Не прикасайся

Особняк семьи Ким возвышался над окрестностями мрачным монолитом из черного мрамора и стекла. Внутри царила стерильная тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем напольных часов в холле. Для шестнадцатилетнего Пака Чимина этот дом стал не крепостью, а изысканной тюрьмой, куда его продали собственные родители в день его совершеннолетия.

Чимин сидел на краю огромной кровати в гостевой спальне, сжимая тонкими пальцами край шелкового покрывала. На нем была белоснежная рубашка, которая казалась слишком большой для его хрупкого телосложения. Колени мелко дрожали, а в глазах застыл застарелый страх. Он привык к боли — дома отец не скупился на пощечины за малейшую провинность, — но неизвестность пугала его гораздо сильнее.

Дверь распахнулась без предупреждения. На пороге стоял Ким Тэхен.

Его фигура в безупречно скроенном черном костюме излучала подавляющую мощь. Тэхен был ошеломляюще красив: резкие черты лица, глубокий взгляд темных глаз и аура абсолютной власти. Он был одним из самых богатых и влиятельных альф страны, и его репутация была такой же темной, как и его гардероб.

Тэхен медленно вошел в комнату, не сводя взгляда с дрожащего омеги.

– Встань, – голос альфы прозвучал низко и сухо, заполняя собой всё пространство.

Чимин вздрогнул и поспешно поднялся, едва не запутавшись в собственных ногах. Он опустил голову, боясь встретиться взглядом с мужем.

– Посмотри на меня, – приказал Тэхен, останавливаясь в паре шагов от него.

Омега медленно поднял глаза. Его ресницы были влажными, а губы искусаны до крови.

– Твои родители сказали, что ты послушный, – Тэхен протянул руку и грубо схватил Чимина за подбородок, заставляя смотреть прямо на себя. – Надеюсь, они не солгали. Я не терплю неповиновения.

– Я... я буду стараться, господин Ким, – прошептал Чимин, стараясь не разрыдаться от боли в челюсти.

Тэхен усмехнулся, и эта усмешка не сулила ничего доброго.

– "Господин Ким"? Теперь я твой муж. Хотя для тебя это мало что меняет. Ты здесь для того, чтобы украшать этот дом и выполнять мои распоряжения.

Он оттолкнул лицо Чимина и прошел к окну, заложив руки за спину.

– Мне доложили, что ты сегодня почти ничего не ел. Ты решил устроить забастовку в первый же день?

– Нет, что вы... – Чимин судорожно вздохнул. – У меня просто нет аппетита.

Тэхен резко обернулся. В его глазах вспыхнул опасный огонек.

– Мне плевать на твой аппетит. Если я приказываю есть — ты ешь. Если я приказываю молчать — ты молчишь. Ты понял?

Чимин быстро закивал, чувствуя, как по спине пробежал холод. Он знал этот тон. Именно так начинались вспышки гнева у его отца.

– Подойди сюда, – Тэхен указал на место рядом с собой.

Чимин на негнущихся ногах подошел к альфе. Тэхен внимательно осмотрел его, словно оценивая дорогое приобретение. Его рука внезапно легла на плечо омеги, и пальцы сжались слишком сильно, сминая ткань рубашки и кожу под ней.

– Ты выглядишь слишком слабым, – констатировал Ким. – Твой отец говорил, что ты часто болел.

– Я... я просто не очень крепкий, – Чимин зажмурился, ожидая удара.

– Не смей закрывать глаза, когда я с тобой разговариваю! – Тэхен повысил голос, и Чимин непроизвольно вскрикнул, отпрянув назад.

Этот жест испуга, кажется, еще больше разозлил альфу. Он схватил Чимина за предплечье и рывком притянул к себе.

– Ты боишься меня? – Тэхен наклонился к самому уху омеги, обжигая кожу горячим дыханием.

– Да... – честно ответил Чимин, всхлипывая.

– Хорошо. Страх — это единственное, что держит таких, как ты, в узде.

Тэхен отпустил его так же внезапно, как и схватил. Чимин пошатнулся, едва удержавшись на ногах. На его бледной коже уже начали проступать красные пятна от пальцев альфы.

– Завтра утром ты должен быть в столовой ровно в восемь, – Тэхен направился к выходу. – Оденься во что-то более подходящее. Не хочу видеть на тебе эти лохмотья, которые ты привез из своего нищего дома.

– Но это... это моя лучшая одежда, – тихо произнес Чимин, глядя в пол.

Тэхен остановился в дверях и обернулся. Его взгляд был ледяным.

– Теперь у тебя есть всё, что можно купить за деньги. Но помни: за каждую потраченную вону ты будешь расплачиваться своим послушанием. Если я увижу на твоем лице хоть тень недовольства, ты пожалеешь, что вообще родился на свет.

Дверь захлопнулась с тяжелым щелчком. Чимин остался один в огромной, холодной комнате. Он опустился на пол, обхватив колени руками, и позволил слезам течь по щекам.

Он надеялся, что брак станет для него спасением от жестокости родителей, но реальность оказалась куда страшнее. Ким Тэхен не искал партнера или спутника жизни. Ему нужна была живая игрушка, которую можно было ломать и перекраивать под свои нужды.

Ночь прошла в тревожном забытьи. Каждое шорох в коридоре заставлял сердце Чимина биться в безумном ритме. Утром он нашел в гардеробной десятки костюмов своего размера — все они были дорогими, изысканными и совершенно чужими. Выбрав самый простой, он спустился в столовую.

Тэхен уже сидел во главе длинного стола, читая что-то в планшете. Перед ним стояла чашка черного кофе.

– Ты опоздал на две минуты, – не поднимая глаз, произнес альфа.

– Простите, я... я не сразу нашел дорогу, – Чимин замер у входа.

– Сядь и ешь.

Чимин послушно опустился на стул. Перед ним стояла тарелка с завтраком, к которому он боялся прикоснуться. Руки дрожали так сильно, что вилка со звоном ударилась о фарфор.

Тэхен отложил планшет и посмотрел на него.

– Почему ты не ешь?

– Я... мне немного нехорошо.

Альфа медленно поднялся со своего места и подошел к Чимину. Он наклонился над ним, опираясь руками на спинку стула, фактически запирая омегу в ловушку.

– Я предупреждал тебя вчера, Пак Чимин. Мои приказы не обсуждаются.

– Пожалуйста, не надо... – Чимин сжался, втягивая голову в плечи.

– Не надо чего? – Тэхен протянул руку и с силой сжал волосы на затылке Чимина, заставляя его запрокинуть голову. – Учить тебя манерам? Твой отец явно плохо справился с этой задачей.

– Мне больно, – прохрипел омега, чувствуя, как слезы снова застилают глаза.

– Боль — хороший учитель, – Тэхен приблизил свое лицо к лицу Чимина. – Ты будешь делать то, что я скажу. Ты будешь улыбаться гостям, ты будешь идеальным мужем на публике, а здесь... здесь ты будешь принадлежать мне полностью.

Он отпустил волосы Чимина, и тот уткнулся лицом в ладони, с трудом сдерживая рыдания.

– У тебя есть час, чтобы привести себя в порядок, – бросил Тэхен, возвращаясь к своему холодному спокойствию. – К нам приедет юрист для оформления документов на твое содержание. Постарайся не выглядеть как побитая собака.

Когда Тэхен вышел, Чимин остался сидеть в тишине столовой. Он смотрел на свои дрожащие руки и понимал, что его жизнь превратилась в бесконечный кошмар. В шестнадцать лет он узнал, что мир — это не место для нежности и доброты. Это место, где сильные поглощают слабых, а красота — лишь способ сделать клетку более дорогой.

Он встал, вытирая слезы рукавом дорогого пиджака. У него не было выбора. Ему нужно было научиться выживать в этом доме, где даже стены казались пропитанными холодом Ким Тэхена.

Чимин подошел к зеркалу в холле и попытался улыбнуться. Отражение ответило ему напуганным взглядом разбитого ребенка. Он знал, что впереди его ждут долгие годы в этой золотой клетке, и единственное, что ему оставалось — это надеяться, что когда-нибудь его сердце просто перестанет чувствовать боль.

Но в глубине души он понимал: Ким Тэхен не остановится, пока не заберет у него всё, включая его душу. И это было самым пугающим в его новой "счастливой" жизни.