Мне страшно

Густой, липкий туман обволакивал остров, словно саван. Тейлз пришел в себя на холодном песке, чувствуя, как в ушах звенит от неестественной тишины. Голова раскалывалась. Он не помнил, как здесь оказался. Последнее, что всплывало в памяти — яркая вспышка в лаборатории и странный сбой телепортатора.

Лисёнок с трудом поднялся на ноги, отряхивая жёлтый мех. Его два хвоста нервно дернулись, выбивая дробь по песку. Взгляд упал на предмет, лежащий рядом — его верная лазерная пушка. Тейлз облегченно выдохнул и крепко сжал рукоятку оружия. С ней было хоть немного спокойнее, хотя сердце в груди колотилось, как пойманная птица.

– Где я? – прошептал он, оглядываясь. – Соник? Эми? Кто-нибудь?

Остров выглядел зловеще. Деревья с искривленными стволами напоминали скрюченные пальцы мертвецов, а небо было затянуто грязно-серыми тучами. Тейлз побрел вглубь леса, вздрагивая от каждого шороха. Страх сковывал движения, но любопытство учёного и инстинкт выживания гнали его вперед.

Спустя полчаса блужданий среди скал, Тейлз замер. Впереди, у края обрыва, стояла знакомая фигура. Синие иголки, красные кеды...

– Соник! – радостно вскрикнул лисёнок, чувствуя, как тяжелый груз спадает с плеч. – Боже, Соник, я так рад тебя видеть! Ты не представляешь, как я испугался.

Он побежал к другу, но чем ближе он подходил, тем сильнее замедлялся его шаг. Соник стоял неподвижно, ссутулившись. Его иголки казались темнее обычного, почти черными, и с них что-то стекало.

– Соник? – Тейлз остановился в пяти шагах. – Эй, ты в порядке? Что с твоей... рукой?

Вместо правой руки у ежа виднелось нечто ужасное: длинная, узловатая ветка, усыпанная острыми, как бритва, шипами. Она была переплетена с плотью, словно паразит, проросший сквозь кости.

Фигура медленно начала поворачиваться. Тейлз затаил дыхание. Когда существо полностью развернулось, лисёнок вскрикнул и отшатнулся.

Это не был Соник. Это был Колоссос.

Глаза монстра были абсолютно черными, и лишь в самом центре горели крошечные, ядовито-красные зрачки, полные первобытной ярости. Тёмно-синие иголки были густо облиты свежей, еще дымящейся кровью. Вместо приветствия из пасти существа вырвалось утробное, свирепое рычание, больше похожее на хрип раненого зверя, чем на голос живого существа.

Колоссос резко дернулся вперед, выставляя свою шипастую ветку-руку.

– А-а-а! – Тейлз нажал на курок пушки.

Яркий луч света ударил монстру в грудь, на мгновение ослепив его, но Колоссос даже не поморщился. Он рванул с невероятной скоростью, оставляя за собой кровавый след. Тейлз едва успел взлететь, бешено вращая хвостами. Шипы пронеслись в миллиметре от его подошв, распоров воздух.

Лисёнок летел так быстро, как только мог, не разбирая дороги. Ветки били его по лицу, легкие горели от холодного воздуха. Он слышал позади треск ломающихся деревьев и этот жуткий, нечеловеческий рык. Колоссос не просто преследовал его — он охотился.

Тейлзу удалось нырнуть в узкую расщелину между скал, куда крупный монстр не смог бы пролезть сразу. Он забился в самый дальний угол, прижимая пушку к груди и стараясь не дышать. Снаружи послышался скрежет когтей по камню, а затем всё стихло.

Просидев в укрытии около часа, Тейлз рискнул выбраться. Он шел осторожно, прислушиваясь к каждому звуку, пока не услышал чей-то тихий плач. Завернув за огромный валун, он увидел маленькую бежевую крольчиху.

– Крим? – не веря своим глазам, позвал он.

Девочка подняла голову. Её глаза были опухшими от слёз, а ушки поникли.

– Мистер Тейлз? – она всхлипнула и, вскочив, бросилась к нему в объятия. – О, мистер Тейлз! Я думала... я думала, что мне конец! Я совсем одна, здесь так страшно!

– Тише, тише, – Тейлз гладил её по голове, хотя его собственные руки дрожали. – Я здесь. Мы выберемся, обещаю.

Следующие два дня стали для них коротким островком спокойствия посреди кошмара. Они нашли небольшую пещеру, скрытую водопадом, где было относительно безопасно. Тейлз, используя свои навыки механика, смог соорудить из обломков старого робота, найденного в джунглях, небольшую плитку, чтобы они могли согреться.

Эти два дня были наполнены тихими разговорами. Они вспоминали дом, друзей, маму Крим — миссис Ваниллу.

– Знаешь, Тейлз, – прошептала Крим на второй вечер, глядя на огонь. – Я всегда восхищалась тем, какой ты умный. Ты всегда знаешь, что делать.

Тейлз покраснел, отводя взгляд.

– Я просто техник, Крим. Без своих гаджетов я... я часто боюсь.

– Но ты ведь здесь, – она мягко коснулась его лапы. – И ты защищаешь меня. Это самое смелое, что можно сделать.

Тейлз посмотрел в её искренние глаза. В этот момент он хотел сказать ей всё. Что она — самое доброе существо, которое он знает. Что её улыбка заставляет его забыть о любых поломках и неудачах. Что он... он любит её. Но слова застряли в горле. Он побоялся, что признание разрушит ту хрупкую дружбу, которая помогала им выживать. Крим тоже молчала, хотя её сердце билось в унисон с его. Она боялась, что её чувства покажутся ему детскими или неуместными в такой опасной ситуации.

Утро третьего дня началось с ужасающего грохота.

Свод пещеры содрогнулся. Водопад, закрывавший вход, вдруг окрасился в багровый цвет. Из пелены воды вышагнул Колоссос. Его глаза горели ярче, чем прежде, а шипастая ветка-рука волочилась по земле, высекая искры из камня.

– Беги, Крим! – закричал Тейлз, вскидывая пушку.

– Нет, я не оставлю вас! – Крим вскинула лапки, готовясь призвать магию исцеления, но Тейлз загородил её собой.

– Уходи! Я задержу его!

Колоссос издал оглушительный рев и рванул вперед. Тейлз выстрелил, но монстр уклонился с неестественной гибкостью. Ветка-рука метнулась вперед, словно живая змея. Тейлз успел взлететь, но Колоссос подпрыгнул, схватив лисёнка за хвосты.

– Не-е-ет! – закричала Крим.

Монстр с силой швырнул Тейлза об стену пещеры. Раздался отчетливый хруст костей. Лисёнок упал, захлебываясь кровью. Колоссос медленно приближался, наслаждаясь моментом. Он не просто хотел убить — он хотел видеть страдание.

– Пожалуйста... – прохрипел Тейлз, пытаясь поднять пушку, но его правая рука была сломана.

Колоссос наступил ему на грудь, вдавливая в камни. Крим бросилась вперед, сияя мягким зеленым светом. Она коснулась плеча Тейлза, пытаясь закрыть его раны. Её тело тут же оцепенело — цена магического исцеления. Она замерла, не в силах пошевелиться, глядя в глаза монстру.

Колоссос посмотрел на неё, оскалился, обнажая ряды острых зубов, но затем его внимание вернулось к добыче. Он поднял свою ветку и с резким звуком вонзил шипы в живот Тейлза.

Крик лисёнка разорвал тишину острова. Это была долгая, мучительная агония. Колоссос медленно проворачивал ветку, разрывая внутренности, упиваясь каждым стоном и каждым судорожным вздохом своей жертвы. Тейлз дергался в конвульсиях, его глаза закатились, а изо рта потекла кровавая пена.

Напоследок монстр схватил левую руку Тейлза и с ужасающим рывком оторвал её от тела.

Крим, всё еще парализованная, могла только смотреть. Из её глаз катились слёзы, которые замерзали на щеках. Она видела, как жизнь уходит из глаз её лучшего друга, её первой любви.

Колоссос, удовлетворенно ворча, развернулся. Он прошел мимо застывшей Крим, даже не взглянув на неё больше. В его челюстях была зажата рука Тейлза, которую он начал жадно пожирать, скрываясь за пеленой водопада.

Когда паралич прошел, Крим рухнула на колени рядом с тем, что осталось от Тейлза.

– Мистер Тейлз? – прошептала она, дрожащими руками касаясь его холодного лица. – Пожалуйста, очнитесь. Это не смешно. Я... я могу исцелить вас. Смотрите!

Она снова и снова пыталась вызвать магию, но свет был тусклым и быстро гас. Тело лисёнка было слишком разрушено.

– Пожалуйста... – она прижала его голову к своей груди, пачкая светлую шерстку в крови. – Я же не сказала тебе... Я люблю тебя, Тейлз. Пожалуйста, вернись!

Она просидела так несколько часов, пока холод не стал невыносимым. В глубине пещеры вдруг вспыхнул странный свет. Крим подняла голову и увидела огромное зеленое кольцо, парящее в воздухе. Портал. Выход.

С огромным трудом, надрываясь от тяжести, она подтащила тело Тейлза к кольцу. Она верила, что если они пройдут сквозь него, врачи дома, мистер Соник или Эггман — кто угодно — смогут его починить. Он же механик, он всегда всё чинит!

Крим прыгнула в кольцо, увлекая за собой безжизненное тело друга.

Мир изменился. Они оказались на зеленой поляне рядом с мастерской Тейлза. Навстречу им уже бежали Соник, Эми и Наклз.

– Эй, ребята, вы где были?! – крикнул Соник, но тут же осекся, увидев окровавленную Крим и то, что она тащила за собой.

Крим упала на траву, тяжело дыша.

– Помогите ему... – прошептала она. – Мистер Соник, пожалуйста, почините его.

Соник опустился на колени, его руки задрожали. Он приложил пальцы к шее Тейлза. Тишина. Холод.

– Крим... – голос Соника надломился. – Его больше нет.

– Нет! – закричала Эми, закрывая рот руками. – Этого не может быть! Он же... он же Тейлз! Он не может умереть!

Наклз сжал кулаки так, что костяшки побелели, и отвернулся, не в силах смотреть на растерзанное тело своего младшего брата по оружию.

Следующие недели превратились в бесконечный траур. Смерть Тейлза стала черной дырой, поглотившей радость Мобиуса.

Миссис Ванилла не отходила от дочери, которая почти перестала говорить. Крим часами сидела в мастерской Тейлза, среди его чертежей и недостроенных изобретений. Она верила, что если она закончит его последний проект, он вернется. Она не принимала реальность.

Соник изменился больше всех. Веселый герой исчез. Он часами бегал по миру, пытаясь найти того, кто это сделал, его глаза горели ненавистью. Он винил себя. За то, что не был рядом. За то, что позволил этому случиться.

Эми пыталась быть сильной, но каждый раз, видя два желтых хвоста на старых фотографиях, она уходила в ванную и рыдала до изнеможения.

Весь мир оплакивал девятилетнего гения, который просто хотел летать и помогать друзьям. Остров, Колоссос и тот ужасающий шепот колючей тени навсегда остались в кошмарах выжившей крольчихи, которая так и не успела сказать самое главное вовремя.

Тейлз ушел, оставив после себя лишь тишину и разбитые сердца тех, кто его любил. А где-то в ином измерении Колоссос продолжал свою вечную, голодную охоту, ожидая новой встречи.