Ассасин

Я всегда гордился тем, что чувствую всё. Как Теневой Монарх, я ощущаю пульсацию жизни в каждом уголке этого мира. Я слышу дыхание своих солдат в тени, чувствую колебания маны и малейшие изменения в настроении тех, кто мне дорог. Но мой младший сын, Алекс, всегда был для меня загадкой, которую я не мог разгадать даже с помощью своих сил.

Ему семнадцать. Высокий, под сто девяносто, с копной растрепанных черных волос и выбритыми висками. Его глаза — пронзительно-голубые, цвета ясного неба, — всегда смотрели на мир с какой-то дерзкой насмешкой. У него была фарфоровая кожа и атлетическое телосложение, идеальное, не перекачанное, словно он был высечен из мрамора древним мастером. На плече красовалась татуировка, смысл которой он никогда не объяснял, а в ушах поблескивали серьги.

Он был другим. В отличие от Сухо, нашего старшего восемнадцатилетнего сына, который унаследовал часть моих способностей и шел по стопам охотника, у Алекса не было ни капли маны. Совсем. Но, кажется, его это ничуть не беспокоило. Пока Сухо тренировался с Ча Хэ Ин, оттачивая навыки владения мечом, Алекс пропадал в виртуальных мирах, играя в своих «Ассасинов», или гонял на машине, пугая соседей ревом мотора. На его руке даже красовался знак из его любимой игры — кредо тех, кто действует во тьме, чтобы служить свету.

Я любил его. Любил так же сильно, как и Сухо, хотя Хэ Ин не была его биологической матерью. Мы никогда не делали различий, и Хэ Ин приняла его как родного. Но в последнее время я начал замечать странности. Алекс уходил из дома поздно ночью, когда тени становились длиннее, и возвращался лишь под утро, стараясь проскользнуть в свою комнату незамеченным. Я видел его шрамы — тонкие, белесые полосы на теле, которые не могли появиться от компьютерных игр.

Сегодня Ассоциация охотников устроила торжественный прием. Весь высший свет, сильнейшие ранги S и политики собрались в огромном зале, сверкающем золотом и хрусталем. Даже Алекс, ненавидящий подобные сборища, соизволил явиться, сменив свои привычные «техно-карго» с цепями и футболку с золотым драконом на строгий черный костюм. Но даже в нем он выглядел как хищник, запертый в клетке.

Я стоял в центре зала, принимая поздравления и ведя светские беседы, но мой слух, обостренный до предела, был настроен на другой ритм. Я слышал, как Алекс отошел в сторону, как его шаги — тихие, почти неслышные, как у профессионального убийцы — направились в сторону пустых служебных помещений.

Что-то было не так. Воздух в той стороне коридора стал тяжелым, пропитанным страхом. Не маной, а именно человеческим, липким ужасом.

***

Алекс прислонился к стене в темном коридоре, прислушиваясь. Он чувствовал погоню раньше, чем услышал её. В этом и заключался его секрет: пока другие полагались на ману, он полагался на инстинкты и знание человеческой анатомии. Он знал, куда ударить, чтобы парализовать, как пережать артерию, чтобы лишить сознания за секунды, и как заблокировать энергетические каналы охотников, просто воздействуя на болевые точки.

Из-за поворота вылетел мужчина. Это был Ли Вон. Двадцатитрехлетний адвокат, чьи черные волосы были в беспорядке, а серые глаза, обычно холодные и расчетливые, сейчас горели паникой. Он споткнулся, едва не упав, и Алекс среагировал мгновенно.

Он перехватил мужчину, впечатывая его в стену ближайшей пустой комнаты и захлопывая дверь ногой.

– Тише, тише, Ли Вон, – прошептал Алекс, прижимая палец к губам.

Адвокат тяжело дышал, его грудь вздымалась под тонкой тканью дорогой рубашки. Он выглядел невероятно красиво даже в этом состоянии — его лицо с тонкими чертами казалось подведенным невидимыми стрелками.

– Они... они идут за мной, – выдохнул Ли Вон, пытаясь вырваться.

Алекс не раздумывал. Он подхватил адвоката под бедра, заставляя того инстинктивно обхватить его талию ногами, чтобы не упасть. Поза была двусмысленной, вызывающей, именно такой, какая была нужна сейчас.

– Подыграй мне, Ли Вон, – прорычал Алекс.

Одним резким движением он рванул на себе рубашку, пуговицы с негромким стуком посыпались на ковер. Следом он расстегнул верхние пуговицы на рубашке адвоката и, не давая тому опомниться, приник к его шее, оставляя резкий, заметный укус.

– Ты явно всунул свой красивый носик куда не следует, да? – прошептал он прямо в ухо Ли Вону, чувствуя, как тот дрожит. – Пускай все думают, что мы любовники. Это твой единственный шанс выйти отсюда живым.

– Ты... как ты понял? – Ли Вон замер, его руки судорожно вцепились в плечи Алекса.

– Ты напуган как карлик перед гигантом, – усмехнулся Алекс, его голубые глаза опасно блеснули. – Видимо, это серьезные люди. Если вернешься домой сейчас, тебя убьют. Поживешь пока у нас.

– Алекс, чем ты занимаешься по ночам? – Ли Вон на мгновение забыл о страхе, глядя на обнаженную грудь парня, покрытую старыми шрамами. – Я видел твои метки... Твой отец даже не знает о них, верно?

– Поговорим дома, – отрезал Алекс, чувствуя, как за дверью замерли тени. – Здесь слишком много лишних ушей.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась. Несколько крепких мужчин в темных костюмах, явно не из числа гостей, ворвались внутрь. Они ожидали увидеть беглеца с документами, но замерли на пороге.

Перед ними была картина, далекая от политики: молодой сын величайшего охотника мира, полуобнаженный, прижимал к стене мужчину, чья одежда была в беспорядке, а на шее красовался свежий след от зубов.

– Ой... простите... – пробормотал один из вошедших, быстро пятясь назад.

Они не рискнули прерывать «личный момент» сына Сон Джинву. Гнев Теневого Монарха был последним, чего они желали в этой жизни.

Когда дверь закрылась, Алекс не спешил отпускать Ли Вона. Он чувствовал, как в коридоре, неподалеку, замер еще один человек.

Я стоял за углом, скрытый тенями, и сжимал кулаки. Я слышал каждое слово. Я видел через тень в комнате эти шрамы на спине сына, которых никогда не замечал раньше. Мой мальчик, мой «обычный» сын, вел двойную игру, о которой я даже не подозревал. Он защищал человека, ввязавшегося в опасные игры, и делал это с холодным расчетом профессионала.

– Алекс... – прошептал я едва слышно.

В этот вечер я понял, что мой сын не нуждался в мане, чтобы быть опасным. И я понял, что пришло время нам поговорить по-душам, как двум мужчинам, у которых слишком много секретов от этого мира. Но сначала... сначала я разберусь с теми, кто заставил его шрамы кровоточить.

Тень в углу комнаты Алекса шевельнулась, подчиняясь моей негласной воле. Теперь Ли Вон и мой сын были под защитой, о которой они даже не догадывались. Но вопросы остались. И ответы на них мне предстояло получить этой же ночью.