Свет монарха

Тишина в моем кабинете всегда была искусственной. Она не была отсутствием звука, она была результатом абсолютного контроля. Я, Сон Джинву, Теневой Монарх, повелитель несметных армий мертвых, воздвиг барьер такой мощи, что даже если бы за дверью взорвалась сверхновая, мир снаружи не услышал бы ни шороха.

В глазах общественности я — идеал. Герой, спасший мир, Теневой Монарх, чье величие неоспоримо. Дома я — идеальный муж и отец. Ча Хэ Ин, моя прекрасная жена, чьи золотистые волосы пахнут карамелью, а фиолетовые глаза смотрят на меня с бесконечной преданностью, всегда ждет меня к ужину. Мой сын, Сон Сухо, который в свои восемнадцать стал моей почти точной копией — те же черные волосы, те же внимательные серые глаза, — растет достойным преемником. Мы — идеальная картинка с обложки журнала о счастливой жизни.

Но у этой картинки есть обратная сторона. Секрет, который я храню глубже, чем тайны системы.

– Джинву... тише... – выдох, сорвавшийся с губ парня, прижатого к моему рабочему столу, заставил мои инстинкты взбеситься.

Алекс Окумура. Ему всего двадцать, но в нем сосредоточено столько жизни и огня, сколько я не видел за сотни лет сражений в пустоте. Его короткие, растрепанные светлые волосы цвета спелой пшеницы сейчас разметались по полированному дереву столешницы, закрывая лоб. Выбритые виски открывали вид на несколько черных сережек-колец в левом ухе, которые негромко позвякивали при каждом движении.

Я сжал его бедра, чувствуя под ладонями твердые, перекатывающиеся мышцы. Алекс был атлетичен, словно ожившее божество из греческих мифов. Его тело было результатом не только магии, но и изнурительных тренировок. Он мастерски владел холодным оружием и боевыми искусствами, а его ум был настолько острым, что иногда мне казалось, он видит меня насквозь.

– Ты сам этого хотел, – прошептал я ему в самое ухо, вдыхая его запах.

От него вечно пахло персиковым табаком — странная, но дурманящая смесь сладости и терпкости. Это был запах, который стал для меня наркотиком. Дома меня ждала карамель Хэ Ин, уютная и привычная, но здесь, под барьером, я сгорал в персиковом дыму Алекса.

Мы познакомились два года назад на собрании Ассоциации. Я помню тот день: скучные отчеты, бесконечные цифры, лица охотников, застывшие в масках почтения. И среди них — он. Алекс тогда только начал набирать известность. Мы разговорились в перерыве, и я был поражен тем, как легко нам было общаться. У нас оказалось невероятно много общего: от любви к стратегии до страсти к видеоиграм. Он даже показал мне татуировку на руке — знак ассасинов из его любимой игры.

А потом была та ночь. Мы перебрали с алкоголем после завершения сложного рейда, и барьеры, которые я так тщательно выстраивал годами, рухнули. С того момента всё изменилось. Свидания, тайные встречи, секс, от которого искры летели в буквальном смысле.

– Джинву, черт возьми... – Алекс выгнулся, впиваясь пальцами в мои плечи.

Его ярко-голубые глаза, обычно пронзительные и ясные, сейчас подернулись дымкой удовольствия. В комнате стало жарко. Не от моей силы, а от его. Золотое пламя — его дар — начало непроизвольно просачиваться сквозь кожу, окутывая его торс призрачным сиянием. Это пламя не обжигало меня, оно ласкало, признавая во мне хозяина, но напоминая о том, какая мощь скрыта в этом двадцатилетнем парне.

Я уже год не делил постель с Хэ Ин. Мы жили как добрые друзья, как партнеры по воспитанию сына, но та искра, что когда-то горела между нами, давно превратилась в пепел. С Алексом же я чувствовал себя живым. Не Монархом, не Богом, а мужчиной, который может желать и быть желанным.

– Посмотри на меня, – скомандовал я, переплетая свои пальцы с его.

Он послушно поднял взгляд. В этом парне сочеталась мудрость не по годам и юношеский задор. Он знал, на что идет, вступая в связь с Теневым Монархом. Он знал о моей семье. Но он никогда не просил большего, чем я мог дать, и именно это делало его для меня бесценным. Мой лучик света в вечной тени.

– Ты сегодня особенно настойчив, – усмехнулся Алекс, хотя его голос дрожал от напряжения. – Неужели домашние дела так утомили?

– Замолчи, – я притянул его к себе для поцелуя, заглушая его смех.

В этом кабинете, за барьером, время замирало. Здесь не было системы, не было долга перед человечеством, не было ожиданий семьи. Был только запах персика, золотое пламя и ритмичный стук двух сердец, бьющихся в унисон.

Я чувствовал, как его мускулистое тело отзывается на каждое мое движение. Алекс был идеален во всем: от того, как он держал кинжал, до того, как он выгибался под моими руками. Его кожа светилась в полумраке кабинета, а золотые искры пламени танцевали на стенах, отражаясь в моих темных глазах.

– Знаешь, – выдохнул он, когда мы на мгновение отстранились друг от друга, чтобы перевести дыхание, – если твой барьер хоть на секунду дрогнет, Бер или Игритт убьют меня на месте.

– Они не посмеют, – отрезал я, хотя знал, что мои тени в курсе всего.

Они молчали, преданные своему господину. Они видели, как я меняюсь рядом с ним. Как холодная пустота в моей груди заполняется этим странным, золотистым светом.

– Ты мой секрет, Алекс, – я провел ладонью по его щеке, убирая мокрую от пота прядь волос. – Самый опасный и самый желанный.

– Опасность — мое второе имя, ты же знаешь, – он дерзко улыбнулся, и в его глазах снова вспыхнул тот азарт, который я так любил. – Давай, Монарх. Покажи мне, на что способна твоя тень.

Я не заставил его ждать. В этот вечер барьер дрожал от концентрации магии и страсти. Мы были двумя стихиями, столкнувшимися в замкнутом пространстве: абсолютная тьма и первозданное золото.

Когда всё закончилось, и мы просто лежали на широком диване в углу кабинета, Алекс лениво перебирал мои пальцы, рассматривая свои татуировки.

– Сухо сегодня спрашивал о тебе, – тихо сказал я, глядя в потолок.

Алекс замер. Он редко заговаривал о моей семье первым.

– И что ты ответил? – спросил он, не глядя на меня.

– Сказал, что у меня много работы в Ассоциации. Что я задержусь.

– Ты лжешь им всем, Джинву. Ради чего? Ради мальчишки, который любит играть в ассасинов и поджигать кусты на тренировках?

Я повернулся к нему, заставляя его посмотреть мне в глаза.

– Ради себя, Алекс. С ними я тот, кем должен быть. С тобой я тот, кто я есть.

Он молчал долго, глядя на меня своими пронзительными голубыми глазами. В них не было осуждения, только глубокое, почти болезненное понимание.

– Твоя жена... она ведь ни в чем не виновата, – наконец произнес он.

– Я знаю. И я сделаю всё, чтобы она никогда не узнала. Она заслуживает своего идеального мужа. Но мне нужен этот воздух, Алекс. Мне нужен ты.

Алекс вздохнул, прижимаясь ко мне крепче. Его тело всё еще излучало приятное тепло.

– Я никуда не уйду, пока ты сам меня не прогонишь. Ты же знаешь.

Я знал. И это было самое пугающее и одновременно самое прекрасное в нашей связи. Алекс Окумура был моим спасением от вечности, в которой я был обречен на одиночество на троне.

Я медленно снял барьер. Звуки внешнего мира — гул кондиционера, отдаленный шум машин за окном — ворвались в кабинет. Магия теней привычно окутала комнату, скрывая следы нашего присутствия.

– Тебе пора, – сказал я, поднимаясь и поправляя одежду.

Алекс кивнул. Он быстро оделся, вернув себе облик уверенного, сильного охотника. Его пшеничные волосы всё еще были в беспорядке, но это лишь добавляло ему очарования.

– Увидимся на следующей неделе? – спросил он у двери, надевая куртку, от которой пахло его любимым табаком.

– Раньше, – пообещал я.

Он улыбнулся — той самой светлой, открытой улыбкой, которая заставляла мое мертвое сердце биться чаще — и исчез в коридоре.

Я подошел к окну. Внизу, на стоянке, я увидел, как он садится на свой мотоцикл и срывается с места, превращаясь в золотистую искру в сумерках города.

Через час я буду дома. Я обниму Хэ Ин, похвалю Сухо за успехи в академии и сяду ужинать в кругу своей идеальной семьи. Я буду улыбаться, буду внимательным и любящим.

Но на моих губах всё еще будет оставаться едва уловимый вкус персика, а в глубине души — сиять золотое пламя, которое не под силу потушить даже самому Теневому Монарху.