скрывать свою ману. Фонить на всю округу — плохая привычка.

Сухо осекся, его лицо немного покраснело.

– Алекс, – Хэ Ин сделала шаг вперед, её голос был вежливым, но холодным. – Добро пожаловать. Мы приготовили для тебя комнату в западном крыле.

Алекс посмотрел на неё сверху вниз. В его взгляде не было агрессии, только полное отсутствие интереса.

– Благодарю, госпожа Ча, – ответил он, намеренно используя официальное обращение. – Но я пробуду здесь недолго. У моей компании открывается филиал в Сеуле, так что у меня много дел. Я приехал в основном по просьбе отца.

Атмосфера накалилась до предела. Я видел, как Сухо переводит взгляд с матери на брата, не понимая, как реагировать.

– Давайте зайдем в дом, – прервал я затянувшееся молчание. – Ужин уже готов.

Вечер проходил в натянутой обстановке. Алекс ел молча, с аристократическим спокойствием, которое казалось странным для парня, любящего видеоигры и футбол. Он отвечал на вопросы Сухо о технике боя и оружии коротко и по делу, демонстрируя глубокие знания. Когда речь зашла о холодном оружии, Алекс достал из кармана небольшой складной нож с гравировкой и заставил его вращаться между пальцами с такой скоростью, что лезвие превратилось в серебристое облако.

– Это просто игрушка, – заметил он, поймав восхищенный взгляд младшего брата. – Настоящее оружие требует воли.

– А твоя сила? – спросил Сухо. – Отец говорил, у тебя черное пламя. Покажешь?

Алекс взглянул на меня, словно спрашивая разрешения. Я кивнул.

Он поднял руку, и над его ладонью расцвел цветок из абсолютно черного огня. Это пламя не давало света, оно, казалось, поглощало его. Температура в комнате мгновенно подскочила, но пламя не обжигало мебель — оно было под идеальным контролем.

– Оно... оно пахнет как бездна, – прошептал Сухо, завороженно глядя на огонь.

– Оно пахнет пеплом моих врагов, – серьезно ответил Алекс и сжал кулак, гася пламя.

После ужина, когда Сухо ушел к себе, а Хэ Ин скрылась в спальне, мы с Алексом вышли на балкон.

– Ты злишься на меня за то, что я не был рядом с ней, – сказал я, глядя на ночной Сеул.

– Злость — это эмоция для слабых, отец, – Алекс оперся на перила. – Я просто констатирую факт. Ты — Монарх. Твой мир — это тени и вечная война. Наш мир был другим. Но теперь, когда я здесь... я хочу понять одну вещь.

– Какую?

Он повернулся ко мне, и в его глазах снова вспыхнуло то самое черное пламя.

– Ты позвал меня, потому что тебе нужен наследник, или потому что тебе нужен сын? Потому что если первое — Сухо вполне подойдет, он податлив. Если второе... то тебе придется смириться с тем, что я не буду подчиняться твоим правилам.

Я посмотрел на него и впервые за долгое время почувствовал гордость, смешанную с легкой горечью. Он был слишком похож на меня в молодости — такой же упрямый, такой же одинокий в своей силе.

– Мне не нужен подчиненный, Алекс, – тихо произнес я. – У меня их миллионы. Мне нужен тот, кто сможет пойти рядом со мной, когда тени станут слишком тяжелыми.

Алекс долго молчал, вглядываясь в темноту. Затем он достал телефон и запустил какую-то игру.

– Завтра утром я иду на футбольное поле, – сказал он, не глядя на меня. – Говорят, в Корее неплохие игроки. Если хочешь... можешь прийти посмотреть. Только без своих теней.

Он развернулся и пошел к себе, оставив после себя легкий запах гари и ощущение того, что моя жизнь только что стала еще сложнее.

Я остался на балконе, глядя ему вслед. Мой старший сын. Мое черное пламя. Он приехал не за наследством и не за силой. Он приехал, чтобы бросить вызов самому богу, который когда-то оставил его мать.

И, честно говоря, я не мог его за это винить.