Семья

Неделя до долгожданного показа пролетала незаметно, словно смазанный кадр в ускоренной съемке. В воздухе витало предвкушение чего-то грандиозного, но для меня, Сон Джинву, охотника S-ранга и человека, буквально перекроившего судьбу этого мира, самыми важными оставались моменты тишины в кругу семьи.

Хотя, «тишина» в нашем доме — понятие весьма относительное.

Несколько дней назад у меня состоялся серьезный разговор с Сухо. Мой сын, уже не тот маленький мальчик, которого я когда-то защищал от теней, признался мне в том, что они с Юки официально встречаются. Он выглядел смущенным, но в его глазах читалась твердая решимость. Они решили пока не афишировать свои отношения, и я, честно говоря, был за него искренне рад. Юки была замечательной девушкой, и их союз казался мне чем-то правильным, естественным.

Я сидел в гостиной, погруженный в чтение последних новостей на планшете. Мир менялся, технологии развивались, но некоторые вещи оставались неизменными: политики спорили, экономика колебалась, а монстры… монстры теперь были лишь воспоминанием для большинства, но не для меня.

Внезапно идиллию нарушил странный звук. Это не было похоже на обычный шум бытовой суеты. Сначала донесся приглушенный хлопок, затем — испуганный вскрик, переходящий в настоящий вопль, доносившийся с кухни.

Я мгновенно подобрался. Инстинкты, отточенные в тысячах сражений, сработали быстрее, чем разум успел осознать происходящее. Тень под моими ногами дрогнула, готовая выпустить верных солдат по первому приказу.

– Что там происходит? – пробормотал я, вскакивая с дивана.

Я рванул на кухню, ожидая увидеть всё что угодно: от прорыва микроврат до нападения убийц. Но реальность оказалась куда более... специфической.

Едва я распахнул дверь, как в нос ударил резкий, ни на что не похожий запах — смесь озона, морской капусты и чего-то сладко-горького. Картина, представшая перед моими глазами, заставила бы даже Монархов содрогнуться от недоумения.

Из раскрытого бенто, стоявшего в центре стола, извиваясь, выползали иссиня-черные, полупрозрачные щупальца. Они не просто двигались — они пульсировали какой-то потусторонней энергией. И, что самое ужасное, эти отростки уже успели обвить Сухо и Юки, которые отчаянно пытались вырваться из липких объятий «обеда».

– Папа, спаси! – вскрикнул Сухо, когда одно из щупалец попыталось лизнуть его в щеку. – Оно живое! Оно пытается меня съесть раньше, чем я его!

Юки, чьи волосы были безнадежно спутаны тонкими черными нитями, выглядела одновременно напуганной и восхищенной.

– Это... это великолепно! – прохрипела она, пытаясь увернуться от очередного захвата. – Творение Миджун-и... Нельзя просто так готовить... Это не еда, это Королева Тентаклей или исчадие ада из чесночного соуса!

Я застыл на пороге, не зная, смеяться мне или вызывать Игhandle для экзорцизма кухни.

– Что за черт здесь творится? – наконец выдавил я, подходя ближе.

– Отец, не стой просто так! – Сухо дернулся, но щупальце крепко держало его за талию. – Сестра решила приготовить нам «особенный перекус» для тренировки. Она сказала, что добавила туда «немного маны для вкуса».

Я посмотрел на бенто. Кажется, «немного маны» в исполнении моей дочери превратило обычные морепродукты в форму жизни, стремящуюся к мировому господству в пределах одной отдельно взятой кухни.

– Миджун! – крикнул я, оглядываясь.

Дочь появилась из кладовки, вытирая руки о фартук. На ее лице сияла гордая улыбка, которая мгновенно померкла, когда она увидела масштаб катастрофы.

– Ой, – она прижала ладошки к щекам. – Кажется, я переборщила с эссенцией тени... Я просто хотела, чтобы соус был более... насыщенным?

– Насыщенным? – Юки издала нервный смешок, когда щупальце нежно обвило ее запястье. – Миджун, оно пытается сделать мне предложение руки и сердца!

Я вздохнул, чувствуя, как напряжение уходит, сменяясь привычным чувством родительского смирения. Протянув руку, я призвал крошечную частицу своей силы. Тени в комнате удлинились, и щупальца, почувствовав истинного хозяина, мгновенно обмякли и втянулись обратно в коробочку, превратившись в обычные, хоть и подозрительно темные, кусочки осьминога.

Сухо и Юки повалились на стулья, тяжело дыша.

– Больше никакой «магической» кухни, – отрезал Сухо, потирая покрасневшую шею. – В следующий раз мы просто закажем пиццу. Обычную, человеческую пиццу, которая не пытается тебя задушить.

– Но это было так креативно! – Юки поправила прическу, с любопытством разглядывая притихшее бенто. – Знаешь, в этом есть определенная эстетика хаоса.

Я подошел к столу и осторожно ткнул вилкой в один из кусочков. Он не шевельнулся, но мне показалось, что он обиженно сжался.

– Миджун, – я посмотрел на дочь, которая виновато переминалась с ноги на ногу. – Твое рвение похвально, но давай договоримся: кулинария и магия Теней должны существовать в разных плоскостях. По крайней мере, пока мы не заведем отдельный полигон для дегустации.

– Хорошо, пап, – вздохнула она. – Я просто хотела помочь Сухо стать сильнее перед показом.

Я улыбнулся и потрепал ее по волосам.

– Он и так сильный. А с такой поддержкой, – я кивнул на Юки, – ему никакой «осьминог-убийца» не страшен.

Юки покраснела, а Сухо отвел взгляд, стараясь скрыть улыбку. Несмотря на недавний хаос, в кухне воцарилась та самая теплая атмосфера, которую я ценил больше всех наград в мире.

– Ладно, «герои», – я отодвинул злополучное бенто подальше. – Кто хочет нормальный ужин? Я приготовлю. Без щупалец. Обещаю.

– Только если это не будут «тенистые пельмени», – пошутил Сухо, и мы все дружно рассмеялись.

Впереди была неделя подготовки, волнений и, возможно, новых кулинарных экспериментов, но сейчас, в этот момент, я был просто отцом, который спас свою семью от самого опасного врага — неудавшегося обеда. И это была, пожалуй, самая важная победа в моей жизни.