За горизонтом

Тишина в двухкомнатной квартире на окраине города всегда казалась Кире осязаемой. В этой тишине она привыкла прятаться от мира, который за пределами их с мамой маленькой крепости казался слишком шумным и враждебным. Кира лежала в кровати, уставившись в потолок, и слушала мерное тиканье настенных часов. В свои восемнадцать она чувствовала себя кем-то вроде стороннего наблюдателя: пока сверстники влюблялись, ссорились и проживали жизнь на полную катушку, она предпочитала книги и длинные прогулки в одиночестве.

Отсутствие отца в жизни — как фантомная боль. Ты не знаешь, что именно потерял, но чувствуешь пустоту там, где должна быть опора. Мама, Ирина, сделала всё, чтобы Кира ни в чем не нуждалась, но она не могла научить дочь доверять мужчинам. Для Киры они были существами с другой планеты — непредсказуемыми и потенциально опасными.

Экран телефона внезапно вспыхнул, разрезая темноту комнаты едким белым светом. 00:30.

Кира вздрогнула и взяла мобильный. Пришло голосовое сообщение от Алины — единственной девушки, которую Кира с натяжкой могла назвать подругой.

– Кир... ну Ки-и-ир, – голос Алины тонул в грохочущих басах и неразборчивых криках. – Пожалуйста, забери меня отсюда... «Атмосфера», ну ты знаешь. Я, кажется, перебрала, и этот... как его... ушел. Мне плохо, Кир. Приезжай, а?

Кира тяжело вздохнула, закрывая глаза рукой. Она ненавидела клубы. Ненавидела запах дешевого парфюма, смешанный с потом, ненавидела пьяные выкрики и чувство собственной неуместности в толпе веселящихся людей. Но оставить Алину там одну она не могла.

– Хорошо, скоро буду. Никуда не уходи, – быстро напечатала она.

Она натянула старые джинсы, свободную толстовку, в которой чувствовала себя как в панцире, и собрала свои густые длинные волосы в небрежный хвост. Зеркало в прихожей отразило бледное лицо с большими, вечно настороженными глазами. «Просто зайти, забрать и выйти», — повторила она себе как мантру.

Ночной город встретил её прохладой. Клуб «Атмосфера» оправдывал своё название: очередь на входе, неоновые вывески и тяжелый ритм, от которого, казалось, вибрировал сам асфальт. Кира проскользнула мимо охраны, стараясь казаться максимально незаметной.

Внутри было еще хуже. Воздух был настолько густым от смеси табачного дыма, алкоголя и тяжелых испарений, что хотелось немедленно выбежать обратно. Она пробиралась сквозь толпу, стараясь ни с кем не соприкасаться, но люди вокруг двигались хаотично.

В какой-то момент кто-то сильно толкнул её в спину. Кира не удержала равновесие, её ноги заплелись, и она, вскрикнув, полетела прямиком на человека, стоявшего спиной к барной стойке.

Вместо жесткого пола она врезалась в чью-то грудь. Крепкие руки мгновенно подхватили её, не давая упасть. Кира замерла, затаив дыхание. От парня пахло дорогим парфюмом и чем-то резким, мужским. Она медленно подняла глаза.

Перед ней стоял парень, который выглядел так, будто сошел с обложки журнала о плохих парнях. Высокий, широкоплечий, с короткой стрижкой и цепким, вызывающим взглядом темных глаз. На его шее виднелся край татуировки, уходящей под футболку, а костяшки пальцев были сбиты — явный след регулярных тренировок.

– Опа, – парень усмехнулся, не спеша выпускать её из объятий. – Прямо с неба свалилась.

– И... извините, – выдавила Кира, отчаянно пытаясь восстановить равновесие.

Её сердце колотилось где-то в горле. Она чувствовала жар, исходящий от него, и это пугало её до дрожи. Она попыталась отстраниться, но его руки, словно стальные обручи, удерживали её на месте.

– Куда так спешишь, принцесса? – Глеб Суворов окинул её оценивающим взглядом.

Он привык к другому типу девушек: ярким, вызывающим, знающим себе цену. Эта же девчонка в растянутой толстовке, с испуганными глазами и копной растрепанных волос, выглядела здесь как инопланетянка. И именно это внезапно зацепило его. В ней не было фальши, только чистый, неразбавленный ужас и... что-то еще.

– Может, познакомимся? – спросил он, и в его голосе прозвучала привычная уверенность человека, которому никогда не отказывают.

Кира посмотрела на него как на сумасшедшего. В её мире такие парни были главными героями кошмаров — те, кто уходит, не оглядываясь, оставляя после себя руины.

– Не знакомлюсь, – отрезала она, наконец высвободив одну руку. – Пустите меня.

Она начала озираться по сторонам, пытаясь разглядеть в пестрой толпе светлую макушку Алины. Глеб, которого отказ только раззадорил, сделал шаг ближе, сокращая дистанцию до минимума.

– Ну давай, чего ты ломаешься? – Он притянул её обратно за талию, склонив голову к её уху. – Я не кусаюсь. Если сама не попросишь.

Для Глеба это была игра. Обычный флирт, приправленный его фирменной наглостью. Но для Киры, которая всю жизнь строила стены вокруг себя, это было грубым вторжением. Страх, копившийся внутри с момента входа в клуб, внезапно перерос в острую, звонкую вспышку гнева.

Звук пощечины на мгновение перекрыл даже басы колонок.

Кира сама не поняла, как это произошло. Её рука сама взлетела и с силой опустилась на щеку парня.

– Не распускай руки! Идиот! – выкрикнула она, и её голос дрожал от ярости и подступающих слез.

Глеб замер. Его голова слегка повернулась от удара, а на щеке медленно проступало красное пятно. В его глазах на секунду вспыхнуло что-то опасное, темное — то, что заставляло его противников на ринге пятиться назад. Вокруг них образовался небольшой вакуум: люди, стоявшие рядом, начали оборачиваться.

– Ты... – начал он низким, вибрирующим от сдерживаемого гнева голосом.

Но Кира уже не слушала. Она увидела Алину, которая в полуобморочном состоянии висела на высоком стуле в паре метров от них. Кира бросилась к ней, схватила подругу за руку и, не оборачиваясь, потащила её к выходу, расталкивая толпу с силой, которой сама от себя не ожидала.

Они вывалились на улицу, в спасительную ночную прохладу. Алина что-то бессвязно бормотала, а Киру трясло так, что она с трудом могла попасть ключом в замок вызванного такси.

Уже сидя в машине и глядя на удаляющиеся огни клуба, Кира прижала ладонь к груди. Сердце всё еще совершало безумные кульбиты. Она коснулась своей правой ладони — той самой, которой ударила его. Кожа всё еще горела.

Она не знала, кто этот парень. Она не знала, что Глеб Суворов не привык проигрывать и тем более не привык получать пощечины от девчонок в оверсайз-худи.

А Глеб стоял у барной стойки, игнорируя вопросы подошедших друзей. Он медленно провел языком по внутренней стороне щеки и усмехнулся. Это была не добрая улыбка. Это был оскал хищника, который только что нашел самую интересную добычу в своей жизни.

– Суворов, ты в порядке? – спросил один из парней, кивая на след от пощечины. – Что это было?

Глеб наконец отвел взгляд от двери, в которую выбежала Кира.

– Это было начало, – тихо произнес он, и в его глазах зажегся азартный огонь. – Найдите мне её. Я хочу знать, кто эта смелая.

Этой ночью Кира долго не могла уснуть. Ей казалось, что взгляд того парня преследует её даже в темноте собственной спальни. Она чувствовала, что совершила что-то непоправимое, что-то, что навсегда разрушило её тихий, предсказуемый мир.

Она еще не знала, что боксеры никогда не сдаются после первого раунда. Особенно если этот раунд они проиграли.