Брат сестры

Ночной город дышал неоновыми огнями и запахом разогретого асфальта. В частном секторе, где праздновали день рождения общего знакомого, музыка гремела так, что стекла в окнах мелко подрагивали. Алина, прислонившись к косяку двери, наблюдала за Кристиной. Та, поправляя на плечах пиджак, выглядела как воплощение дерзости: короткая кожаная юбка выгодно подчеркивала бедра, а в глазах плясали чертята.

– Ну что, подруга, поедем? – Кристина крутанула на пальце ключи от черной «Приоры» именинника. – Добавка сама себя не купит.

– Крис, ты уверена? – Алина с сомнением покосилась на машину. – Она же закатана в хлам. Там даже лобовое «пятеркой» забито. Если нас тормознут, это будет фиаско. Особенно сегодня.

– А что сегодня? – Кристина хитро прищурилась, хотя прекрасно знала ответ.

– Саша на смене, – вздохнула Алина, поправляя волосы. – И он сегодня злой. Утром уходил — искры из глаз летели. Если он увидит меня в этой «аквариумной» наборот машине, да еще и с тобой за рулем...

– О, так это же делает поездку в десять раз интереснее! – Кристина рассмеялась, направляясь к машине. – Садись, не дрейфь. Я трезвая как стеклышко, права в кармане, а твой брат... Ну, порычит немного, ему полезно.

Алина нехотя забралась на пассажирское сиденье. Внутри «Приоры» было темно, как в танке. Кристина уверенно завела мотор, и машина, басовито урча выхлопом, выкатилась со двора на пустую ночную дорогу.

Кристина вела уверенно. Она любила скорость и это чувство контроля, когда под капотом послушно отзывается железо. Но еще больше она любила доводить Сашу Майорова до белого каления. Их странные отношения — смесь искр, подколов и скрытого напряжения — длились уже больше года. Саша был правильным, серьезным и ответственным старшим братом, а Кристина была для него как красная тряпка для быка.

– Смотри, – Алина внезапно вжалась в кресло, когда они выехали на широкий проспект. – Впереди мигалки. Крис, тормози, давай развернемся!

– Поздно, родная, – усмехнулась Кристина, заметив, как впереди, у обочины, стоит патрульная машина с включенными проблесковыми маячками. – Нас уже «срисовали».

Инспектор с жезлом в руке, чья фигура в светоотражающем жилете казалась монументальной в свете фар, сделал четкий жест: «Прижаться к обочине».

Кристина плавно затормозила, остановившись ровно там, где указал полицейский. Она не спешила опускать стекло, наслаждаясь моментом.

– Это он? – шепотом спросила Алина, пытаясь разглядеть лицо через плотную пленку тонировки.

– Он самый, – Кристина поправила топ, чуть глубже открывая линию ключиц, и набросила пиджак на плечи так, чтобы он едва держался. – Сиди тихо и предоставь всё мне.

Она нажала кнопку стеклоподъемника. Стекло медленно поползло вниз, впуская в салон прохладный ночной воздух и жесткий свет фонаря.

Саша Майоров стоял, опершись рукой на крышу машины, и уже открыл рот, чтобы произнести стандартную фразу приветствия, но слова застряли у него в горле. Его карие глаза встретились с насмешливым взглядом Кристины.

– Доброй ночи, старший лейтенант, – пропела Кристина, облокачиваясь на руль так, чтобы юбка натянулась еще сильнее. – Превышаем? Или просто соскучились?

Саша глубоко вздохнул, и Алина увидела, как его челюсти сжались. Он перевел взгляд на пассажирское сиденье.

– Алина? – его голос прозвучал низко и угрожающе. – Ты что тут делаешь? В этой... капсуле смерти?

– Саш, мы просто за соком... – начала было Алина, но Кристина ее перебила.

– Мы выполняем важную миссию, Александр. А ты нас задерживаешь. У тебя есть претензии к моему вождению?

Саша наконец оторвал взгляд от сестры и посмотрел на Кристину. Его глаза начали темнеть — верный признак того, что он закипает. Он медленно обвел взглядом машину, задержавшись на абсолютно черном лобовом стекле.

– Претензии? – Саша усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. – Кристина, у тебя машина затонирована так, будто ты перевозишь государственную тайну или запрещенные вещества. Выходи из машины. Обе.

– Ой, как официально, – Кристина картинно вздохнула, но подчинилась.

Она вышла на асфальт, и свет уличных фонарей выгодно подчеркнул ее стройные ноги. Саша непроизвольно сглотнул, но тут же вернул себе бесстрастное выражение лица.

– Документы, – коротко бросил он.

– Пожалуйста, – она протянула ему пластиковую карточку, коснувшись его пальцев своими — холодными и тонкими.

Саша дернулся от этого прикосновения, словно от удара током, но документы взял. Он делал вид, что внимательно изучает права, хотя знал все данные Кристины наизусть.

– Майоров, ну не злись, – Кристина сделала шаг ближе, сокращая дистанцию до минимума. – Машина не моя, мы просто взяли её на десять минут.

– На десять минут или на десять секунд — закон один для всех, Солдатова, – он опустил руку с документами и посмотрел ей прямо в глаза. – Ты понимаешь, что я обязан составить протокол? И заставить тебя сдирать эту пленку прямо здесь?

– А ты заставь, – вызвающе ответила она, чуть наклонив голову. – У тебя же есть прибор для измерения светопропускаемости? Неси, измеряй. Посмотрим, насколько ты принципиальный.

Алина, стоявшая у капота, переводила взгляд с брата на подругу. Атмосфера между ними искрила так, что, казалось, сейчас загорится асфальт.

– Алина, иди в патрульную машину, – не оборачиваясь, приказал Саша. – Посидишь там, пока я разбираюсь с этой правонарушительницей.

– Саш, ну не надо... – попыталась вступиться сестра.

– В машину, я сказал! – рявкнул он, и Алина, поняв, что спорить бесполезно, поплелась к «Ладе» с синими полосками.

Когда они остались вдвоем под светом тусклого фонаря, Саша сделал шаг к Кристине, оттесняя ее к двери «Приоры».

– Ты специально это делаешь? – тихо спросил он. – Специально лезешь на рожон, зная, что я на смене?

– А если и так? – Кристина не отвела взгляда. – Мне нравится, как ты злишься, Саша. Когда ты в форме, ты такой... правильный. До тошноты. Хочется тебя немного испортить.

– Ты уже меня испортила, – процедил он, и его карие глаза стали почти черными от сдерживаемого напряжения. – Я должен выписать штраф. Должен снять номера, если ты не устранишь нарушение на месте.

– Так выписывай, – она провела ладонью по его форменной куртке, задевая шеврон. – Или, может, договоримся?

Саша перехватил ее руку, сжимая запястье. Не больно, но крепко.

– Солдатова, ты доиграешься.

– И что ты мне сделаешь? Арестуешь? Наденешь наручники? – она прикусила губу, глядя на него из-под ресниц.

Саша замер. Он чувствовал запах ее духов — смесь ванили и чего-то терпкого, что всегда сводило его с ума. В этот момент он ненавидел свою работу, эту дорогу и то, как сильно его тянуло к этой невыносимой девчонке.

– Ты сейчас сядешь за руль, – медленно произнес он, наклоняясь к самому ее уху, – и поедешь обратно. Медленно. По дворам. Чтобы я тебя больше на проспекте не видел. Поняла?

– А как же закон? – прошептала Кристина, чувствуя его горячее дыхание на своей коже. – Как же протокол, старший лейтенант?

– Протокол я выпишу тебе лично. Завтра. В нерабочее время. И поверь, наказание тебе не понравится.

Кристина победно улыбнулась. Она знала, что победила в этом раунде, хотя Саша и пытался сохранить лицо.

– Договорились. Верни права.

Он вложил документы в ее ладонь, на мгновение задержав свою руку на ее пальцах.

– Забирай Алину и исчезай. Пока я не передумал.

Кристина кивнула и направилась к патрульной машине. Алина выскочила оттуда пулей, испуганно оглядываясь на брата.

– Всё нормально? – шепнула она, когда они обе снова оказались в салоне «Приоры».

– Лучше не бывает, – Кристина завела двигатель и включила заднюю передачу. – Твой брат — золото, Алина. Просто его нужно иногда немного полировать.

Они развернулись через двойную сплошную — Саша видел это, но даже не поднял жезл, лишь устало прикрыл глаза рукой. Он смотрел вслед уезжающим красным габаритам, пока машина не скрылась в темноте дворов.

– Майоров, ты чего застыл? – из патрульного авто вышел его напарник. – Чего отпустил-то? Там же «вкруг» пять процентов.

– Знакомые, – коротко бросил Саша, поправляя ремень. – Свои.

– Ну-ну, – напарник хмыкнул. – Видели мы этих «своих». Красивая девка. Характер, видать, сахар.

– Горький шоколад, – буркнул Саша себе под нос, возвращаясь на пост.

В голове у него всё еще стояла картина: Кристина в этой невозможной юбке, ее дерзкий взгляд и то, как темнели ее глаза в ответ на его ярость. Он знал, что завтра действительно придет к ней. И это точно не будет рабочим визитом.

А в это время в салоне черной «Приоры» Алина наконец перевела дух.

– Крис, ты сумасшедшая. Он же мог у тебя права отобрать.

– Не мог, – Кристина уверенно переключила передачу. – Он слишком сильно хочет меня проучить сам. А для этого я должна быть мобильной.

– Вы друг друга стоите, – вздохнула Алина. – Два сапога пара. Один — кремень, другая — пожар.

Кристина лишь загадочно улыбнулась, глядя на дорогу. Она знала, что этот вечер только начался, и завтрашний «протокол» обещал быть гораздо интереснее любой ночной поездки за добавкой. Ночной город продолжал мерцать огнями, скрывая в своих тенях маленькие тайны и большие чувства, которые так тщательно пытался скрыть под формой старший лейтенант Майоров.