Секрет сына

Я шел по стерильно чистым коридорам Ассоциации охотников, и звук моих собственных шагов казался мне неестественно громким. В этом здании всегда кипела жизнь, решались судьбы мира, плелись интриги, но сегодня меня преследовало странное чувство беспокойства. Как Теневой Монарх, я привык контролировать всё: от движения теней в самых дальних уголках планеты до дыхания моих близких. Но мой младший сын, Сон Юки, всегда был тем самым исключением, которое не вписывалось ни в один мой план.

Юки. Ему было всего семнадцать, и в отличие от Сухо, который рос моей точной копией и послушно принимал наследие системы, Юки был бунтарем. У него не было магических сил в привычном понимании — система не выбрала его. Но он компенсировал это невероятной физической силой и мастерством в боевых искусствах, которое заставляло даже опытных охотников ранга S нервно сглатывать. С его ростом под сто девяносто, атлетическим телосложением, фарфоровой кожей и этими пронзительными небесно-голубыми глазами, он выглядел как падший ангел, решивший пойти против небес. Его выбритые виски и вечно взъерошенные черные волосы только подчеркивали его нежелание подчиняться правилам семьи.

Хэ Ин это бесило. Она не понимала, почему он так отчаянно рвется на свободу, почему спорит с каждым её словом. У меня же с ним были другие отношения — молчаливое понимание двух хищников, один из которых еще не наточил клыки до конца.

Проходя мимо кабинета нашего ведущего адвоката, Чон Ли Вона, я замедлил шаг. Ли Вон был талантлив, невероятно красив в свои двадцать три года: черные волосы, серо-голубые глаза и острый ум. Но сейчас из-за приоткрытой двери доносились звуки, которые никак не вязались с юридической практикой.

Я заглянул внутрь, скорее по привычке контролировать пространство, и застыл. Воздух в легких мгновенно закончился.

Прямо на массивном дубовом столе, среди разбросанных документов, мой сын Юки, полуобнаженный, прижимал к себе Ли Вона. Юки выглядел пугающе взрослым в этот момент. Его мышцы на спине перекатывались под кожей, когда он подавался вперед, а Ли Вон, обхватив его талию ногами, выгибался, оставляя глубокие царапины на широкой спине моего сына.

Краска мгновенно залила моё лицо. Я, Теневой Монарх, перед которым трепетали правители и боги, почувствовал себя мальчишкой, пойманным за подглядыванием. Сердце забилось где-то в горле.

Я пулей вылетел из коридора, на ходу вскидывая руку. Моя тень мгновенно откликнулась, воздвигая вокруг кабинета мощнейший звуконепроницаемый барьер. Никто не должен был это услышать. Никто не должен был это увидеть.

Я добежал до ближайшей уборной, ворвался внутрь и припал к раковине, открыв ледяную воду. Лицо пылало так, будто я только что вышел из жерла вулкана.

– Боже, как же стыдно... – прошептал я, глядя на свое отражение. Мои серые глаза лихорадочно блестели. – Юки... Чон Ли Вон... Что это было?

Я плеснул водой в лицо, пытаясь смыть образ сына, проявляющего такую... страсть. Это было неправильно, это было безумно, и это было абсолютно в стиле Юки — выбрать самого недоступного и красивого мужчину в Ассоциации и сделать его своим прямо на рабочем столе.

Дверь туалета скрипнула, и я вздрогнул, едва не разбив раковину. В проеме показался Сухо. Он выглядел как всегда безупречно — спокойный, собранный, настоящий наследник.

– Пап? – Сухо подозрительно оглядел меня. – Ты чего такой красный? Случилось что-то?

– Нет, ничего, – я постарался придать голосу твердость, вытирая лицо полотенцем. – Просто в коридорах душно. Кондиционеры опять барахлят.

Сухо прищурился, явно мне не веря, но развивать тему не стал.

– Слушай, ты не видел Юки? Его мама ищет. Она уже в ярости, он пропустил семейный обед и не отвечает на звонки. Опять, наверное, где-нибудь в спортзале или ввязался в драку.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Если Хэ Ин узнает, чем на самом деле занят её "младшенький" в кабинете адвоката, Ассоциацию придется отстраивать заново.

– Нет, не видел, – соврал я, стараясь не смотреть сыну в глаза. – Наверное, занимается своими делами. Ты же знаешь Юки, он не любит, когда за ним следят.

– Это точно, – вздохнул Сухо, облокотившись о дверной косяк. – Мама говорит, что он совсем от рук отбился. Ты бы поговорил с ним, пап. Он тебя хоть немного слушает.

– Поговорю, – пообещал я, чувствуя, как внутри всё сжимается от неловкости. – Обязательно поговорю. Позже.

– Ладно, я пойду поищу его в тренировочном зале, – Сухо развернулся, чтобы уйти. – А ты иди к маме, она в кафетерии, ждет отчет по последнему рейду.

Когда шаги старшего сына затихли, я снова тяжело вздохнул и оперся руками о край раковины. Перед глазами всё еще стояла картина из кабинета. Юки всегда шел против системы, против ожиданий матери, против логики. Но это... это было за гранью даже для него.

Я понимал, что как отец должен быть строгим, должен пресечь подобное поведение, особенно в стенах Ассоциации. Но в то же время, глядя на то, с какой яростью и нежностью он прижимал к себе Ли Вона, я увидел в нем частичку себя. Ту самую часть, которая когда-то заставила меня перевернуть мир ради тех, кого я люблю.

– Ох, Юки, – пробормотал я в пустоту. – Ты действительно мой сын. Такой же невыносимый и неуправляемый.

Мне нужно было время, чтобы прийти в себя. Я не мог сейчас выйти к Хэ Ин — она видела меня насквозь и мгновенно поняла бы, что я что-то скрываю. А скрывать правду о Юки сейчас было вопросом выживания для всех нас.

Я вышел из туалета и направился к лестнице, решив подняться на крышу. Свежий воздух был необходим. Но проходя мимо того самого коридора, я почувствовал, что мой барьер всё еще стоит. Тени надежно охраняли покой двоих нарушителей спокойствия.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, сын, – подумал я, ускоряя шаг.

В голове уже зрел план, как отвлечь Хэ Ин и вытащить Юки из здания до того, как его отсутствие станет катастрофой. Быть Теневым Монархом было проще, чем быть отцом подростка-бунтаря, который решил, что правила созданы только для того, чтобы их нарушать самым эффектным способом.

На крыше дул сильный ветер. Я подошел к краю, глядя на раскинувшийся внизу Сеул. Город жил своей жизнью, не подозревая о драмах, разыгрывающихся за закрытыми дверями офисов.

– Игрис, – негромко позвал я.

Из тени тут же соткался верный рыцарь, преклонив колено.

– Да, мой господин?

– Проследи, чтобы Юки и Ли Вон покинули здание незамеченными, когда закончат. И сделай так, чтобы записи с камер в том крыле... случайно исчезли.

– Будет исполнено, – Игрис склонил голову, и в его движении мне почудилось легкое недоумение, но он был слишком предан, чтобы задавать вопросы.

Я закрыл глаза, подставляя лицо ветру. Сегодня мне предстоял очень тяжелый вечер в кругу семьи. И я уже предвкушал тот взгляд, которым Юки одарит меня, когда поймет, что я всё знаю. Этот парень никогда не извинялся. И, честно говоря, в глубине души я этим даже гордился.

Но Хэ Ин... О, Хэ Ин мне этого никогда не простит, если узнает.

– Соберись, Джинву, – приказал я сам себе. – Ты победил Древних Богов. Ты справишься и с секретами собственного сына.

Хотя, глядя на заходящее солнце, я понимал: эта битва будет посложнее всех предыдущих. Юки не просто шел против системы. Он создавал свою собственную, и в этой системе он явно не собирался быть на вторых ролях.

Я развернулся и пошел вниз, к жене. Нужно было играть роль спокойного отца, пока мой младший сын продолжал разрушать все мои представления о воспитании.

– Папа, ты вернулся! – Хэ Ин встретила меня у входа в кафетерий, её глаза метали молнии. – Где Юки? Ты его нашел?

Я улыбнулся своей самой безмятежной улыбкой, за которой скрывались тысячи теней и один очень горячий секрет.

– Нет, дорогая. Но я уверен, он скоро объявится. У него, должно быть, были очень важные дела. Очень... неотложные.

Хэ Ин подозрительно прищурилась, но я уже обнимал её за плечи, уводя в сторону столиков. Сегодня тени будут хранить молчание. Ради мира в семье и ради того, чтобы мой сын мог сам выбрать свой путь, каким бы скандальным он ни был.