Новая жизнь

Вечерний Сеул задыхался в неоновом мареве. Сон Джинву, Теневой Монарх, чье присутствие заставляло дрожать само пространство, шел по парку, не скрывая своей ауры. Рядом с ним, едва поспевая за его широким шагом, шла Ча Хэ Ин. Она выглядела очарованной, почти завороженной той непостижимой силой, что исходила от него. Ее ноздри едва заметно трепетали — она вдыхала его запах, этот уникальный аромат маны и вечной тьмы, который пьянил её сильнее любого вина.

В тени раскидистого клена, скрытая сумерками, стояла Окумура Юми. Ее рост в сто шестьдесят сантиметров позволял ей легко затеряться в толпе, но сейчас она была совершенно одна. Фарфоровая кожа казалась мертвенно-бледной в свете фонарей, а небесно-голубые глаза, обычно сиявшие теплотой, когда она смотрела на Джинву, теперь напоминали замерзшие озера.

Она знала. Знала всё с самого начала. Юми помнила свою прошлую жизнь, помнила страницы манхвы, которую читала когда-то, сидя в уютном кресле. Она знала, что Сон Джинву суждено быть с Ча Хэ Ин. Это было прописано в сюжете, высечено в каноне. Но за годы, проведенные рядом с ним — с того времени, когда он был «Слабейшим оружием человечества» и возвращался домой весь в бинтах, и до момента, когда он стал богом, — она позволила себе поверить в чудо. Она любила не Теневого Монарха. Она любила парня, который заботился о сестре и матери, который неловко улыбался ей при встрече.

Юми развернулась и тихо ушла. В её чреве теплилась новая жизнь — крошечная искра, о которой Джинву еще не знал. И, судя по тому, как он смотрел на Хэ Ин, никогда не должен был узнать.

***

Дома было тихо. Юми сидела на кухне, не зажигая верхний свет. На столе лежали бумаги, подготовленные заранее. Она погладила свой живот, чувствуя странное спокойствие. Боль была такой острой, что сознание просто отключилось, оставив лишь холодный, расчетливый рассудок.

Дверь скрипнула. В квартиру вошел он. Высокий, статный, с волосами чернее самой ночи и глазами, в которых плескалась гроза. Сон Джинву замер в дверях кухни, почувствовав исходящий от Юми холод.

– Ты еще не спишь? – Его голос, ставший за последний год глубоким и властным, пророкотал в тишине.

Юми не пошевелилась. Она медленно подняла взгляд, и Джинву невольно вздрогнул. В этих голубых глазах не было ни слез, ни истерики. Только пустота.

– Джинву, я знаю, что ты мне изменил, – произнесла она спокойно. Каждый слог был отчетливым, как удар молота. – Ча Хэ Ин. Я видела вас в парке.

Джинву замер. Его тени в углах комнаты беспокойно зашевелились, отражая замешательство хозяина. Он попытался сделать шаг вперед, но Юми остановила его жестом руки.

– Не подходи. Я не хочу чувствовать на тебе её запах. Это иронично, правда? – Она горько усмехнулась. – Она просто понюхала твою силу и «поплыла». А ты, великий Теневой Монарх, оказался так падок на это восхищение. Ты стал марионеткой собственной судьбы, Джинву. Растоптал всё, через что мы прошли. Помнишь, как я перевязывала твои раны после рейдов ранга Е? Помнишь, как мы делили одну пачку лапши на двоих? Видимо, блеск ранга S ослепил тебя окончательно.

– Юми, послушай... – начал он, и в его голосе прорезались нотки вины, смешанной с раздражением. – Всё изменилось. Я стал другим. Мир стал другим.

– Именно, – перебила она его. – Ты потерял свою человечность, выбрав красивую обертку, которая боготворит твою мощь, а не твою душу. Но я здесь не для того, чтобы взывать к твоей совести. Её у тебя, кажется, больше нет.

Она пододвинула к нему листы бумаги.

– Подпиши это. Это отказ от всех прав на ребенка. Ты не будешь иметь с ним ничего общего. Никогда.

Джинву застыл, словно обращенный в камень. Грозовые глаза расширились, а аура в комнате стала настолько тяжелой, что обычный человек бы просто потерял сознание. Но Юми лишь выпрямила спину.

– Ребенок? – выдохнул он. – Ты... беременна?

– Какая проницательность для бога, – холодно отозвалась она. – Да. Но это не твой ребенок. Это ребенок того Сон Джинву, которого я знала раньше. Того, кто больше не существует. Раз уж у тебя начинается «новая жизнь» с той, что так удачно вписывается в твой статус, подпиши бумаги. Если сделаешь это, я исчезну. Я никогда не скажу ему, кто его отец. Я не хочу, чтобы он знал, что в его жилах течет кровь существа, променявшего верность на запах чужого восхищения.

Джинву смотрел на нее, и на мгновение в его глазах промелькнуло что-то человеческое — ужас, осознание потери, боль. Но тени вокруг него шептали о величии, о предназначении, о том, что старые связи лишь тянут на дно. Он чувствовал, как Ча Хэ Ин ждет его, как она резонирует с его силой.

– Ты действительно этого хочешь? – спросил он, и его голос дрогнул.

– Я хочу, чтобы мой ребенок рос в мире, где слова «честь» и «любовь» что-то значат, – Юми встала, взяв заранее собранный чемодан. – Подписывай. Иначе я просто уйду, и ты будешь искать нас вечно, пугая своими тенями весь мир. Но ты ведь не хочешь скандала, верно? Тебе нужна идеальная репутация для твоего нового союза.

Джинву медленно взял ручку. Его рука, способная сокрушать горы, едва заметно дрожала. Он поставил размашистую подпись, чувствуя, как в этот момент рвется невидимая нить, связывавшая его с прошлым. С его человеческим «я».

Юми забрала документы, спрятала их в папку и направилась к двери. На пороге она остановилась и в последний раз посмотрела на него через плечо. Черные волосы рассыпались по плечам, фарфоровая кожа светилась в полумраке.

– Удачи, Теневой Монарх, – произнесла она с тихой печалью. – Надеюсь, когда ты останешься совсем один на своем троне из костей, запах Ча Хэ Ин согреет тебя. Но сомневаюсь.

Она вышла, не оборачиваясь. Дверь захлопнулась с тихим щелчком, который для Джинву прозвучал как оглушительный взрыв.

***

Юми стояла на перроне вокзала. Ночной экспресс доставит её далеко от Сеула, от охотников, от врат и от человека, который разбил её сердце. Она знала, куда едет.

Город Каракура встретил её утренним туманом и странным чувством покоя. Здесь воздух казался другим — не таким тяжелым от маны, как в Сеуле, но наполненным какой-то иной, древней энергией.

Она сняла небольшую квартиру в тихом районе. Юми знала, что как человек, помнящий «сюжеты», она найдет способ выжить. Возможно, Каракура — не самое спокойное место в долгосрочной перспективе, если верить другим историям, но сейчас это было её убежище.

Сидя на веранде своего нового дома и попивая чай, Юми смотрела на заходящее солнце. Она погладила живот и едва заметно улыбнулась.

– Мы справимся, малыш, – прошептала она. – У нас будет своя история. Без монархов, без теней и без предательства.

В небе над Каракурой пролетела одинокая птица, и Юми впервые за долгое время вздохнула полной грудью. Она потеряла мир, который знала, но обрела нечто гораздо более важное — свободу быть собой, а не второстепенным персонажем в чужой грандиозной саге.

А где-то далеко, в холодном дворце теней, Сон Джинву сидел на своем троне, вдыхая аромат дорогих духов Ча Хэ Ин, и не мог понять, почему в его груди, там, где когда-то билось человеческое сердце, теперь зияет такая невыносимая, ледяная пустота.