Сын

Я сидел в своем кабинете, окруженный тишиной, которая обычно приносила мне покой. Но сегодня тишина была тяжелой, почти осязаемой. На моем дубовом столе лежал свежий номер модного журнала, который притащил Сухо. Мой младший сын, моя гордость, внешне — почти зеркальное отражение меня самого в молодости, только без того груза тьмы, что я несу в своих плечах.

Но сейчас мой взгляд был прикован не к Сухо, который что-то увлеченно рассказывал в гостиной, а к обложке.

С глянцевой страницы на меня смотрел молодой мужчина. Сон Юки. Мой сын. Мой первенец, о существовании которого я старался не вспоминать долгие двадцать лет.

На фото Юки выглядел вызывающе идеально. Рост 190 сантиметров — он перерос даже меня. Атлетичное тело, рельефные мышцы пресса и груди, покрытые мельчайшими каплями влаги, которые блестели под студийным светом. Его черные густые волосы были слегка взъерошены, а из-под челки на мир смотрели пронзительные голубые глаза. Не карие, как у меня, а ярко-голубые — наследство его матери, Юми.

– Ты всё-таки вырос красавцем, Юки, – прошептал я, проводя пальцами по изображению татуировки на его плече. Сложные черные узоры, переплетающиеся с цветами, подчеркивали его мускулатуру. В ушах — несколько серебряных колец, на губах — та самая уверенная, чуть дерзкая улыбка, которую я когда-то видел у женщины, которую предал.

Двадцать лет назад я совершил ошибку. В те времена, когда мир еще только привыкал к системе и охотникам, я запутался в своих чувствах. Юми была рядом, она была моей опорой, когда я только начинал свой путь. Но потом появилась Ча Хэ Ин. Сияющая, сильная, статусная «золотая девочка» мира охотников. Я выбрал её.

Я помню тот день, когда Юми застала нас. Она не кричала. Она просто смотрела на меня своими ледяными голубыми глазами, в которых медленно умирала любовь. Она была беременна, но я узнал об этом слишком поздно. Когда я предложил «помощь», она лишь горько усмехнулась.

– Смотри не пожалей о своем выборе, Джинву, – сказала она тогда, уходя навсегда. – Когда твоя «золотая жизнь» превратится в ад, вспомни этот момент. Нам от тебя ничего не нужно.

Она ушла, забрав Юки с собой. И вот теперь, спустя десятилетия, ее слова эхом отозвались в моей голове.

– Отец? Ты всё еще изучаешь этот журнал? – В кабинет зашел Сухо. Он облокотился на косяк двери, с любопытством глядя на меня. – Он невероятно популярен, верно? Сон Юки. Говорят, у него нет способностей охотника, но он покорил индустрию моды.

– Да, он... впечатляет, – я постарался придать голосу равнодушие, но пальцы невольно сжали край стола.

– А ты видел следующую страницу? – Сухо подошел ближе и перелистнул разворот. – Там он с Чон Ливоном. Это сейчас главная тема во всех соцсетях.

Я опустил взгляд на второе фото. Рядом с Юки стоял другой молодой человек. Чон Ливон, обладатель титула «Мисс Корея» среди мужчин — звания, которое теперь давали самым красивым представителям нации. Ливону было двадцать три, он был чуть ниже Юки — 183 сантиметра, с тонкими чертами лица, иссиня-черными волосами и необычными серо-голубыми глазами.

На снимке они стояли близко друг к другу. Юки небрежно накинул куртку на плечи, обнажая торс, а Ливон смотрел в камеру с той утонченной грацией, которая сделала его иконой стиля. В интернете вовсю трубили о том, что они — пара. «Самая красивая пара Кореи», как их окрестили фанаты.

– Говорят, они неразлучны, – добавил Сухо, не замечая, как меняется мое лицо. – Юки умный, он сам ведет свои дела, а Ливон — его главная муза. Удивительно, правда? У парня нет ни капли маны, а он заставляет весь мир говорить о себе.

– Умный, – повторил я. – Он всегда был таким?

– Откуда мне знать, пап? – Сухо пожал плечами. – Я просто слежу за трендами. Но знаешь, что странно? У него твоя фамилия. И внешне... если присмотреться, вы чем-то похожи. Особенно взглядом.

Я почувствовал, как внутри что-то оборвалось. Мой сын, лишенный магических сил в мире, где сила — это всё, сумел построить свою империю на интеллекте и красоте. Он не стал охотником, не пошел по моим стопам, и в этом был его величайший протест против меня.

– Мама знает? – спросил я, имея в виду Ча Хэ Ин.

– Мама видела журнал, – Сухо замялся. – Она сказала, что парень симпатичный, но слишком... дерзкий. Кажется, ей не очень нравится его имидж.

Конечно, ей не нравится. Юки — живое напоминание о моем предательстве. Он — воплощение того «ада», о котором предупреждала Юми. Его успех, его публичность, его связь с Ливоном — всё это создавало шум, который мог в любой момент ударить по репутации «величайшего охотника» и его «идеальной семьи».

Я снова посмотрел на Юки. На его шее висел тонкий черный шнурок с металлическим кулоном. Я узнал его. Это был старый жетон, который я когда-то отдал Юми в качестве талисмана. Он сохранил его. Или она отдала его сыну, чтобы он никогда не забывал, чья кровь течет в его жилах, даже если эта кровь не дает ему силы Системы.

– Он выглядит счастливым, – тихо произнес я.

– Еще бы, – усмехнулся Сухо. – Быть самым востребованным мужчиной в стране, да еще и встречаться с Ливоном... О них пишут каждый день. Смотри, вот здесь в статье цитата Юки.

Я придвинул журнал ближе и прочитал короткую строчку под интервью: «Я не верю в наследственную силу. Я верю в то, что человек создает сам. Мое имя — это только буквы, а не тень чьего-то прошлого».

Удар был точным. Он знал. Он всё знал и намеренно дистанцировался от меня, превращая свою жизнь в яркое шоу, в котором мне не было места.

– Пап, ты в порядке? Ты какой-то бледный, – Сухо обеспокоенно положил руку мне на плечо.

– Всё хорошо, Сухо. Просто... много работы, – я закрыл журнал. – Оставь его здесь, я хочу еще кое-что посмотреть.

Когда сын вышел, я подошел к окну. Сеул сиял огнями. Где-то там, в одном из элитных пентхаусов, мой старший сын праздновал свой успех с человеком, которого любил. Он не нуждался в моих деньгах, в моей защите или в моем статусе Охотника уровня S. Он стал королем в своем собственном мире.

Юми была права. Мой выбор принес мне статус и «золотую» семью, но он лишил меня чего-то гораздо более важного. И теперь, глядя на триумф Юки, я понимал, что моя жизнь, выстроенная на идеальном имидже, начала давать трещины.

Я вызвал верного помощника через систему теней.

– Найди мне всё о Сон Юки. Его график, его окружение, его мать.

– Будет исполнено, мой Повелитель, – прошелестел голос из темноты.

Я снова открыл журнал на странице, где Юки и Ливон сидели в кафе, смеясь и не обращая внимания на папарацци. Красивая, малая, но такая далекая от меня пара.

– Ну что ж, Юки, – прошептал я, глядя в его голубые глаза на фото. – Давай посмотрим, действительно ли ты так независим от тени своего отца.

Но в глубине души я знал ответ. Он не просто независим. Он презирал всё, что я олицетворял. И это была самая изысканная месть, которую Юми могла придумать. Она не разрушила мою жизнь силой — она вырастила сына, который сделал меня никчемным в его реальности.

Мой статус охотника S-класса не значил ничего перед лицом этого двадцатилетнего парня, который смотрел на мир с обложки глянца с такой уверенностью, будто он сам был Богом этого нового времени.

– Джинву? Ты идешь ужинать? – Голос Ча Хэ Ин из коридора прозвучал непривычно резко.

– Иду, – ответил я, пряча журнал в ящик стола.

Но образ Юки — влажная кожа, татуировки и этот пронзительный, обвиняющий взгляд — остался со мной. Мой ад только начинался, и его имя было Сон Юки.