Мафия,в тени

Сеул тонул в неоновом мареве, отражаясь в лужах после вечернего дождя. Для обычных людей этот город был домом, для охотников — игровым полем, а для меня — местом, которое я поклялся защищать. Но сегодня мое внимание было приковано не к вратам или монстрам.

Я стоял в гостиной своего дома, глядя в окно. Моя сила, сила Теневого Монарха, позволяла мне чувствовать каждое колебание энергии в радиусе многих километров, но собственного сына я прочитать не мог. Алекс был загадкой. Моим вторым сыном, рожденным не от Хэ Ин, а от женщины, чье имя я хранил в тайне даже от самых близких.

– Пап, Алекса опять нет, – голос Сухо вырвал меня из раздумий.

Мой старший сын, моя гордость и почти зеркальное отражение меня самого в молодости. Черные волосы, серые глаза, рост под сто восемьдесят и мощь, которая пробуждалась в нем с каждым днем. Сухо был идеальным наследником.

– Снова? – я вздохнул, не оборачиваясь.

– Его не было на ужине, и телефон недоступен, – добавила Ча Хэ Ин, подходя к нам. Она всегда любила Алекса как родного, никогда не делая различий между ним и Сухо, несмотря на то, что Алекс был «обычным». – Джинву, я переживаю. В новостях опять говорят о нем… эти клубы, скандалы, безумные траты. Охотники из Ассоциации начинают косо смотреть на нашу фамилию.

Я поморщился. Слухи об Алексе были грязными. Говорили, что младший сын великого Сон Джинву — позор семьи, избалованный мальчишка, который прожигает жизнь, зная, что отец прикроет любые его грехи. Рост в сто девяносто, небесно-голубые глаза, доставшиеся от матери, и фарфоровая кожа делали его слишком заметным.

– Я чувствую, что он что-то скрывает, – тихо произнесла Хэ Ин. – Давайте проследим за ним. Просто один раз. Я хочу знать, что мой сын в безопасности.

Я молчал около пяти минут. Вмешиваться в жизнь детей было не в моих правилах, но тревога жены и странная пустота на месте присутствия Алекса в моей «сенсорике» заставили меня сдаться.

– Хорошо, – наконец ответил я. – Идем.

Используя свои способности, я окутал нас троих плотной завесой невидимости. Мы скользили сквозь тени ночного Сеула, следуя за едва уловимым следом, который я смог зацепить. Путь привел нас не в элитный клуб в центре, а в заброшенный промышленный район, к неприметному зданию с усиленной охраной.

– Что он здесь забыл? – прошептал Сухо, напряженно сжимая кулаки.

Мы прошли сквозь стены, оставаясь незамеченными. Внутри скрывался роскошный VIP-зал, отрезанный от внешнего мира звукоизоляцией и магическими барьерами. Но то, что мы увидели, заставило нас замереть.

В центре комнаты, в кожаном кресле, сидел Алекс. Но это был не тот «избалованный мальчик», которого мы знали. На нем не было рубашки — она, пропитанная кровью, валялась на полу. Его тело было совершенным: атлетическое сложение, перекатывающиеся под светлой кожей мускулы груди и пресса, покрытые капельками пота. На правом плече и части груди красовалась массивная черно-белая татуировка — хитросплетение цветов и абстрактных узоров, которая казалась живой в тусклом свете.

Его ярко-голубые глаза светились холодным, хищным огнем. В ушах поблескивал пирсинг, а на шее висел прямоугольный кулон.

Напротив него, привязанный к стулу, находился Чон Ли Вон — известный двадцатитрехлетний адвокат, красавец с серыми глазами. Рядом стоял парень с темно-русыми волосами, которого Алекс назвал Такуми.

Алекс медленно затянулся сигаретой, выпуская густой дым.

– Значит, это он? – голос сына был низким, лишенным той мягкости, с которой он обычно говорил дома.

– Ага, – отозвался Такуми, оглядывая Алекса. – Ты чего такой помятый?

– Да пока сюда добирался, на меня охотники напали, – Алекс равнодушно стряхнул пепел. – Пришлось отправить их в «пространство». Раздражают.

Ли Вон смотрел на Алекса с нескрываемым шоком. Весь мир считал младшего Сона пустым местом, но перед ним сидел человек, от которого исходила аура более пугающая, чем от любого охотника S-ранга.

– Что, адвокат, удивлен? – Алекс усмехнулся, обнажая острые клыки, которые не были человеческими. Он встал и подошел к Ли Вону, взяв его за подбородок. – Ожидал увидеть дрыща, который только и умеет, что папины деньги тратить?

Он хихикнул, и в этом смехе было что-то древнее, опасное.

– Тебе ведь любопытно, почему Ассоциация хочет меня убить? – Алекс наклонился к самому уху адвоката. – Раз ты так близко подобрался к моим делам, то видел лишь то, что я хотел показать. Я идеально играю роль ублюдка. Стоит заплатить кому нужно, и любые слухи разлетятся за час. Ассоциация хочет избавиться от меня, потому что я — угроза их «божественности».

Алекс снова сел в кресло, закинув ноги на стол.

– Что… что за секрет? – прохрипел Ли Вон.

Глаза Алекса сверкнули. В его ладони внезапно вспыхнуло черное пламя. Я почувствовал, как внутри меня содрогнулась тень. Это была не магия системы. Это было нечто иное.

– Видишь ли, – протянул Алекс, – моя мать была из рода Окумура. Еще до того, как появились врата и ваша хваленая система, миром из тени правила мафия. И самой сильной была семья Мортэ. Моя мать была их потомком. Охотники уничтожили мафию, чтобы самим купаться в славе. Теперь люди видят в охотниках богов, а Ассоциация ставит эксперименты над людьми — сиротами, пациентами клиник… их никто не ищет.

Сухо рядом со мной вздрогнул. Хэ Ин прикрыла рот рукой, едва сдерживая возглас.

– Я с десяти лет изучаю боевые искусства и знаю, куда бить, чтобы убить даже «бога», – продолжал Алекс. – Ты ведь слышал о компании «Мортэ»? Высокотехнологичный гигант, который не зависит от магии.

– Ну знаю, и что? – выдавил Ли Вон.

– Окумура Д. Алекс — директор этой компании. Окумура — фамилия моей матери. Ассоциация боится, что старые семьи вернутся, когда магия в этом мире начнет исчезать. А она исчезает, Ли Вон.

– А твои родители? – адвокат посмотрел на него с вызовом. – Кто они для тебя? Пешки в игре?

Алекс на мгновение замер. Его лицо на миг стало болезненно-холодным.

– Для всего мира я ублюдок. Думаешь, они бы мне поверили? Я говорил им тренировать тело, а не надеяться только на магию, но меня мягко послали. Я якобы «нес бред от зависти», пока они праздновали величие Сухо. Все эти пять лет я рос сам по себе. Они даже мои дни рождения не празднуют толком… так что я не могу сказать, что чувствую к ним.

Мое сердце пропустило удар. Я вспомнил все те моменты, когда мы оставляли Алекса одного, считая, что ему, как «обычному человеку», лучше быть в стороне от наших дел. Мы думали, что оберегаем его, а на самом деле — бросили.

Алекс встал и снова подошел к Ли Вону. Он внимательно всмотрелся в его лицо, а затем внезапно улыбнулся — на этот раз искренне и хищно.

– А ты красивый. Мне нравится.

Одним резким движением Алекс перекинул связанного адвоката через плечо.

– Эй, куда ты его понес? – опешил Такуми.

– Хочу его, – бросил Алекс через плечо. – Он мне приглянулся. Будет моим личным трофеем.

– Алекс, ты серьезно? – у Такуми дернулся глаз. – У нас дела, планы…

– Такуми, делай свою работу и звони мне только в экстренных случаях, – Алекс запустил свободную руку в свои густые волосы, сигарета все еще дымилась в зубах.

В этот момент он выглядел как абсолютный хищник, сексуальный и опасный. Он направился к выходу, но на мгновение остановился, глядя прямо в тот угол, где стояли мы под покровом невидимости.

Его взгляд на секунду пересекся с моим. На его губах заиграла едва заметная, горькая усмешка.

– Хм… показалось, – тихо произнес он, поправляя Ли Вона на плече.

Он вышел, оставив нас в тяжелой, удушающей тишине. Мой сын, которого я считал слабым и нуждающимся в защите, на самом деле строил свою империю в тени моей собственной. И в этой империи для нас, «богов» этого мира, места не было.

– Джинву… – прошептала Хэ Ин, и в ее глазах стояли слезы.

– Мы были слепы, – ответил я, сжимая кулаки так, что затрещали кости. – Мой сын… он действительно стал Монархом. Но не теней, а этого прогнившего мира людей.