Удачный день

Вечер в Лос-Анджелесе пах раскаленным асфальтом, дорогим парфюмом и океанским бризом, который тщетно пытался пробиться сквозь смог. Я стоял у черного входа закрытого клуба «The Viper Room», пытаясь прикурить сигарету на ветру. Зажигалка Zippo щелкала впустую, когда из тени внезапно отделился силуэт.

– Дай угадаю, парень, удача — это не про тебя? – раздался низкий, с хрипотцой голос, от которого по спине пробежали мурашки.

Я обернулся и замер. Передо мной стояла Скарлетт Йоханссон. Никаких камер, никаких папарацци — просто она. На ней было облегающее черное платье на тонких бретельках, которое едва сдерживало её шикарную грудь, и тяжелые ботинки. Светлые волосы были небрежно растрепаны, а пухлые губы растянуты в дерзкой усмешке.

– Удача только что постучалась ко мне в виде блондинки с острым языком, – ответил я, наконец высекая искру.

Она сделала шаг ближе, входя в круг света от уличного фонаря. Её глаза хитро блеснули.

– Острый язык — это только верхушка айсберга, милый. Ты даже не представляешь, на что он способен в более… приватной обстановке.

Скарлетт бесцеремонно выхватила сигарету из моих пальцев, затянулась и выпустила дым мне в лицо.

– Знаешь, почему я не веду Инстаграм? – спросила она, оглядывая меня с головы до ног, словно кусок сочного стейка. – Потому что то, чем я люблю заниматься, запрещено правилами сообщества. А я не люблю, когда мне указывают, куда совать свой нос… или что-то еще.

Она внезапно схватила меня за воротник куртки и толкнула вглубь темного переулка, за мусорные контейнеры, скрытые от посторонних глаз.

– Ты выглядишь так, будто тебе нужно снять стресс, – прошептала она, прижимаясь всем телом. Я почувствовал жар её кожи и упругость груди. – А мне до смерти скучно на этой пафосной вечеринке. Сделаем вид, что мы в плохом кино?

– В плохом кино герои обычно долго разговаривают, – выдохнул я, чувствуя, как внутри всё напрягается от её близости.

– К черту диалоги, – хмыкнула она и опустилась на колени прямо на грязный асфальт, не заботясь о дорогом платье. – Я всегда предпочитала экшн.

Её пальцы ловко расправились с моей ширинкой. Она подняла на меня взгляд — порочный, властный и обещающий полное безумие.

– Надеюсь, ты не из тех парней, что кончают от одного моего взгляда? – Скарлетт облизнула губы, и её язык прошелся по верхней губе, заставляя меня вздрогнуть. – Потому что я планирую распробовать тебя на вкус очень медленно.

Когда её теплый рот сомкнулся на мне, мир вокруг перестал существовать. Скарлетт действовала с обезоруживающей уверенностью профессиональной извращенки. Она знала каждое движение, каждый нажим. Её рука крепко сжимала мое бедро, а глаза, устремленные вверх, не отрывались от моего лица, наслаждаясь моей реакцией. Она сосала жадно, глубоко, издавая тихие, гортанные звуки, которые сводили с ума больше, чем само действие.

– Боже, Скарлетт… – вырвалось у меня.

Она на мгновение отстранилась, слизывая каплю с уголка губ, и подмигнула.

– Не поминай имя Господа всуе, когда у тебя во рту лучшая грудь Голливуда… ну, технически, пока только рот, но мы это исправим.

Она поднялась, тяжело дыша, и схватила меня за руку.

– Мой отель через дорогу. Пентхаус. Если ты не сбежишь в ближайшие пять минут, я выжму из тебя всё, до последней капли. И предупреждаю: я люблю пожестче.

---

Дверь номера захлопнулась, не успели мы даже включить свет. Скарлетт сорвала с себя платье одним резким движением, оставшись в одних кружевных чулках. Её фигура в полумраке выглядела как ожившая фантазия — идеальные изгибы, тонкая талия и тяжелая, манящая грудь с твердыми сосками.

– Чего стоишь? – бросила она, прыгая на огромную кровать и раскидывая ноги. – Раздевайся и иди сюда. Я хочу чувствовать тебя внутри, и мне плевать на вежливость.

Я не заставил себя ждать. Как только я оказался сверху, она обхватила мою талию ногами, притягивая к себе с невероятной силой.

– О да… – простонала она, когда я вошел в неё одним мощным толчком. – Именно так. Глубже, черт возьми!

Она была тесной, горячей и невероятно активной. Скарлетт не была пассивной куклой; она выгибалась, кусала меня за плечо и диктовала темп, впиваясь ногтями в мою спину.

– Ты же знаешь, что говорят о блондинках? – прохрипела она, когда я перевернул её на живот. – Мы не просто веселее, мы — настоящие суккубы.

Она опустилась на локти, подставляя мне свои шикарные ягодицы. В этом ракурсе она выглядела еще более вызывающе. Каждый мой толчок отзывался в ней громким, непристойным стоном. Она не стеснялась своих желаний, выкрикивая грязные ругательства и требуя большего.

– Сильнее! – командовала она, оглядываясь через плечо. Её лицо было влажным от пота, тушь немного размазалась, что делало её еще сексуальнее. – Я хочу чувствовать, как ты заполняешь меня целиком!

Мы меняли позы, словно одержимые. На краю кровати, у панорамного окна, где за стеклом сиял огнями ночной город, Скарлетт оседлала меня, откинув голову назад. Её грудь ритмично колыхалась в такт движениям.

– Знаешь… – выдохнула она, наклоняясь к моему уху и обжигая его горячим дыханием. – Секс — это единственная честная вещь в этом гребаном мире спецэффектов. Здесь нельзя сыграть оргазм так, чтобы я не заметила фальши.

Она резко ускорилась, её мышцы сжались вокруг меня, вызывая волну неконтролируемого наслаждения. Она задрожала, впиваясь пальцами в мои предплечья, и закричала, не сдерживаясь.

Через несколько минут, когда мы оба рухнули на пропитанные потом простыни, Скарлетт потянулась за пачкой сигарет на тумбочке. Она зажгла одну и протянула мне.

– Ну что, «Мститель», – усмехнулась она, выпуская колечко дыма в потолок. – Для парня с улицы ты чертовски неплох. Мои агенты бы инфаркт получили, узнай они, чем я занимаюсь вместо благотворительного ужина.

– Ты всегда такая… прямая? – спросил я, разглядывая её идеальный профиль.

– Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на эвфемизмы и притворство, – она повернулась на бок, подперев голову рукой. – Я люблю секс, люблю вкусную еду и ненавижу правила. Если хочешь повторить, у тебя есть время до рассвета. А потом я снова стану «той самой актрисой», а ты — парнем, которому никто не поверит.

Она придвинулась ближе, кладя руку мне на пах, который снова начал отзываться на её прикосновение.

– Но до рассвета еще далеко, – прошептала она, и её глаза снова вспыхнули тем самым порочным огнем. – И у меня еще остались идеи, для которых нам понадобится масло и, возможно, твои ремни. Готов к дублю номер два?

Я посмотрел на неё — сильную, независимую и абсолютно бесстыдную в своей страсти. В этот момент Лос-Анджелес за окном мог сгореть дотла, мне было всё равно.

– Мотор, Скарлетт, – ответил я, притягивая её к себе. – Снимаем без дублеров.