Сын

Ночной Сеул утопал в неоновом мареве, отражаясь в лужах после недавнего дождя. Для обычных людей это был обычный вечер пятницы, но для семьи Сон Джинву этот вечер пах озоном и назревающей бурей.

В просторной гостиной дома Сон царила тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем настенных часов. Джинву, Теневой Монарх, чье присутствие заставляло содрогаться сами основы мироздания, стоял у панорамного окна. В свои двадцать шесть — возраст, на котором его тело застыло навсегда — он выглядел воплощением спокойствия. Рост сто девяносто сантиметров, идеальная осанка, черные волосы, мягко обрамляющие лицо, и серые глаза, в которых таилась бездна.

Рядом с ним стоял Сухо. Старший сын, восемнадцатилетний юноша, был практически зеркальной копией отца, разве что на десять сантиметров ниже. Его взгляд был серьезным, а в движениях сквозила дисциплина, которую он впитал с детства.

– Папы опять нет дома, – негромко произнес Сухо, глядя на пустующее кресло в углу.

Джинву вздохнул, и тени в углах комнаты слегка шевельнулись, вторя его настроению. Он знал, о ком говорит сын. Алекс. Младший, шестнадцатилетний бунтарь, который с каждым днем все сильнее отдалялся от семьи. Если Сухо принял наследие отца с гордостью, то Алекс, казалось, ненавидел саму мысль о том, чтобы быть «сыном великого Джинву».

– Скорее всего, он снова в том клубе в районе Гангнам, – продолжил Сухо, скрестив руки на груди. – Мама волнуется, хотя и старается не показывать вида. Она заснула всего час назад.

Джинву перевел взгляд на сына. Чи Хэ, его прекрасная жена, действительно заслуживала покоя, а не бесконечных ночных ожиданий младшего сына.

– Пошли забирать его, – коротко бросил Монарх.

Пространство перед ними пошло рябью. Использование «Поступи Монарха» для поездки в ночной клуб могло показаться избыточным, но Джинву чувствовал странное беспокойство. Энергия Алекса в последнее время стала нестабильной.

Через мгновение они уже стояли в узком переулке за сверкающим вывесками заведением. Грохот басов пробивался даже сквозь толстые стены.

Внутри клуба царил хаос из тел, запаха алкоголя и дешевого парфюма. Алекс был в самом центре. Он сидел на диване в VIP-зоне, окруженный сомнительной компанией. Выглядел он вызывающе: атлетичное тело, едва скрытое черной футболкой и накинутой на плечи темной курткой. Его кожа, покрытая каплями пота, блестела в свете стробоскопов, подчеркивая многочисленные татуировки на правом плече и груди — сложные узоры, переплетающиеся с цветами и абстрактными линиями. Ярко-голубые глаза, так непохожие на отцовские, горели лихорадочным блеском.

– О, смотрите-ка, – Алекс слегка икнул и расплылся в дерзкой полуулыбке, заметив вошедших. – Король пришел за своим принцем. И верный пес при нем.

– Хватит позориться, Алекс, – Сухо сделал шаг вперед, его кулаки сжались. – Ты пьян. Мы идем домой.

– Домой? – Алекс резко встал, его движения были пугающе быстрыми для того, кто выпил столько виски. – Чтобы ты снова читал мне лекции о «долге» и «имидже семьи»? Иди к черту, Сухо.

Джинву молчал, внимательно наблюдая за младшим сыном. Он видел то, чего не видел Сухо — тонкие нити черного электричества, пробегающие по кончикам пальцев Алекса. Мальчик скрывал свою истинную силу годами, но сейчас, под действием алкоголя и ярости, барьеры рушились.

– Алекс, – голос Джинву прозвучал тихо, но перекрыл грохот музыки, заставив диджея непроизвольно выключить звук. – Пора домой.

– Нет, – прошипел юноша.

Сухо, не выдержав, подошел вплотную и схватил брата за плечо.

– Я сказал, мы уходим!

В этот момент реальность словно треснула. Алекс резко дернул плечом, и Сухо отлетел на несколько метров, врезавшись в барную стойку. Юноша замер, его плечи мелко дрожали, а затем он начал тихо хихикать. Это был не веселый смех, а звук ломающейся психики.

– Ты всегда был таким правильным... таким скучным... – пробормотал Алекс.

В следующее мгновение он оказался рядом с Сухо. Скорость была запредельной даже для S-ранга. Прежде чем старший брат успел среагировать, Алекс нанес короткий, точный удар в шею. Сухо обмяк и повалился на пол, вырубленный мгновенно.

– Алекс, сын, успокойся, – Джинву сделал шаг вперед, его лицо оставалось беспристрастным, но в глубине глаз вспыхнул фиолетовый огонь.

– Не называй меня так! – взревел Алекс.

Он сорвался с места. Его движения были смазанным пятном. Черная молния — сила, о которой Джинву даже не подозревал — окутала тело юноши. Это была не обычная магия, это была разрушительная энергия пустоты.

Алекс ударил отца в живот. Удар был такой силы, что Джинву, Теневой Монарх, пробил собой стену клуба и вылетел на пустую ночную парковку.

Джинву приземлился на ноги, но почувствовал, как в груди что-то хрустнуло. Кости. Его кости, которые не могли повредить боги, треснули от удара шестнадцатилетнего мальчишки.

– Тени, ко мне! – скомандовал Джинву, понимая, что Алекс сейчас не в себе.

Игрис и Кайсел мгновенно соткались из тьмы, преграждая путь вышедшему из пролома в стене Алексу. Рыцарь поднял свой меч, не собираясь атаковать, лишь сдерживать.

– Прочь с дороги, жестянки! – Алекс вскинул руку.

Черная молния сорвалась с его пальцев, подобно разъяренной кобре. Она не просто ударила теней — она начала их разъедать. Игрис, верный полководец, издал приглушенный звук и развеялся прахом, возвращаясь в тень Джинву для восстановления. Кайсел исчез следом.

Джинву замер. Его тени были бессмертны, но сила Алекса уничтожала саму их структуру, заставляя их отступать.

– Ты скрывал это, – констатировал Джинву, выпрямляясь и игнорируя боль в ребрах. – Черная молния... Откуда в тебе эта ярость, Алекс?

– Из твоей тени, отец! – Алекс стоял в круге света от уличного фонаря, его ярко-голубые глаза теперь светились ледяным электричеством. – Ты создал мир, в котором нам нет места, кроме как в твоей тени. Я не хочу быть твоим отражением. Я хочу сжечь всё это дотла.

Он снова бросился в атаку. На этот раз Джинву не стоял на месте. Пространство вокруг них начало сгущаться, превращаясь в территорию Монарха.

– Если ты хочешь драться как мужчина, – голос Джинву стал глубоким, вибрирующим от скрытой мощи, – то я покажу тебе, что значит быть Монархом. Но помни, Алекс: после этого вечера твоя жизнь уже не будет прежней.

– Наконец-то! – оскалился Алекс, и черные молнии на его руках сплелись в два клинка. – Покажи мне, чего стоит бог, который забыл, каково это — быть человеком!

Воздух между ними взорвался от столкновения двух абсолютно разных, но одинаково пугающих сил. Ночной Сеул еще не знал, что в этот миг решалась судьба не просто семьи, а баланса всего мира.