Извиащенец

Ночь в окрестностях Драконьего хребта всегда была испытанием, но сегодня ледяной ветер казался особенно колючим. Мика, уткнувшись носом в воротник своей формы, старательно выводил линии на карте при свете тусклого фонаря. Его пальцы, несмотря на перчатки, слегка подрагивали — то ли от холода, то ли от присутствия человека, сидевшего напротив.

Лоэн сидел у самого края костра, совершенно игнорируя мороз. Он медленно протирал лезвие своего клинка, и в отсветах пламени его тусклые красные глаза казались наполненными расплавленным металлом. Он выглядел опасно и в то же время завораживающе, как хищник, временно сменивший гнев на милость.

– Ты слишком напряжён, Мика, – голос Лоэна прорезал тишину, заставив картографа вздрогнуть. – Если будешь так сильно сжимать перо, оно сломается. Как и твоя сосредоточенность.

– Прости, Лоэн, – Мика поправил светлую челку, стараясь не смотреть в сторону напарника. – Я просто хочу закончить отчет о передвижении лавачурлов до того, как мы сменим лагерь. Это важно для безопасности отряда.

Лоэн усмехнулся, и эта усмешка была полна той самой дикой харизмы, которая одновременно пугала и притягивала Мику. Рыцарь поднялся, бесшумно, словно тень, и подошел к юноше со спины.

– Безопасность — это скучно, – прошептал он прямо над ухом Мики, отчего тот мгновенно вспыхнул до кончиков ушей. – Настоящая жизнь начинается там, где заканчиваются твои чертежи и начинается риск. Ты ведь чувствуешь это, когда мы в бою? Как твое сердце бьется в такт моим ударам?

– Я... я просто стараюсь быть полезным, – пробормотал Мика, чувствуя, как близость Лоэна лишает его возможности здраво мыслить.

Лоэн положил ладонь на плечо Мики, слегка сжав его. Его рука была горячей, невероятно горячей для этой ледяной пустоши. Он медленно развернул Мику к себе, заставляя того наконец встретиться с ним взглядом.

– Ты полезен, маленький картограф. Но иногда мне хочется, чтобы ты смотрел на меня, а не на свои помятые бумажки.

Мика затаил дыхание. Взгляд Лоэна больше не был насмешливым. В нем читалось нечто тяжелое, темное и требовательное. Лоэн всегда был непредсказуемым: он мог разыграть товарища или предложить безумный план атаки, но сейчас его серьезность была почти осязаемой.

– Лоэн, я... – начал было Мика, но слова застряли в горле.

– Тише, – Лоэн коснулся большим пальцем нижней губы Мики, слегка оттягивая её вниз. – Ты так много думаешь, что забываешь чувствовать.

Прежде чем Мика успел возразить, Лоэн сократил расстояние между ними. Поцелуй был резким, почти агрессивным, со вкусом металла и адреналина. Мика вскрикнул от неожиданности, но этот звук потонул в глубоком, властном жесте Лоэна. Это не было похоже на романтические сказки, которые Мика слышал в Мондштадте; это было похоже на столкновение двух стихий.

Лоэн притянул Мику ближе, сминая его аккуратную форму. Его пальцы запутались в светлых волосах юноши, удерживая его на месте, хотя Мика и не думал убегать. Напротив, в нем проснулось странное, доселе неведомое чувство — потребность ответить на этот напор. Он робко обхватил плечи Лоэна, чувствуя под пальцами жесткую ткань его жилета и наплечника.

– Вот так, – выдохнул Лоэн в самые губы Мики, когда они на секунду отстранились, чтобы глотнуть воздуха. – Покажи мне, что в тебе скрыто под этой маской прилежного рыцаря.

Он подхватил Мику под бедра, легко поднимая его, и перенес на расстеленные шкуры в глубине палатки, подальше от холодного ветра. Внутри было тесно, пахло хвоей и кожей. Свет костра пробивался сквозь щели, рисуя на стенах причудливые тени.

Лоэн навис сверху, его взгляд горел азартом, который обычно предназначался для битвы. Но сейчас этот азарт был направлен на Мику.

– Ты боишься меня? – спросил Лоэн, расстегивая верхние пуговицы своей рубашки.

– Немного, – честно признался Мика, его голос дрожал. – Но я... я не хочу, чтобы ты останавливался.

Эти слова стали сигналом. Лоэн сорвал с себя жилет и принялся за одежду Мики. Его движения были быстрыми и точными, как в бою. Когда прохладный воздух коснулся обнаженной кожи Мики, он невольно вздрогнул, но тут же почувствовал жар тела Лоэна, приникшего к нему.

Ладони Лоэна, огрубевшие от рукояти меча, скользили по бокам Мики, оставляя за собой дорожки огня. Он целовал его шею, ключицы, спускаясь всё ниже, пока Мика не начал выгибаться навстречу этим ласкам, теряя остатки самообладания.

– Ты такой бледный, – прошептал Лоэн, любуясь контрастом своей кожи и кожи Мики. – Как чистый лист. Я хочу оставить на тебе свои отметины.

– Лоэн... пожалуйста... – Мика сам не знал, о чем просит, но тело требовало большего.

Лоэн раздвинул ноги Мики, устраиваясь между ними. Его близость была подавляющей, его харизма и сила теперь ощущались каждой клеточкой. Он не был нежным, но в каждом его движении была странная, дикая забота — он следил за каждым вздохом Мики, за каждым его стоном.

Когда Лоэн вошел в него, Мика закусил губу, сжимая простыни пальцами. Ощущение было слишком острым, слишком полным. Лоэн замер на мгновение, давая ему привыкнуть, и его лицо смягчилось. Он наклонился и нежно поцеловал Мику в лоб, убирая прилипшую прядь волос.

– Смотри на меня, Мика. Только на меня.

Мика открыл глаза. Голубые встретились с красными. В этот момент между ними исчезли чины, разница в характерах и взглядах на жизнь. Осталась только эта неистовая связь. Лоэн начал двигаться — сначала медленно, пробуя почву, а затем всё быстрее и увереннее.

Мика стонал, не в силах сдерживаться. Его застенчивость сгорела в этом пламени. Он подавался навстречу каждому толчку, обвивая ногами талию Лоэна, притягивая его к себе за шею. В голове шумело, как во время снежной бури, но это была приятная буря.

– Ты... ты такой... – Мика не мог подобрать слов, задыхаясь от наслаждения.

– Я знаю, – Лоэн усмехнулся, его дыхание стало тяжелым. – И ты теперь мой. На этой карте нет белых пятен, Мика. Я изучу тебя до последнего дюйма.

Ритм стал неистовым. Лоэн довел их обоих до того предела, где заканчивается реальность. Когда наступила разрядка, Мика выкрикнул имя напарника, содрогаясь в его руках. Лоэн последовал за ним мгновением позже, прижимая юношу к себе так сильно, будто боялся, что тот исчезнет с первыми лучами солнца.

Они лежали в тишине, тяжело дыша. Холод снаружи больше не имел значения.

– Знаешь, – тихо сказал Лоэн спустя время, перебирая пальцами волосы Мики. – В мирное время действительно скучно. Но, кажется, я нашел способ не скучать.

Мика, всё еще красный и растрепанный, уткнулся лбом в плечо Лоэна.

– Ты неисправим.

– Именно поэтому я тебе и нравлюсь, – Лоэн приподнял подбородок Мики и снова поцеловал его, на этот раз медленно и почти лениво. – Спи. Завтра нам снова в путь. И я прослежу, чтобы ты не отвлекался на карту слишком часто.

Мика закрыл глаза, чувствуя себя странно защищенным рядом с этим опасным человеком. Он знал, что их путь будет непростым, что Лоэн всегда будет искать битвы, но теперь он знал и другое: в этой битве они будут на одной стороне. И, возможно, именно Лоэн станет тем, кто научит его не бояться не только врагов, но и собственных чувств.