Теневые щупальца

Коридоры Ассоциации охотников всегда казались мне слишком стерильными. Белые стены, приглушенный свет, вежливые поклоны сотрудников, которые замирали при моем появлении, словно перед ними шел не человек, а само воплощение Смерти. Впрочем, в их глазах я и был им — Теневым Монархом, героем, спасшим мир, идеальным отцом идеального семейства.

Ча Хэ Ин, Сухо и я — мы давно научились играть эту роль на камеру. Золотая семья Южной Кореи. Но у каждой медали есть обратная сторона, и моей обратной стороной, моей самой глубокой и непокорной тенью, был Юки.

Мой младший сын. Ему едва исполнилось восемнадцать, но он уже возвышался над толпой на свои сто девяносто сантиметров. Его внешность была вызовом всему обществу: длинные иссиня-черные взъерошенные волосы, выбритые виски, низкий хвост, который едва сдерживал эту копну. Фарфоровая, почти прозрачная кожа контрастировала с небесно-голубыми глазами, которые, казалось, видели людей насквозь. Он не был похож на Сухо, который во всем стремился подражать мне. Юки был пламенем в ледяной пустыне.

И его сила... Если моя магия была монолитной, всепоглощающей тьмой, то магия Юки была багровой, яростной, почти живой. Он не просто призывал теней — он выпускал из своего тела теневые щупальца, которые двигались с грацией хищника.

Я шел по коридору, направляясь на встречу с руководством, когда знакомое колебание маны заставило меня остановиться. Этот горьковатый запах табачного дыма и острый, как бритва, холод. Юки был здесь.

Я активировал «Восприятие» и сосредоточился, позволяя своим чувствам проникнуть сквозь тяжелую дубовую дверь одного из малых залов совещаний. Я не должен был подслушивать, но что-то в его ауре заставило меня замереть.

– Чего ты меня избегаешь? – Голос Юки звучал низко, с вкрадчивой хрипотцой, которая выдавала его недавнюю привычку курить.

– Юки-сан, пожалуйста... соблюдайте дистанцию.

Этот голос я узнал мгновенно. Ли Вончик. Один из лучших молодых адвокатов Ассоциации, человек, который всегда выглядел так, будто его только что достали из-под утюга. Безупречный, строгий, холодный.

Я прикрыл глаза, усиливая слух. Шорох ткани, тяжелое дыхание. Судя по звуку, Юки прижал адвоката к столу.

– Да? А когда мы с тобой неделю назад трахались, ты что-то не говорил про дистанцию, – в голосе сына послышалась издевательская усмешка. – Ты сам умолял быть с тобой пожестче. Особенно с щупальцами... Ты прям в экстазе был, Вончик.

Наступила тишина, прерываемая лишь частым дыханием адвоката. Я почувствовал, как внутри меня шевельнулась тень. Юки всегда был бунтарем, но это... это было за гранью того, что я ожидал.

– Я был пьян, – наконец выдавил Ли Вончик, и его голос дрогнул. – Меня бросили, я был не в себе.

– Да ладно, тебе же понравилось, – Юки явно сократил расстояние до минимума. Я почти видел, как он наклоняется к уху адвоката, обдавая его запахом сигарет и своей тяжелой магии. – Неужели ты думаешь бегать от меня вечно?

– Юки-кун, – адвокат попытался вернуть себе деловой тон, но это выходило жалко. – Если ты будешь настаивать... я скажу всем, что ты единственный, кто может зачищать «пустые зоны».

Мои брови невольно поползли вверх. «Пустые зоны». Новое бедствие нашего мира. Пространственные разломы, в которых не работает обычная магия. Охотники там превращались в обычных людей, в «пустышек», лишенных маны. И только Юки с его странной, багровой энергией мог там функционировать.

– Ты меня шантажируешь? – Юки рассмеялся, и в этом смехе не было злости, только азарт.

– Это... это деловой подход, – парировал Вончик.

– Да ну? А что тогда ты меня не отталкиваешь? Твое тело отзывается на мое. Ты хочешь меня прямо сейчас, здесь, на этом дурацком столе, заваленном бумагами.

– Это не так...

– Да неужели?

Послышался звук резкого, влажного поцелуя. Шуршание одежды стало громче. Тихий, сдавленный стон Ли Вончика эхом отозвался в моих ушах.

Я резко отстранился от двери, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Это было слишком. Слишком личное, слишком откровенное. Мой сын, этот невозможный мальчишка с татуировками на спине, руках и боку, который плевать хотел на правила, которыми жили мы с Хэ Ин, сейчас брал от жизни то, что хотел, не заботясь о последствиях.

Я пошел дальше по коридору, стараясь унять гул в ушах. Юки всегда был другим. Пока Сухо тренировался до седьмого пота, чтобы оправдать фамилию Сон, Юки пропадал в ночных клубах или в тех самых пустых зонах, возвращаясь оттуда покрытым кровью монстров и с очередной серьгой в ухе.

Он не хотел быть героем. Он не хотел быть идеальным.

Я вспомнил, как Хэ Ин пыталась заставить его свести татуировки. Юки тогда просто посмотрел на нее своими небесно-голубыми глазами и сказал: «Мама, я не твой идеальный солдат. Я — это я».

В холле Ассоциации я увидел Сухо. Он стоял окруженный репортерами, ослепительно улыбаясь в камеры. Он был воплощением света, надежды. Идеальный старший брат.

– Господин Сон Джинву! – один из журналистов заметил меня. – Как вы прокомментируете слухи о том, что ваш младший сын, Юки, снова отказался от официального ранжирования?

Я остановился, глядя прямо в объектив. На мгновение мне захотелось сказать правду. О том, что мой младший сын сейчас зажимает их ведущего адвоката в кабинете. О том, что он — единственный, кто реально может спасти их от пустых зон, пока они любуются на «идеального» Сухо.

– У Юки свой путь, – ответил я спокойно, удерживая маску безразличия. – Он вносит свой вклад в безопасность страны иными способами.

Я прошел мимо, направляясь к выходу. На улице шел мелкий дождь. Я достал телефон и набрал номер Юки. Он не ответил, как и всегда.

Где-то там, за моей спиной, в стерильном здании Ассоциации, багровая тень сплеталась с холодным рассудком адвоката. Мир менялся. Пустые зоны росли, и магия, к которой мы привыкли, начинала давать сбои.

Я посмотрел на свои руки. Теневой Монарх. Величайший охотник. Но даже я не мог контролировать бурю, которая росла внутри моей собственной семьи.

Юки был бунтарем не потому, что хотел злить нас. Он был бунтарем, потому что видел мир без прикрас. Он видел пустоту там, где мы видели свет. И он был единственным, кто не боялся этой пустоты.

Через полчаса мне пришло сообщение. Короткое, в его стиле.

«Не стой под дверью, отец. Это портит твою ауру величия. И передай маме, что к ужину меня не будет — у нас с адвокатом наметилось внеплановое заседание».

Я невольно усмехнулся, убирая телефон в карман. Юки. Мой невозможный, дерзкий, невероятно сильный сын. Возможно, именно такой «неправильный» герой и нужен был этому миру, который слишком заигрался в совершенство.

Я посмотрел на небо, где сквозь тучи пробивался бледный диск луны.

– Делай что хочешь, Юки, – прошептал я в пустоту. – Только не дай этой тьме поглотить тебя целиком. Хотя, зная тебя... ты, скорее всего, сам ее проглотишь.

Я развернулся и пошел к своей машине. Впереди были новые разломы, новые враги и бесконечная игра в идеальную семью. Но где-то в глубине души я был благодарен Юки за то, что он позволял себе быть живым. Даже если это означало курить в коридорах Ассоциации и соблазнять тех, кого соблазнять не следовало.

В конце концов, тени всегда были самыми честными существами в этом мире. А мой сын был самой яркой тенью из всех.