...

Летнее солнце Англии казалось Олесе каким-то нерешительным. Оно не палило беспощадно, как в степях, и не искрилось холодным золотом на снежных шапках гор, как это бывало в Колдотворце. Здесь оно мягко золотило бескрайние поля, окутывая окрестности Девона ленивым теплом.

Олеся Громова стояла перед зеркалом в прихожей их нового — вернее, очень старого — дома. Почти белые волосы были собраны в тугой, строгий пучок, не позволяя ни одной пряди выбиться на свободу. Глубокие желто-зеленые глаза, которые Марк в шутку называл «ведьминскими огоньками», внимательно изучали отражение. На ней было простое светлое платье, вполне соотносившееся с модой маглов, но в кармане привычно ощущалась тяжесть палочки из древесины лиственницы.

– Олеся, ты всё ещё здесь? – из кухни донёсся голос брата.

Марк вошел в прихожую, на ходу поправляя воротник министерской мантии. В свои двадцать семь он выглядел солидно, хотя в уголках глаз всё еще плясали те же искорки, что и у сестры. Работа в отделе иммиграции изматывала его, но он никогда не жаловался. С тех пор как не стало родителей, а затем и бабушки, Марк стал для неё всем миром.

– Я не уверена, что это хорошая идея, – Олеся поправила корзинку, накрытую расшитым полотенцем. – Вдруг они... ну, знаешь, не любят гостей?

– Громова, ты два года провела в Дурмстранге среди суровых северян и три года в Колдотворце, где на переменах иногда летают боевые заклятия, – Марк усмехнулся и приобнял её за плечи. – Тебя пугает визит к соседям? Это просто вежливость. К тому же, я не хочу, чтобы ты все лето просидела в библиотеке. Иди, социализируйся. Домик в километре отсюда, не заблудишься.

– Я уверена, что они маглы, Марк. Там на заднем дворе стоит какая-то странная конструкция, похожая на голубятню, перестроенную в жилой дом.

– Вот и проверишь. Английские маглы — народ тихий. Улыбайся и не забудь про свой акцент, он очарователен.

Олеся вздохнула, понимая, что спорить бесполезно. Марк был настроен решительно. Выйдя за порог, она вдохнула густой аромат трав и двинулась по тропинке, вьющейся через поле.

Дом, который они заприметили еще при переезде, выглядел... специфически. Он возвышался над ландшафтом, словно его строили, добавляя комнаты одну на другую с помощью магии — или очень странного архитектора. «Нора», — прочитала она на указателе неподалеку.

Подойдя к покосившейся калитке, Олеся помедлила. Из дома доносились звуки, которые сложно было соотнести с обычной жизнью: что-то глухо бумкнуло, а затем раздался женский голос, призывающий кого-то «немедленно спуститься вниз».

Девушка постучала в массивную деревянную дверь.

Через мгновение дверь распахнулась, и на пороге появилась невысокая, полная женщина с копной ярко-рыжих волос и добрым, но слегка усталым лицом. На ней был фартук, а в руках она сжимала кухонное полотенце.

– Ох, добрый день! – женщина удивленно моргнула, разглядывая гостью.

– Здравствуйте, – Олеся слегка склонила голову, стараясь говорить максимально четко, хотя мягкое русское «р» всё равно проскальзывало. – Меня зовут Олеся Громова. Мы с братом недавно переехали в дом на холме. Он... он просил передать это вам. В знак знакомства.

Она протянула корзинку, от которой исходил божественный аромат свежей выпечки.

– О, дорогая, какая прелесть! – женщина просияла, и морщинки вокруг её глаз разгладились. – Я Молли Уизли. Проходи, пожалуйста, не стой на пороге. У нас тут немного кавардак, мальчики только что...

Молли осеклась, внимательно посмотрев на Олесю. Она явно приняла девушку за маглку из соседней деревни и теперь, кажется, лихорадочно соображала, не оставила ли она где-нибудь на виду самопишущее перо или летающий половник.

Олеся вошла на кухню, и её взгляд тут же зацепился за детали. Часы на стене имели девять стрелок, и вместо цифр на циферблате были надписи: «дома», «в пути», «в смертельной опасности». На спинке стула висела мантия, а в углу в корзине лежали клубки шерсти, которые сами собой вязали свитер.

Олеся невольно улыбнулась. Значит, не маглы. Какое облегчение.

В этот момент в открытое окно с оглушительным треском влетела сова. Это была маленькая, явно перевозбужденная птица, которая не рассчитала траекторию и со всего маху врезалась в косяк двери, прежде чем рухнуть на кухонный стол. Из её клюва выпал свежий выпуск «Ежедневного пророка».

Газета развернулась, и Олеся четко увидела на главной странице движущуюся фотографию Сириуса Блэка, который яростно кричал за решеткой.

– Фух... – Олеся непроизвольно выдохнула, чувствуя, как уходит напряжение. – Так вы тоже волшебники.

Миссис Уизли, которая уже потянулась было спрятать газету, замерла, а потом весело рассмеялась, всплеснув руками.

– Ох, милочка, а я-то всё утро переживала! Пыталась спрятать всё магическое, думала: «Ну вот, пришла приличная девушка из деревни, а у меня половник сам суп помешивает». Садись скорее, я сейчас заварю чай.

– Спасибо, миссис Уизли, – Олеся присела на край стула, чувствуя, как в этом странном, уютном доме становится тепло на душе. – Мы с Марком — мой брат — только неделю назад приехали. Он работает в Министерстве, его перевели из России.

– Из России! – Молли всплеснула руками, ставя на стол пузатый чайник. – Как интересно! Значит, ты училась в Колдотворце? Я слышала, там потрясающая программа по травологии.

– Да, три года там, а потом два года в Дурмстранге, – ответила Олеся, принимая чашку ароматного чая. – Брат часто переезжает по работе, и мне приходится следовать за ним. В этот раз он сказал, что мы задержимся надолго, так что я, скорее всего, пойду в Хогвартс в сентябре.

– В Хогвартс! Это же чудесно! – Молли придвинула к себе корзинку с ватрушками и с удовольствием вдохнула аромат. – Мои младшие как раз там учатся. Рон и Джинни... и близнецы, Фред и Джордж. Ох, эти двое сведут меня в могилу своими фокусами, но они как раз переходят на шестой курс, как и ты, кажется?

– Да, мне шестнадцать, – кивнула Олеся.

– Ну, тогда тебе точно не будет скучно. Фред и Джордж — это стихийное бедствие, но у них добрые сердца. У меня еще есть старшие сыновья. Билл сейчас в Египте, работает на банк Гринготтс, Чарли в Румынии с драконами... Перси вот только закончил школу и теперь в Министерстве, весь в делах, такой серьезный, – Молли покачала головой, но в её голосе слышалась неприкрытая гордость.

Разговор потек легко и непринужденно. Олеся поймала себя на мысли, что ей не приходилось так много говорить на английском за последние несколько месяцев, но слова всплывали в памяти сами собой.

– А каково это — летать в Дурмстранге? – спросила Молли, подкладывая гостье печенье. – Говорят, там ужасные холода.

– О, иногда метлы покрываются инеем прямо в полете, – улыбнулась Олеся, вспоминая заснеженные стадионы. – Но зато там невероятное северное сияние. Иногда во время тренировок по квиддичу небо вспыхивает зеленым и фиолетовым, и кажется, что ты летишь прямо в сказку. Хотя Марк учил меня летать еще в России, когда мне было года четыре. Привязывал меня к метле страховочными заклинаниями, чтобы я не свалилась.

– Четыре года! – ахнула миссис Уизли. – Мой Артур был бы в восторге. Он обожает всё необычное. А как твой брат? Ему нравится в нашем Министерстве?

– Он говорит, что здесь слишком много бумажной работы, – призналась Олеся. – В России всё как-то... проще в плане иммиграции существ. А здесь столько протоколов. Но он рад, что мы наконец осели. После смерти родителей и бабушки мы всегда были только вдвоем. Марк — мой единственный дом, где бы мы ни находились.

Молли ласково коснулась руки девушки.

– Теперь у вас есть соседи, дорогая. В этом доме всегда найдется лишняя тарелка супа и чашка чая. И не вздумай отказываться!

Олеся почувствовала, как к горлу подкатил комок. Она всегда была немного замкнутой, привыкшей к строгой дисциплине русских и северных школ, но эта простая английская женщина с её веснушками и добрым сердцем вызывала мгновенное доверие.

– Спасибо, миссис Уизли. Это... это очень много значит для нас.

– Зови меня Молли, деточка. И, кстати, насчет Хогвартса — не переживай. Уизли там знают все входы и выходы. Если тебе понадобится помощь с учебниками или ты просто захочешь узнать, какой из призраков самый ворчливый, просто спроси моих мальчиков. Они скоро вернутся из Косого переулка, и я вас обязательно познакомлю.

Олеся улыбнулась, глядя в окно на бескрайнее поле. Кажется, это лето обещало быть гораздо интереснее, чем она предполагала. И, возможно, Хогвартс станет для неё чем-то большим, чем просто очередная смена формы и учебников.

– Знаете, Молли, – тихо произнесла Олеся, помешивая чай, – я ведь правда думала, что вы маглы. Из-за того гаража с запчастями во дворе.

Миссис Уизли весело расхохоталась.

– О, это всё Артур! Его страсть к маглам не знает границ. Если увидишь, как он пытается разобрать пылесос с помощью волшебной палочки — не удивляйся. Это у нас семейное.

В этот момент где-то наверху что-то громко хлопнуло, и послышались быстрые шаги по лестнице. Олеся выпрямилась, по привычке собираясь в струнку, но потом вспомнила, где находится, и расслабилась.

Жизнь в Англии начиналась с запаха ватрушек и смеха, и впервые за долгое время Олеся Громова почувствовала, что она на своем месте.