Скрытая музыка в Нацу и Люси.

Солнечный свет мягко пробивался сквозь панорамные окна студии, расположенной вдали от шумной Магнолии. Это место стало для них убежищем, коконом, где война с Зерефом и Акнологией казалась лишь страшным сном, оставшимся в далеком прошлом. Здесь, среди блестящих лакированных гитар, синтезаторов и профессиональных микрофонов, Нацу и Люси нашли новый способ выражать то, что не всегда удавалось облечь в простые слова.

– Фух, кажется, это был лучший дубль, – выдохнул Нацу, откладывая барабанные палочки. Его волосы были взлохмачены больше обычного, а на лице сияла та самая широкая улыбка, которая всегда заставляла сердце Люси трепетать.

– Согласна, – Люси сняла наушники и аккуратно положила их на пульт. – С каждым разом у нас получается всё быстрее. Раньше мы могли неделю биться над одной аранжировкой, а теперь... пара часов, и магия готова.

Она подошла к нему, и Нацу, не раздумывая, притянул её к себе. В этой тихой студии им не нужно было притворяться просто напарниками или друзьями. Здесь они были парой. Короткий, но полный нежности поцелуй стал финальной точкой их сегодняшней работы.

– Знаешь, – прошептала Люси, отстранившись, – нам пора возвращаться. Мы обещали Хэппи, что не задержимся. Да и гильдия, наверное, уже на ушах стоит.

– Да уж, – Нацу усмехнулся, собирая свои вещи. – Главное, чтобы Хэппи не наткнулся на тот футляр с дисками. Я в спешке оставил его прямо на столе. Там же записи всех наших репетиций и песен. Если ребята узнают...

– Представляю лицо Грея, если он услышит твои тексты, – хихикнула Люси. – Ладно, пошли, а то и правда заподозрят неладное.

---

В это же время в доме Нацу царил хаос. Хэппи, прочитав записку от друга, в которой тот просил не ждать его в гильдии, сначала честно пытался занять себя едой. Он доедал свою любимую рыбку, когда краем глаза заметил наглого таракана, ползущего по стене.

– А ну стоять! – крикнул кот и бросился в атаку.

В пылу сражения Хэппи не рассчитал траекторию и с грохотом врезался в полку. На пол с глухим стуком упал тяжелый кожаный футляр. Таракан скрылся в щели, но иксид уже забыл о нем. Он с любопытством уставился на находку.

– Что это? Нацу никогда не показывал мне такую штуку, – пробормотал Хэппи, расстегивая замок.

Внутри аккуратными рядами лежали тысячи дисков. На каждом были надписи: «Нацу — соло», «Люси — вокал», «Наш дуэт». Хэппи почесал за ухом. Музыка? Нацу и музыка? Это не укладывалось в голове. Подхватив футляр, он полетел прямиком в «Хвост Феи».

Когда двери гильдии распахнулись, там, как обычно, было шумно. Миражанна протирала стаканы за стойкой и первой заметила запыхавшегося кота.

– Хэппи? А где Нацу? И что это у тебя в лапах? – с улыбкой спросила она.

– Нацу ушел по делам, а я нашел вот это! – Хэппи с гордостью водрузил футляр на стойку. – Тут диски с музыкой. Похоже, Нацу и Люси их записывали.

В гильдии наступила гробовая тишина. А через секунду стены содрогнулись от оглушительного хохота.

– Нацу? Поет? – Гажил едва не подавился куском железа, который грыз. – Да у него же слуха нет! Он когда орет, у меня уши вянут. Уж точно до моего таланта ему как до Луны!

– Не верю, – Грей лениво откинулся на спинку стула. – Скорее уж Эльза начнет петь колыбельные, чем Нацу выдаст что-то вразумительное.

Хэппи обиженно надулся. Он наугад вытащил первый попавшийся диск и вставил его в магический проигрыватель, соединенный с большими колонками в зале.

– Вот и послушайте! – выкрикнул он, нажимая на «Play».

Зал замер, когда из динамиков раздались первые тяжелые, но мелодичные аккорды. А потом зазвучал голос. Это был Нацу. Но не тот Нацу, который кричал «Я воспылал!», а глубокий, эмоциональный голос, пропитанный искренней болью и силой.

I try to be all that you need...

Слова песни «What Can I Say» группы Dead by April заполнили пространство. Магия звука была настолько совершенной, что никто не смел пошевелиться.

What can I say, what can I do... This is who I am and I'm hurting you...

Когда песня закончилась, в гильдии еще несколько секунд стояла звенящая тишина. А потом она взорвалась.

– Это... это правда был Нацу?! – крикнула Кана, вытирая выступившие слезы. – Да это же шедевр!

– Невероятно... – прошептала Мира, прижимая ладони к щекам. – Какая глубина чувств.

Эльза, чьи глаза подозрительно блестели, решительно подошла к футляру.

– Раз уж мы начали, я хочу увидеть, как они это делают, – она вытянула другой диск и вставила его в проектор.

На огромном магическом экране появилось изображение студии. Нацу и Люси стояли друг напротив друга. Нацу с гитарой, Люси у микрофона.

– Ну что, Люська, ты готова? – спросил экранный Нацу, и в его взгляде было столько нежности, что Макао и Вакаба синхронно охнули.

– Да, готова, – Люси улыбнулась, и зазвучала знакомая, но совершенно иначе аранжированная мелодия «Snow Fairy».

Её голос был чистым, как горный ручей. Она пела о дружбе, о пути, который они прошли, и о любви, которая согревала их в самые темные времена. Половина гильдии уже открыто рыдала. Даже Лаксус отвернулся, делая вид, что его очень интересует вид из окна.

– Они скрывали это от нас, – пробормотала Леви. – Почему?

– Наверное, хотели оставить это только для себя, – ответила Мира, но её рука уже тянулась за следующим диском.

Кана отодвинула всех в сторону.

– Моя очередь выбирать! – она выхватила два диска. – Так, посмотрим... Нацу поет «California» от Hollywood Undead, а Люси — «Rock N Roll» Аврил Лавин. Погнали!

Если предыдущие песни были лиричными, то эти заставили гильдию содрогнуться. Нацу читал рэп так технично и быстро, что Гажил окончательно позеленел от зависти. А когда в тексте проскользнули крепкие ругательства, Миражанна быстро прикрыла уши Венди и Ромео.

– Ого, а Люси-то бунтарка! – восхитился Грей, слушая драйвовый рок в исполнении златовласки. – Никогда бы не подумал, что она может так зажигать.

Миражанна, сменив Кану, выбрала следующую пару записей. Когда заиграла «See You Again», в зале снова стало тихо. Голос Нацу звучал мягко, почти шепотом.

– Эта песня посвящена моей подруге детства... Лисанне Штраус, – произнес голос Нацу из колонок перед началом первого куплета.

Мира и Эльфман замерли. Лисанна, сидевшая за столом, закрыла рот рукой, слезы градом покатились по её щекам. Это была песня о потере, о надежде на встречу и о бесконечной памяти. К концу трека плакали абсолютно все, даже Макаров шмыгал носом в свой платок.

Следом включилась песня Люси — «Like You» группы Evanescence. Это был крик души, полный тоски и желания следовать за кем-то дорогим, несмотря на преграды.

– Они такие разные, но так дополняют друг друга, – всхлипнула Леви, подходя к футляру. – Мой черед.

Она выбрала диски с надписями: Нацу — «Into The Night», Люси — «I Really Like You».

– Надеюсь, тут будет что-то повеселее, – прошептала она.

Перед началом песни Нацу снова заговорил в микрофон:

– А эта песня... она для самой важной девушки в моей жизни. Для Люси.

На экране замелькали кадры их прогулок, свиданий в парке, моментов, когда они думали, что их никто не видит. Нацу пел о страсти и преданности, а следом Люси в своей песне признавалась в чувствах, которые уже невозможно было скрывать.

– Так они... они вместе?! – хором воскликнули согильдийцы.

– А я всегда говорил! – Хэппи довольно съел еще одну рыбину.

Грей, который до этого момента сидел тише воды, вдруг поднялся и подошел к футляру.

– Тут есть дуэты, – заметил он, вытаскивая диск с названием «Rain» от Hollywood Undead. – Посмотрим, как они звучат вместе.

Экран снова ожил. Нацу сидел за барабанной установкой, а Люси с гитарой устроилась неподалеку. Атмосфера на видео была меланхоличной. Нацу читал речитатив, а Люси вела пронзительный припев. Это была песня о дожде, о принятии боли и о том, что после любой бури наступает покой.

Когда музыка стихла, Нацу на экране не выключил запись. Он повернулся к Люси и усмехнулся:

– Слушай, Люська, а интересно, когда наш ледяной стриптизер наконец признается Дождии? Ну, по-настоящему.

Люси рассмеялась, вытирая пот со лба.

– Ой, Нацу, я сама не знаю. Грей такой тугодум. Я уже устала от того, что Дождия видит во мне соперницу, хотя я ей сто раз говорила, что мы просто друзья. Грей меня никогда не интересовал как парень и не будет. Ведь у меня есть ты, и мне больше никто не нужен. Но я за неё кулачки держу, надеюсь, он скоро растопит свое сердце.

В гильдии повисла мхатовская пауза. Все взгляды медленно скрестились на Грее. Тот стоял красный как рак, не зная, куда деться.

– Грей-сама... – прошептала Дождия, её глаза сияли, как два океана. – Люси-сан... она правда так сказала?

– Дождия, я... – Грей запнулся, чувствуя, как тысячи чертей в его голове проклинают Нацу Драгнила. – Я хотел сказать это позже! В нормальной обстановке!

Но Дождия уже не слушала. С криком радости она бросилась ему на шею, сбивая с ног. Грей, ворча и проклиная «головешку» за сорванную тайну, всё же невольно приобнял её, пряча улыбку.

– Ну, Нацу... ну, погоди, – прошипел он в плечо Дождии. – Я тебе устрою «стриптизера»...

А в это время двери гильдии медленно приоткрылись. На пороге стояли Нацу и Люси. Они оживленно спорили о чем-то, пока не заметили, что в зале стоит абсолютная тишина, прерываемая лишь всхлипами и странным свечением магического экрана.

– Э-э... народ? – Нацу подозрительно прищурился, заметив в руках Грея знакомый футляр. – Вы что... вы что, трогали мои вещи?

Люси покраснела до корней волос, увидев на экране стоп-кадр их поцелуя из последнего клипа.

– Нацу... бежим? – тихо спросила она.

– Поздно, Люська, – Нацу вздохнул, видя, как к ним с объятиями несется вся гильдия во главе с рыдающей Эльзой. – Кажется, наши гастроли начались раньше времени.

Этот вечер в «Хвосте Феи» только начинался. И впереди было еще тысячи дисков, которые им предстояло прослушать вместе.