Маски заброшенны

Запах свежих персиков наполнял кухню, смешиваясь с ароматом жареного мяса. Сон Юми, привычно напевая под нос какую-то мелодию из старого плейлиста, аккуратно укладывала контейнеры в сумку-холодильник. В свои двадцать два года она выглядела как фарфоровая кукла: безупречная светлая кожа, огромные небесно-голубые глаза и иссиня-черные волосы, рассыпанные по плечам. Небольшая татуировка на запястье — изящная ветка сакуры — двигалась в такт её точным жестам.

Несмотря на хрупкий рост в сто шестьдесят сантиметров, Юми не была слабой. Годы занятий боевыми искусствами сделали её тело гибким и сильным, хотя она так и не пробудилась как охотник. Но ей это было и не нужно. Она была душой любой компании, светом, к которому тянулись люди, и, что самое главное, она была той, кто держал за руку Сон Джинву, когда он был еще «слабейшим оружием человечества».

Они были женаты три года. Она помнила его разбитые в кровь кулаки, его отчаяние и ту невероятную трансформацию, которая превратила его в Теневого Монарха. Джинву сейчас был богом среди людей — статный, сто девяносто сантиметров роста, с глазами цвета грозовой тучи. Но для Юми он всегда был просто Джинву. Тем, кто любил её стряпню и их маленького сына Алекса.

Годовалый Алекс, удивительно похожий на мать своими голубыми глазами и черными волосами, сидел в манеже и увлеченно грыз резиновую игрушку.

– Скоро увидим папу, малыш, – улыбнулась Юми, поцеловав сына в макушку. – Он совсем заработался в своих вратах.

Последний месяц Джинву почти не бывал дома. Он объяснял это участившимися сбоями в системе и необходимостью зачищать порталы один за другим. Но Юми чувствовала — что-то не так. Холод, исходивший от него, перестал быть просто аурой силы. Он стал стеной. Каждый раз, когда она пыталась поговорить, он мягко, но настойчиво уходил от темы, ссылаясь на усталость.

Юми решила сделать сюрприз. Она знала, что сегодня он в офисе гильдии «Соло», разбирает отчеты.

Дорога до здания гильдии заняла не больше получаса. Охранники и сотрудники вежливо кланялись ей — жену Монарха уважали и любили. Юми с улыбкой кивала в ответ, крепче сжимая сумку с обедом.

Поднявшись на нужный этаж, она направилась к кабинету мужа. Секретаря на месте не оказалось, и Юми, решив не стучать, потянула за ручку двери.

– Джинву, я принесла твои любимые...

Слова застряли в горле, превратившись в острые осколки стекла.

Мир не просто рухнул — он рассыпался в пыль. Там, на широком рабочем столе, среди важных документов и отчетов, её муж, Сон Джинву, занимался любовью с Ча Хэ Ин. Золотая охотница ранга S, гордость Кореи, сейчас выгибалась под ним, и её стоны эхом отдавались в тишине кабинета.

Юми замерла. Сердце сделало болезненный кульбит и, казалось, остановилось. В голове вспыхнула странная, пугающая ясность. Она не закричала. Не упала в обморок. Её рука, привыкшая к дисциплине боевых искусств, медленно достала телефон.

Щелчок. Запись пошла. Десять секунд видео, запечатлевшего предательство в деталях.

Она убрала телефон в карман именно в тот момент, когда Джинву, почувствовав чужую ауру, резко обернулся. Его серые глаза расширились от ужаса, а лицо, обычно бесстрастное, исказилось маской вины.

– Юми... это не то, что ты... – начал он, лихорадочно пытаясь прикрыться.

Но она уже не слушала. Развернувшись на каблуках, Юми вышла в коридор. В ушах звенело, а в груди разрасталась холодная, ледяная пустота.

Навстречу ей шли две женщины — подруги Ча Хэ Ин, тоже охотницы, с которыми Юми иногда пересекалась на благотворительных вечерах.

– О, Юми! Здравствуй, – щебетала одна из них. – Ты не видела Хэ Ин? Мы договаривались пойти по магазинам.

Юми остановилась. На её лице не дрогнул ни один мускул, только глаза стали холоднее льда Антарктиды.

– Видела, – голос прозвучал удивительно ровно. – Она сейчас трахается с моим мужем в его кабинете.

Женщины застыли, их лица вытянулись от шока.

– И знаете, что? – продолжила Юми, сделав шаг ближе. – Судя по тому, с каким энтузиазмом она это делает, я не удивлюсь, если слухи правдивы. Говорят, ей нравится затаскивать в постель чужих мужчин, раз уж она сама не в состоянии удержать ни одного. Может, вам стоит проверить своих мужей?

Подруги Хэ Ин побледнели, переглянулись и, не сказав ни слова, бросились к кабинету. Юми не оборачивалась. Она слышала, как распахнулась дверь, как поднялся крик, шум и ругань. Она знала, что сейчас там начнется хаос. Другие охотники, привлеченные шумом, сбегутся, начнут снимать... Завтра заголовки всех газет будут пестреть новостями о падении «Золотой охотницы» и измене Монарха.

Но ей было плевать.

Выйдя из здания, Юми подошла к мусорному баку и, не глядя, выбросила туда сумку с обедом. Персики, мясо, рис — всё, во что она вкладывала любовь, теперь было мусором.

– Вот такие врата ты зачищал, Джинву, – прошептала она, садясь в машину.

Дома она действовала быстро и четко. Никаких слез. Слезы — это слабость, которую она не могла себе позволить ради сына.

Она собрала только самое необходимое: одежду для себя и Алекса, документы, свои украшения. Сняв с пальца обручальное кольцо с массивным бриллиантом, она без сожаления положила его на кухонный стол. Рядом лег телефон. Она не хотела, чтобы он отследил её по GPS или заваливал звонками.

Юми заранее знала, что делать с финансами. У неё был доступ к их общему счету, и за последние полчаса она перевела все доступные средства на анонимный оффшорный счет, который открыла еще год назад «на всякий случай». Интуиция никогда её не подводила.

– Идем, малыш. У нас начинается новая жизнь.

Алекс, чувствуя состояние матери, притих и только крепче обхватил её шею своими маленькими ручками.

Сев в такси, вызванное с чужого номера, Юми достала блокнот. Там был записан только один контакт.

– Алло? Господин Чон Ли Вон? – её голос был тверд, как сталь. – Мне сказали, вы лучший адвокат по разводам в этой стране. Мне нужно, чтобы вы уничтожили одного человека юридически. Да, я понимаю стоимость. Деньги — не проблема.

Она назвала адрес небольшой, неприметной гостиницы на окраине города.

Когда машина тронулась, Юми посмотрела в окно на удаляющийся силуэт их роскошного особняка. В её сердце больше не было боли. Там осталась только холодная решимость. Сон Джинву мог быть Монархом Теней, богом и героем, но он совершил одну роковую ошибку — он недооценил женщину, которая знала все его слабости.

– Посмотрим, как ты справишься с этой битвой, Джинву, – прошептала она, прижимая к себе спящего сына.

Гостиница встретила её тусклым светом и запахом дешевого чистящего средства. Но для Юми это место сейчас казалось безопаснее любого дворца. Она уложила Алекса в кроватку и села у окна, глядя на ночной город.

В кармане лежал новый телефон с новой сим-картой. Первое сообщение, которое она увидела в новостной ленте, было снабжено размытым фото Джинву и Хэ Ин в дверях кабинета. Соцсети взрывались.

Юми едва заметно улыбнулась. Это было только начало. Она не просто уходила — она выжигала за собой мосты, оставляя Монарха в пустоте, которую он сам же и создал.

– Ты думал, что я хрупкий фарфор, – сказала она в пустоту комнаты. – Но ты забыл, что фарфор, когда разбивается, превращается в острейшие осколки.

Завтра начнется война в судах. Завтра Чон Ли Вон получит все доказательства. А сегодня... сегодня она впервые за месяц спала спокойно, зная, что правда на её стороне. И никакие тени не смогут вернуть то, что было растоптано на том рабочем столе.