Случай

Вечерний город медленно погружался в сизые сумерки, зажигая цепочки фонарей вдоль проспектов. Кристина Солдатова стояла у подъезда типичной многоэтажки, нервно постукивая носком кроссовка по асфальту. На ней были свободные джинсы и кожаная куртка, а в руках она вертела телефон, поглядывая на экран каждые тридцать секунд. Ее характер, который многие знакомые называли «взрывоопасным», сейчас балансировал на грани между легким раздражением и привычным нетерпением.

– Ну и где их черти носят? – пробормотала она себе под нос, отбрасывая со лба светлую прядь волос.

Она знала Сашу Майорова целую вечность. Их дружба, переплетенная с чем-то более глубоким и неопределенным, тянулась еще со школьных времен. Саша выбрал службу в ДПС, и форма, надо признать, сидела на нем как влитая, подчеркивая широкие плечи и выправку. Но вместе с формой в их жизни появился и Леха – напарник Саши, человек-катастрофа и ходячий сборник анекдотов.

Вдалеке послышался знакомый рокот двигателя. Из-за поворота вывернула патрульная машина с синими полосами на бортах. Кристина невольно улыбнулась.

Машина затормозила у тротуара, и двери распахнулись почти одновременно. Первым, как всегда, выскочил Леха. Его лицо расплылось в широченной улыбке, едва он увидел девушку.

– Крис! Радость моя, свет моих очей! – заорал он на весь двор, бросаясь к ней.

Прежде чем Кристина успела что-то сказать, Леха с разбегу заключил ее в такие крепкие объятия, что у нее едва не хрустнули ребра.

– Леха, пусти, задушишь! – засмеялась она, хлопая его по плечу.

– Тебя задушишь, как же, – Леха наконец отстранился, но продолжал сиять. – Ты единственная в этом суровом мире, кто понимает мой тонкий юмор. Не то что этот сухарь в погонах.

Саша, вышедший из-за руля, медленно подошел к ним, поправляя фуражку. Его взгляд был мягким, когда он смотрел на Кристину, но для Лехи у него всегда был наготове дежурный подкол.

– Твой «тонкий юмор», Алексей, больше напоминает кувалду, – заметил Саша, подходя ближе. – Привет, Крис. Извини, задержались на оформлении.

– Да я уже поняла, – Кристина лукаво прищурилась. – Опять бабушку через дорогу переводили или за стритрейсерами на «ладе» гонялись?

– Если бы! – Леха всплеснул руками. – Мы сегодня воплощение закона и порядка. Но у нас для тебя плохая новость, дорогая. В этом элитном небоскребе, где живет наш майор Майоров, приказал долго жить лифт. Оба. И грузовой, и пассажирский.

Кристина перевела взгляд на Сашу. Тот лишь виновато развел руками.

– Я только что узнал от консьержки. Мастер будет завтра. А нам, Крис, на пятнадцатый.

– Ого, – Кристина оценила масштаб трагедии. – Пятнадцатый этаж пешком? Это же практически восхождение на Эверест.

– Ну, я погнал, – Леха запрыгнул обратно в машину. – У меня еще смена не закончена, а вам желаю приятного фитнеса! Крис, держись, если этот зануда будет ныть – просто толкни его в лестничный пролет!

– Обязательно! – крикнула она вслед уезжающей машине.

Когда патрульный автомобиль скрылся из виду, Саша вздохнул и кивнул на тяжелую железную дверь подъезда.

– Ну что, готова к подвигам?

– После тебя, офицер, – фыркнула Кристина.

Первые пять этажей они преодолели бодро. Кристина даже умудрялась подкалывать Сашу, вспоминая, как в десятом классе он не смог подтянуться десять раз на физкультуре. Саша в ответ только посмеивался, сохраняя ровное дыхание.

– Это было давно и неправда, – отрезал он, перешагивая через две ступеньки. – Сейчас я в отличной форме.

– Посмотрим на тебя на двенадцатом, – парировала она.

Однако к десятому этажу задор Кристины заметно поутих. Дыхание сбилось, а ноги стали наливаться свинцом. Она остановилась на лестничной площадке, тяжело опираясь на перила.

– Всё, – выдохнула она, обмахиваясь рукой. – Пристрелите меня. Я остаюсь здесь жить. Тут мило, есть мусоропровод и отличный вид на соседнюю стену.

Саша остановился парой ступенек выше и обернулся. Он выглядел на удивление бодрым, лишь на лбу выступила легкая испарина.

– Что, Солдатова, сдаешься? А как же «я в зале три раза в неделю»?

– В зале есть кондиционер и нет пятнадцати этажей бетонной лестницы! – Кристина сердито посмотрела на него, пытаясь восстановить дыхание. – Иди уже, я дойду... минут через сорок.

Саша усмехнулся, спустился к ней и повернулся спиной, слегка присев.

– Давай, запрыгивай.

– Что? – Кристина округлила глаза. – Ты с ума сошел? Ты в форме, при исполнении, можно сказать...

– Я уже почти не при исполнении, – перебил он ее. – К тому же, если ты упадешь здесь от изнеможения, мне придется вызывать МЧС, а это лишняя бумажная волокита. Прыгай, говорю.

Кристина поколебалась секунду, но перспектива преодолеть еще пять этажей на собственных ногах казалась невыносимой. Она сделала шаг вперед и, как маленькая обезьянка, обхватила его за шею, запрыгивая на спину. Саша подхватил ее под колени, поудобнее перехватил и уверенно зашагал вверх.

– Ого, – Кристина прижалась щекой к его плечу, чувствуя жесткую ткань форменной рубашки. – А ты и правда в форме. Даже не кряхтишь.

– Ты легкая, – спокойно ответил Саша, хотя нагрузка определенно чувствовалась. – Как мешок сахара. Только мешок сахара обычно не болтает без умолку.

– Эй! – она шутливо щелкнула его по уху. – Я – ценный груз.

Они миновали одиннадцатый этаж, затем двенадцатый. Кристина чувствовала ритмичное движение его мышц и тепло, исходящее от него. В какой-то момент ей стало так уютно, что она даже зажмурилась, наслаждаясь моментом.

На тринадцатом этаже дверь одной из квартир со скрипом отворилась. На площадку вышла бабушка Надя – местная активистка и главная хранительница тайн всего подъезда. Она держала в руках пакет с мусором, но, увидев представшую перед ней картину, замерла на месте.

Саша, тяжело дыша, но не сбавляя темпа, поднимался по лестнице. На его спине, обхватив его руками и ногами, восседала довольная Кристина с сияющей улыбкой.

– Батюшки... – прошептала бабушка Надя, поправляя очки на носу. – Сашенька, это что же такое делается? Тебя что, в полиции теперь так тренируют?

Саша на секунду замер, но тут же вежливо кивнул, стараясь сохранить остатки достоинства.

– Добрый вечер, Надежда Петровна. Нет, это спецзадание. Эвакуация пострадавших в условиях неработающего лифта.

Кристина, ничуть не смутившись, помахала старушке рукой.

– Здравствуйте! Я пострадавшая. У меня ноги отказали от осознания высоты вашего дома!

Бабушка Надя проводила их долгим взглядом, качая головой.

– Ишь ты, эвакуация... – пробормотала она им вслед. – Красивая эвакуация, ничего не скажешь. Хорошая пара, хоть и оболтусы.

Когда они наконец достигли нужной площадки и Саша аккуратно опустил Кристину на пол у своей двери, оба несколько секунд просто стояли, прислонившись к стене. Саша тяжело дышал, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки.

– Ну всё... – выдохнул он. – Мы на месте.

Кристина посмотрела на него – взъерошенного, слегка покрасневшего от нагрузки, но довольного. Ее обычная колючесть куда-то испарилась.

– Спасибо, Саш, – тихо сказала она, подходя ближе и поправляя ему воротник. – Ты настоящий герой. Даже без медали.

Саша посмотрел ей в глаза, и на мгновение в коридоре повисла тишина, наполненная чем-то гораздо более важным, чем просто дружеская благодарность.

– Для тебя – хоть на двадцатый этаж, – ответил он, и в его голосе не было ни капли шутки.

Кристина улыбнулась, и в этот раз в ее улыбке не было ни капли иронии. Она знала, что завтра Леха обязательно узнает от бабушки Нади про «эвакуацию» и будет изводить их шутками еще неделю. Но сейчас, стоя здесь, на пятнадцатом этаже, ей было абсолютно все равно.