Лис без дороги

Этот мир никогда не был для меня понятным. Осознание пришло рано, когда мне было всего пять. Именно тогда я впервые увидел у человека пушистый хвост. Для маленького ребенка в этом не было ничего странного — наоборот, я был свято убежден, что такой аксессуар полагается каждому. Помню, как часами крутился перед зеркалом, пытаясь отыскать свой собственный, и горько плакал, не понимая, почему я «бракованный».

Лишь со временем я узнал, что реальность куда сложнее, чем кажется из окна детской.

Сейчас мне двадцать два. Я студент юридического факультета и уже второй год грызу гранит науки в Америке. Со стороны моя жизнь — ожившая картинка из журнала о наследниках престола. Моя семья баснословно богата, а дедушка — владелец международной корпорации, чье имя заставляет партнеров вытягиваться в струнку. Но за этим блеском, дорогими часами и безупречными манерами скрывается гулкая, ледяная пустота.

Родители оставили меня, когда мне было пять. Просто исчезли из моей жизни, передав «эстафету» дедушке. Он никогда не объяснял, почему они ушли, а я со временем перестал задавать этот вопрос. Вопросы приносят боль, а дедушка ценил только дисциплину и результат.

Когда мне исполнилось десять, мир перевернулся во второй раз.

Я стал зверочеловеком.

Лисом.

Как ни странно, в семье это известие приняли как должное. В нашем роду почти все были хищниками, так что моя вторая натура лишь подтвердила «чистоту крови». С того дня у меня появились рыжие лисьи уши, пухлый хвост и обострившиеся инстинкты, которые порой было чертовски трудно держать в узде.

Но наш мир делится не только на людей и зверолюдей. Он разбит на жесткие классы. На вершине пищевой цепочки стоят Альфы — рожденные вести за собой, сильные, подавляющие своей аурой. За ними следуют Омеги — редкие, ценные, почти мифические существа. А в самом низу, в качестве «среднего звена», находятся Беты.

Я — Бета.

И есть еще одно деление: хищники и травоядные. Лисы, волки, тигры — охотники. Кролики, олени, козы — те, кто живет по другим законам. Между нами царит хрупкий мир, больше похожий на вооруженное перемирие, которое в любой момент может обернуться хаосом.

Говорят, каждый рождается со своим местом в этом мире. Но я свое так и не нашел.

---

Америка встретила меня шумом мегаполиса и бесконечными лекциями. Дедушка отправил меня сюда сразу после школы, бросив лишь одну короткую фразу:

– Так будет лучше.

Он не уточнил, для кого именно. Для него, чтобы я не путался под ногами в Корее? Или для меня, чтобы я «повзрослел» вдали от семейных интриг? Я не спорил. Собрал чемоданы и улетел, оставив в Сеуле всё, что мне было дорого.

Тяжелее всего было прощаться с друзьями. Мы были не разлей вода с самого детства, и все, как на подбор, принадлежали к классу Бет.

Чхве Субин — бета-волк. Несмотря на свою хищную природу, он был самым спокойным существом на планете. Субин всегда выбирал разговор вместо драки, из-за чего в его «волчье» происхождение верили с трудом.

Бомгю — бета-медведь. Ходячая катастрофа. Если Бомгю был рядом, можно было забыть о покое. Он вечно втягивал нас в авантюры, из которых мы выбирались только благодаря чуду.

Кан Тэхён — бета-кот. Холодный, расчетливый и невероятно умный. Его сарказм жалил больнее любых когтей, а мозг работал быстрее любого компьютера.

И, конечно, Хюнин Кай — бета-лабрадор. Самая добрая душа, которую я знал. Он улыбался даже тогда, когда мир рушился, и эта улыбка была нашим общим якорем.

Я чертовски по ним скучал.

В штатах мне повезло — я встретил Джихёна. Он тоже был Бетой, приехал из Кореи, и мы быстро сошлись на почве общей тоски по родине и острой лапше.

Летние каникулы в этом году казались бесконечными. Сначала я наслаждался свободой, но вскоре стены арендованного пентхауса начали давить. Я знал каждый закоулок в округе, пересмотрел все сериалы и выпил весь кофе в ближайших кофейнях.

– Давай зарегистрируемся на сайте знакомств, – предложил Джихён в один из душных вечеров, развалившись на моем диване.

– Зачем? – Я фыркнул, поправляя выбившуюся прядь волос. – Чтобы в очередной раз выслушивать, какой я «милый лисенок»? Избавь меня от этого.

– Енджун, ты уже всем надоел своими отказами в реальности. Может, хоть в сети найдешь кого-то стоящего. Там есть фильтры, настройки... Ну же, просто ради смеха.

В тот вечер мы немного выпили. Ладно, признаюсь — мы выпили «слишком немного». Алкоголь приятно затуманил мозг, и идея Джихёна уже не казалась такой бредовой. Под громкий смех и дурацкие шутки я листал анкеты, почти не вглядываясь в лица. Палец механически нажимал кнопку «Нравится».

– О, смотри, какой серьезный! – хохотал Джихён, тыкая в экран. – Лайкай его!

– Да без проблем, – бормотал я, отправляя очередное сердечко в пустоту.

Следующее утро началось с раскалывающейся головы и сухости во рту. Я нащупал телефон на тумбочке, надеясь проверить время, но уведомления на главном экране заставили меня мгновенно протрезветь.

Экран светился зловещим поздравлением: «У вас новая взаимная симпатия!».

Я открыл приложение и едва не выронил смартфон на пол.

– Боже... Что я натворил?..

Вчерашний «серьезный парень» оказался Альфой. И не просто Альфой.

Хищник. Пантера.

Его звали Минхо. Ли Минхо.

Я вгляделся в его профиль, чувствуя, как внутри всё сжимается от плохого предчувствия. На фото на меня смотрел парень с пугающе красивыми, почти кошачьими глазами и острыми чертами лица. Судя по анкете, он работал фотографом, но при этом учился на врача. Его семья владела сетью элитных клиник, а в свободное время этот «идеальный человек» увлекался автоспортом и пропадал на гоночных треках.

Профиль выглядел слишком безупречно. Слишком дорого. Слишком... хищно.

И самое ужасное — под моим случайным лайком уже горела отметка о взаимности. Он тоже лайкнул меня.

– Да вы издеваетесь... – простонал я, зарываясь лицом в подушку. – Я же обычный Бета.

Я представил нас рядом и едва не завыл. Я ненавидел официоз. Терпеть не мог брюки со стрелками, накрахмаленные рубашки и тяжелые пиджаки, которые дедушка заставлял меня носить на приемах. Для меня это был «колхоз» высшей пробы, сковывающий движения и душу.

Мой стиль — это рваные джинсы, огромные худи, кеды и, моя маленькая слабость, сетчатые лонгсливы, которые так эффектно подчеркивали линии тела, когда я выходил в клуб. Я любил свободу. Я любил дразнить. Но я совершенно не был готов к вниманию Альфы-пантеры, который, судя по фото, завтракал исключительно амбициями и чужими страхами.

В этот момент телефон завибрировал в руке. Новое сообщение.

«Ли Минхо: Доброе утро, лисенок. Не думал, что встречу здесь кого-то из "своих". Твой стиль... интригует. Особенно эта сетка на одном из фото».

Я почувствовал, как кончики моих рыжих ушей вспыхнули пунцовым цветом.

– Проклятый Джихён, – прошипел я, глядя в потолок. – Это всё твоя затея.

Я хотел было сразу удалить профиль и заблокировать этого Минхо, но палец замер над кнопкой. Что-то в его взгляде на фото — холодном, но с едва заметной искрой иронии — зацепило меня.

– Ладно, Енджун, – сказал я сам себе, садясь на кровати и потягиваясь так, что хрустнули позвонки. – Ты юридический заканчиваешь. Неужели ты не справишься с одной кошкой?

Я быстро напечатал ответ, стараясь звучать максимально безразлично:

– Доброе. Сетка — это чтобы такие, как ты, не слишком расслаблялись. И я не "свой", я сам по себе.

Ответ пришел почти мгновенно.

«Ли Минхо: Острый язычок. Мне нравится. Может, проверим, насколько ты "сам по себе" сегодня вечером? Знаю одно место, где не носят пиджаки».

Я закусил губу. Мой внутренний лис, обычно осторожный и пугливый, вдруг заинтересованно вильнул хвостом. Это было опасно. Это было глупо. Но скука последних месяцев была еще опаснее.

– Джихён будет в восторге, когда узнает, что я иду на свидание с пантерой, – пробормотал я, вставая с кровати. – Главное, чтобы эта пантера не решила мной поужинать.

Я подошел к зеркалу. Рыжие уши подергивались от волнения, а в глазах плясали чертики. Мир, который я так и не понял, внезапно решил подбросить мне загадку, которую захотелось разгадать.

– Ну что ж, Минхо, – я улыбнулся своему отражению, обнажая маленькие клыки. – Посмотрим, кто из нас охотник.

Я еще не знал, что эта встреча станет началом конца моей привычной, одинокой жизни. Что Альфы-пантеры никогда не отпускают то, на что положили глаз. И что мой «безобидный» статус Беты скоро подвергнется самому серьезному испытанию в жизни.

Но в тот момент я просто выбирал, какие кеды лучше подойдут к моим любимым джинсам.

---

Вечерний воздух Нью-Йорка был липким и тяжелым. Я стоял возле входа в бар, который указал Минхо. Это не было пафосное заведение для золотой молодежи, чего я подсознательно ожидал. Наоборот — полуподвальное помещение с неоновой вывеской «The Den», откуда доносился приглушенный бит и запах хорошего табака.

Я поправил куртку, чувствуя, как инстинкты обостряются. Вокруг было много запахов, но один выделялся особенно ярко — терпкий, лесной, с нотками металла и дождя. Альфа.

– Чхве Енджун?

Голос раздался совсем рядом, прямо над ухом. Я вздрогнул и резко обернулся, едва не задев незнакомца хвостом, который от испуга распушился в два раза.

Передо мной стоял он. Ли Минхо.

В реальности он выглядел еще внушительнее. Черная кожаная куртка, простая футболка, темные джинсы. Никаких костюмов. Но аура... Боже, его аура буквально придавливала к земле. Тяжелая, властная, она окутывала меня, заставляя колени предательски подгибаться.

Он смотрел на меня сверху вниз, и в его глазах отражался неон вывески.

– Ты в жизни еще рыжее, чем на фото, – произнес он, и уголок его губ дрогнул в подобии улыбки. – И пахнешь... интересно. Страхом и вызовом.

Я выпрямился, стараясь унять дрожь в руках.

– Это не страх, это аллергия на Альф, – огрызнулся я, вскидывая подбородок. – И я не рыжий, это золотистый отлив.

Минхо негромко рассмеялся. Звук был глубоким, вибрирующим, от него по моей спине пробежали мурашки.

– Золотистый, значит? Хорошо. Пойдем внутрь, "золотко". Посмотрим, на что ты способен, кроме дерзости.

Он коснулся моей спины, направляя к дверям, и в месте контакта кожу обожгло холодом. Я понял одно: этот вечер точно не будет скучным. И, возможно, это было именно то, чего мне так не хватало в этом непонятном мире — кто-то, кто не побоится заглянуть за мою маску богатого наследника и увидеть там настоящего лиса.

– Только предупреждаю, – бросил я, когда мы спускались по лестнице. – Я не из тех, кто прыгает в постель после первого коктейля.

Минхо остановился на ступеньку ниже, так что наши лица оказались на одном уровне. Он придвинулся ближе, и я почувствовал жар, исходящий от его тела.

– А я не из тех, кто любит легкую добычу, Енджун. Мне нравится процесс охоты.

Его глаза на мгновение вспыхнули вертикальным зрачком, и я понял: я влип. По-крупному.

Но, черт возьми, как же мне это нравилось.