Предательство

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо Сеула в тревожные багровые тона. Юми стояла у окна их просторной квартиры, прижимая к себе маленького Алекса. Малыш, унаследовавший её фарфоровую кожу и пронзительные небесно-голубые глаза, мирно посапывал, вцепившись крошечным кулачком в её домашнюю футболку. Его черные волосы, точь-в-точь как у отца, щекотали ей подбородок.

Юми чувствовала, как внутри неё разрастается холодная, липкая пустота. Джинву не было дома уже три дня. Официальная версия — зачистка врат S-ранга, возникших где-то на окраине страны. Но её интуиция, отточенная годами ожидания его с самых опасных заданий, кричала о том, что что-то изменилось. Сон Джинву, её муж, человек, который когда-то был «самым слабым охотником человечества» и которого она любила вопреки всему, стал чужим.

Она вспомнила, как три года назад они стояли у алтаря. Тогда он смотрел на неё с такой нежностью, что у неё перехватывало дыхание. Она была его опорой, когда он возвращался израненным из подземелий, она была той, кто верил в него больше, чем он сам. И даже когда он стал Теневым Монархом, существом почти божественной силы, для неё он оставался просто Джинву — парнем, который обожает её стряпню и неловко шутит.

Но последний месяц всё превратилось в прах. Он избегал разговоров, прятал глаза и уходил от темы всякий раз, когда она пыталась спросить, что происходит.

— Пора обедать, маленький принц, — прошептала Юми, поцеловав сына в макушку.

Она приготовила его любимое рагу и упаковала обед для Джинву в аккуратные контейнеры. Она решила: хватит догадок. Она пойдет в гильдию «Адзин» сама. Она не была охотником, но годы занятий боевыми искусствами и природная ловкость позволяли ей чувствовать себя уверенно в любой ситуации.

Дорога до штаб-квартиры гильдии заняла не больше двадцати минут. Сотрудники на ресепшене знали её в лицо и вежливо кивали, пропуская к лифту. Юми сжимала пакет с едой, чувствуя, как татуировка на её запястье покалывает — дурное предзнаменование.

Поднявшись на нужный этаж, она удивилась тишине. Обычно здесь кипела жизнь, но сейчас коридор казался вымершим. Подойдя к кабинету мужа, она уже занесла руку, чтобы постучать, но дверь была слегка приоткрыта.

Изнутри донеслись звуки, которые заставили её сердце пропустить удар. Всхлип, тяжелое дыхание и голос, который она узнала бы из тысячи.

— Джинву... подожди... — Голос Ча Хэ Ин, сильнейшей женщины-охотника Кореи, звучал надломленно и страстно.

Юми замерла. Мир вокруг неё начал медленно рассыпаться на куски. Она осторожно заглянула в щель.

Картина, представшая перед её глазами, выжгла клеймо на её душе. Её муж, Сон Джинву, человек, которому она отдала свою жизнь, занимался любовью с другой женщиной прямо на рабочем столе, заваленном отчетами о «зачистках врат». Его сильные руки, которые еще вчера обнимали их сына, теперь сжимали бедра Ча Хэ Ин.

Юми не закричала. Она не упала в обморок. Внутри неё словно щелкнул переключатель, превращая боль в ледяную ярость и абсолютную ясность ума. Она медленно достала телефон, включила камеру и засняла несколько секунд этого предательства. Доказательство. Ей нужно было доказательство, чтобы потом никто не смог сказать, что она сошла с ума.

Убрав телефон, она так же тихо отошла от двери. У мусорного бака в конце коридора она остановилась и просто разжала пальцы. Пакет с обедом, который она готовила с такой любовью, глухо шмякнулся на дно.

«Так вот какие врата ты зачищаешь, Джинву», — подумала она, и на её губах появилась горькая, почти пугающая усмешка.

Она вышла из здания гильдии с высоко поднятой головой. Прохожие видели лишь красивую девушку ростом 160 сантиметров с небесно-голубыми глазами, но никто не догадывался, что внутри этой девушки только что произошел ядерный взрыв.

Вернувшись домой, Юми действовала быстро и четко. Она достала из шкафа дорожную сумку. Вещи Алекса, его документы, её загранпаспорт, наличные деньги, которые она откладывала на всякий случай. Она не оставит здесь ни частички себя.

— Мы уезжаем, малыш, — сказала она проснувшемуся сыну, который с любопытством наблюдал за её перемещениями. — К дедушке и бабушке.

Она вызвала такси, стараясь не смотреть на их общие фотографии на стенах. Каждая деталь интерьера теперь казалась ей ядовитой.

Через час она уже стояла на пороге дома Сон Иль Хвана и Пак Гён Хи. Родители Джинву всегда любили невестку как родную дочь, и именно к ним она решила пойти первым делом.

Дверь открыла Гён Хи. Увидев бледную Юми с чемоданом и ребенком на руках, она всплеснула руками.

— Юми! Деточка, что случилось? На тебе лица нет!

Юми вошла в дом, поставила сумку и только тогда позволила себе глубоко вздохнуть.

— Мама, папа... — Она посмотрела на вышедшего в прихожую Иль Хвана. — Мне нужно, чтобы вы это увидели. И мне нужно, чтобы вы знали: я ухожу от него.

Она протянула свекру телефон с запущенным видео. Пока пожилая пара смотрела на экран, в прихожей повисла такая тяжелая тишина, что, казалось, стены начнут трескаться. Гён Хи закрыла рот рукой, а лицо Иль Хвана потемнело от гнева.

— Как он мог... — прошептала мать Джинву, и в её глазах заблестели слезы. — Мой сын... как он мог так поступить с тобой и Алексом?

— Я не знаю, — ответила Юми, и её голос был холодным, как лед в Антарктиде. — И я не хочу знать. Я просто хочу, чтобы мой сын рос там, где нет лжи.

— Ты останешься здесь, — твердо сказал Иль Хван, положив руку ей на плечо. — Это его вина, не твоя. И если этот дурак явится сюда, я сам с ним поговорю. Как отец с сыном.

Юми кивнула. Она знала, что Джинву скоро обнаружит её исчезновение. Теневой Монарх мог найти любого человека на планете за считанные минуты. Но она также знала, что он не посмеет силой забрать её из дома своих родителей.

Вечером, когда Алекс уснул в своей старой кроватке, Юми сидела на веранде, глядя на звезды. Её телефон разрывался от звонков и сообщений от Джинву, но она заблокировала его номер.

Внезапно воздух вокруг неё сгустился. Тени на полу начали удлиняться и дрожать. Она почувствовала знакомую мощную ауру — холодную, властную, пропитанную запахом смерти и магии.

— Юми.

Голос Джинву раздался прямо за её спиной. Он не вошел через дверь, он просто переместился через тени.

Она не вздрогнула. Медленно повернувшись, Юми встретилась с его серыми глазами, которые сейчас напоминали грозовую тучу. Он выглядел растерянным и... напуганным?

— Почему ты ушла? Почему ты здесь? — Он сделал шаг к ней, пытаясь взять её за руку. — Твой телефон отключен, я места себе не находил...

Юми отступила назад, и этот жест был красноречивее любых слов.

— Не трогай меня, Джинву. Больше никогда не смей меня касаться.

Он замер, его лицо исказилось от непонимания.

— О чем ты говоришь? Что случилось?

— «Зачистка врат» прошла успешно? — спросила она, и в её голосе прорезалась сталь. — Ча Хэ Ин хорошо помогает тебе в бою? Или её навыки более полезны в твоем кабинете на столе?

Джинву побледнел. Его уверенность испарилась, сменившись мертвенной тишиной. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле.

— Я всё видела, — продолжала Юми, подходя к нему вплотную. Несмотря на разницу в росте в тридцать сантиметров, в этот момент она казалась выше него. — Я засняла ваше «сражение». Твои родители тоже его видели.

— Юми, послушай... это... это была ошибка, — выдавил он, и его голос дрогнул. — Я не знаю, как это вышло. Давление, стресс... она просто была рядом...

— Стресс? — Она горько усмехнулась. — Я была с тобой, когда ты был никем. Я обрабатывала твои раны, когда ты возвращался из E-ранговых подземелий полуживым. Я ждала тебя, пока ты спасал мир. И ты оправдываешь предательство стрессом?

— Я люблю тебя, — отчаянно выдохнул он, пытаясь сократить дистанцию. — Только тебя. Та связь... это ничего не значит.

— Для тебя, может быть, и нет, — Юми посмотрела ему прямо в глаза, и он впервые в жизни отвел взгляд. — Но для меня это значит конец. Конец нашей семьи, конец моего доверия. Ты — Теневой Монарх, Джинву. Ты можешь командовать армиями мертвых, ты можешь менять реальность. Но ты не смог справиться с собственной похотью.

— Ты не можешь просто уйти, — в его голосе проснулась опасная нотка, сила Монарха невольно начала просачиваться наружу. — Ты моя жена. Алекс — мой сын.

— Попробуй остановить меня, — вызов в её глазах был настолько яростным, что тени вокруг него на мгновение отпрянули. — Используй свою силу против матери своего ребенка. Покажи всем, каким «героем» ты стал на самом деле.

Джинву сжал кулаки так, что костяшки побелели. Его аура начала угасать, сменяясь глухим отчаянием.

— Юми, пожалуйста...

— Уходи, — отрезала она. — Завтра мои юристы свяжутся с тобой. Я не запрещу тебе видеть сына, потому что он тебя любит. Но я? Для тебя меня больше не существует.

Она развернулась и вошла в дом, плотно закрыв за собой стеклянную дверь. Джинву остался стоять на веранде, окруженный тенями, которые больше не могли его утешить. Величайший охотник в истории человечества, победитель богов и правителей, стоял в одиночестве, осознавая, что потерял единственное сокровище, которое нельзя было вернуть ни силой, ни магией.

Юми зашла в спальню, где спал Алекс. Она легла рядом с сыном, вдыхая его молочный запах. Сердце всё еще болело, но это была честная боль. Боль очищения.

Она знала, что завтра начнется новая жизнь. Трудная, полная слухов и разбирательств, но это будет её жизнь. Без лжи. Без теней.

А персики, которые она так любила, теперь всегда будут иметь привкус горечи. Но она научится готовить из них что-то новое. Ради себя. Ради сына.