Мафия в моем теле

Запах дешевого антисептика и застарелой пыли — это было первое, что почувствовал Ким Тэхён, когда сознание рывком вернуло его в мир живых. В голове еще гремели выстрелы, а в груди жгло от свинца, который разорвал его сердце в том темном переулке Каннама. Он, глава самой жестокой группировки Сеула, «Черный Лев», не должен был очнуться.

Но он открыл глаза.

Потолок был покрыт трещинами, а свет старой лампы нещадно резал зрачки. Тэхён попытался резко сесть, по привычке ища под подушкой «беретту», но тело отозвалось резкой болью в животе и слабостью, какой он не знал с самого детства.

– Какого черта... – прохрипел он. Голос прозвучал слишком высоко. Слишком тонко.

Тэхён замер, глядя на свои руки. Это были не его руки. Вместо мозолистых ладоней, привыкших к рукояти ножа и тяжести пистолета, он видел тонкие, почти прозрачные пальцы с обкусанными ногтями. На запястьях багровели синяки от грубых хваток.

Он вскочил с кровати, едва не рухнув от головокружения, и бросился к мутному зеркалу, висевшему на стене тесной комнатушки.

Из зазеркалья на него смотрел мальчишка. Тот же разрез глаз, те же губы, но черты лица были мягкими, нежными, почти девичьими. Но самое страшное было не это. Тэхён, который всю жизнь был доминантным альфой, чей запах густого табака и сандала заставлял врагов дрожать, теперь чувствовал нечто иное. Изнутри него исходил едва уловимый, испуганный аромат сладкой вишни.

Омега.

– Я... омега? – Тэхён коснулся шеи, где пульсировала метка невинности, еще не тронутая чужими зубами. – Вы издеваетесь надо мной?

Воспоминания чужой жизни хлынули в голову ледяным потоком. Его тоже звали Ким Тэхён. Семнадцать лет. Изгой. «Мусор» класса. Тихий, добрый мальчик, который прощал обидчикам всё, пока те вытирали об него ноги.

Дверь в комнату резко распахнулась, ударившись о стену. Тэхён мгновенно сгруппировался, его взгляд стал жестким и холодным, как сталь клинка.

На пороге стоял мальчик чуть младше него. Чон Чонгук. Его сводный брат. У него были растрепанные черные волосы, а на щеке красовалась свежая ссадина. Глаза Чонгука были полны слез, которые он отчаянно пытался скрыть.

– Тэ... ты проснулся? – голос Чонгука дрожал. – Прости, я не хотел тебя будить. Отец... он снова злится. Сказал, если ты не выйдешь и не уберешь на кухне, он...

Чонгук не договорил, всхлипнув. Тэхён смотрел на него, и в груди мафиози что-то болезненно кольнуло. В той, прошлой жизни, у него не было никого, кроме верных псов-телохранителей. А здесь был этот напуганный ребенок, который, судя по памяти прежнего Тэхёна, всегда пытался закрыть брата собой, хотя сам был лишь слабым подростком.

– Иди сюда, – коротко бросил Тэхён.

Чонгук вздрогнул, удивленный непривычно властным тоном брата. Он медленно подошел, ожидая, что Тэхён, как обычно, начнет плакать вместе с ним.

Тэхён протянул руку и осторожно коснулся ссадины на лице брата.

– Кто это сделал? – спросил он тихо, но в этом шепоте сквозила такая первобытная ярость, что Чонгук невольно отшатнулся.

– Это... Минхо и его друзья из старшей школы, – прошептал Чонгук. – Они сказали, что если ты завтра не принесешь им деньги, они... они сделают с тобой то же самое, что в прошлый раз.

Тэхён усмехнулся. Это была страшная, хищная усмешка, совершенно не подходящая лицу хрупкого омеги.

– Не сделают, – отрезал он. – Слушай меня внимательно, Чонгук. С этого момента всё изменится. Никто больше не тронет ни тебя, ни меня. Ты понял?

– Но Тэ... их много, а мы...

– Мне плевать, сколько их, – Тэхён подошел к шкафу и выудил оттуда старую черную толстовку с капюшоном. – Я больше не тот Ким Тэхён, которого они знали.

Из коридора донесся тяжелый топот и грубый мужской голос:

– Эй, выродки! Долго мне ждать ужина? Тэхён, паршивец, выметайся живо!

Чонгук сжался, инстинктивно прячась за спину брата. Дверь распахнулась снова, и в комнату ввалился их отчим — грузный альфа, от которого разило дешевым алкоголем и злобой.

– Ты что, оглох, щенок? – он замахнулся, чтобы отвесить Тэхёну затрещину.

Раньше прежний Тэхён просто зажмурился бы и принял удар. Но сейчас в теле омеги жил человек, который убивал людей за один косой взгляд.

Когда рука отчима была в паре сантиметров от лица, Тэхён перехватил его запястье. Движение было молниеносным и точным. Он не просто держал — он нажал на болевую точку так, что мужчина взвыл от неожиданности.

– Убери свои грязные руки, пока я их не сломал, – ледяным тоном произнес Тэхён, глядя прямо в глаза альфе.

– Что?.. Да ты... – отчим попытался вырваться, но Тэхён сделал резкий подшаг, вывернул руку мужчины за спину и с силой впечатал его лицом в косяк двери.

Раздался глухой удар и хруст хряща. Чонгук ахнул, прикрыв рот ладонями.

– Слушай меня, мусор, – прошипел Тэхён на ухо стонущему мужчине. – Если ты еще раз повысишь голос в этом доме или хотя бы посмотришь в сторону Чонгука, я найду способ сделать твою жизнь адом. Ты думаешь, я слаб, потому что я омега? Ошибаешься. Я видел дьявола, и он выглядел точно так же, как я сейчас. Пошел вон.

Тэхён толкнул его, и мужчина, пошатываясь и держась за окровавленный нос, позорно бежал, бормоча проклятия.

В комнате воцарилась тишина. Чонгук смотрел на брата так, словно видел его впервые.

– Тэ... как ты это сделал? – прошептал он.

Тэхён обернулся к нему, и его взгляд мгновенно смягчился. Он подошел к брату и положил руку ему на плечо.

– Я просто вспомнил, кто я есть на самом деле, – сказал он. – Иди спать, Чонгук. Завтра нам нужно идти в школу. И поверь, это будет очень интересный день.

---

Утро встретило их серым небом, но Тэхён чувствовал себя непривычно бодро. Несмотря на то, что это тело было слабым, он уже начал планировать, как привести его в порядок. Отжимания, бег, правильное питание — мафиози знал цену физической силе.

Школа «Хансон» была типичным местом, где иерархия строилась на силе и деньгах. Когда Тэхён и Чонгук вошли в ворота, по толпе учеников прошел шепот. Все привыкли видеть их с опущенными головами, но сегодня Тэхён шел с прямой спиной, глядя прямо перед собой.

– Смотрите, наш кролик пришел, – раздался глумливый голос.

К ним направилась группа парней-альф. В центре шел Минхо — рослый капитан баскетбольной команды, который считал Тэхёна своей личной игрушкой.

– Эй, Тэхён-а, ты принес то, что я просил? Или тебе нужно напомнить, что бывает с должниками? – Минхо протянул руку, собираясь схватить Тэхёна за подбородок.

Чонгук задрожал, прячась за плечо брата, но Тэхён даже не моргнул.

– Уйди с дороги, пока я в хорошем настроении, – бросил он, продолжая идти.

Компания замерла. Минхо расхохотался, но в его смехе проскользнула нотка неуверенности.

– Что ты сказал? Ты, жалкая омежка, смеешь мне указывать?

Он попытался схватить Тэхёна за куртку, но тот среагировал быстрее. Уход с линии атаки, захват локтя и резкий удар коленом в солнечное сплетение. Минхо сложился пополам, хватая ртом воздух.

Дружки Минхо двинулись было вперед, но Тэхён выхватил из кармана обычную шариковую ручку и приставил её к глазу их лидера.

– Еще шаг, и он ослепнет на один глаз, – спокойно произнес Тэхён. Его голос был лишен эмоций, и именно это пугало больше всего. – Я не шучу. Я убивал и за меньшее.

Ученики, собравшиеся вокруг, застыли в шоке. Никто не понимал, что происходит. Тихий Ким Тэхён, который плакал от одного вида крови, сейчас стоял над самым сильным альфой школы с видом палача.

– Послушайте меня все, – Тэхён обвел толпу тяжелым взглядом. – Мое имя — Ким Тэхён. И если кто-то из вас решит, что может тронуть меня или моего брата, Чон Чонгука... готовьтесь к последствиям. Я больше не играю по вашим правилам.

Он оттолкнул Минхо, который повалился на асфальт, и, не оборачиваясь, пошел в сторону входа в школу.

Чонгук едва поспевал за ним, его глаза светились восторгом и страхом одновременно.

– Тэ, это было... невероятно! Но они же не оставят это просто так. Они пожалуются учителям или родителям.

– Пусть жалуются, – Тэхён слегка улыбнулся кончиками губ. – У них нет доказательств, а синяки Минхо спишут на неудачное падение. В этом мире, Чонгук, прав тот, кто сильнее духом.

В классе было необычайно тихо. Тэхён сел на свое место в конце ряда, а Чонгук устроился рядом. Весь день на них косились, но никто не решался подойти. Запах вишни, который раньше казался слабым и покорным, теперь ощущался иначе. Он был терпким, с металлическим привкусом опасности.

На большой перемене, когда они сидели в столовой, к их столу подошел высокий альфа с холодным лицом. Это был Ким Намджун, староста школы и сын влиятельного чиновника.

– Ким Тэхён? – спросил он, внимательно изучая омегу.

– Чего тебе? – Тэхён даже не поднял глаз от тарелки с рисом.

– Я слышал о том, что произошло утром. Ты сильно изменился.

– Люди меняются, когда их загоняют в угол, – Тэхён наконец поднял взгляд. – Ты пришел прочитать нотацию о дисциплине?

Намджун усмехнулся и присел напротив.

– Нет. Напротив. Мне нравится твой новый стиль. Но будь осторожен. Минхо не самый опасный здесь. У него есть старший брат, который связан с настоящими бандами.

Тэхён почувствовал знакомый азарт. Банды. Это была его стихия.

– Пусть приходит, – ответил он, и в его глазах на мгновение вспыхнул тот самый огонь, который когда-то заставлял Сеул содрогаться. – Я заждался достойного противника.

Чонгук, слушавший их разговор, вдруг взял брата за руку под столом.

– Тэ, я с тобой. Что бы ни случилось.

Тэхён посмотрел на брата и почувствовал, как в его ледяном сердце мафиози что-то окончательно оттаяло. Он потерял свою империю, свое тело и свою власть, но он обрел нечто более ценное. Семью, которую нужно защищать.

– Я знаю, мелкий, – он потрепал Чонгука по волосам. – Я знаю.

Вечером, когда они возвращались домой, Тэхён заметил черный внедорожник, припаркованный у их подъезда. Он узнал эту модель. Такие машины обычно использовали «шестерки» из группировки «Золотой Дракон» — его бывших конкурентов.

– Чонгук, иди за мной и не отходи ни на шаг, – скомандовал Тэхён, его голос стал жестким.

Из машины вышли трое мужчин в кожаных куртках. Один из них, с длинным шрамом на щеке, сплюнул на землю.

– Так это ты тот омега, который обидел маленького Минхо? – спросил он, оскалившись. – Нам сказали, ты стал слишком дерзким. Придется тебя проучить.

Чонгук вцепился в рукав Тэхёна.

– Тэ, бежим!

– Нет, – Тэхён медленно снял рюкзак и передал его брату. – Бегство — это не мой стиль.

Он сделал шаг вперед, расправляя плечи. Его тело омеги всё еще было слабым, но инстинкты бойца и знание анатомии никуда не делись. Он знал, куда бить, чтобы убить, и куда — чтобы причинить невыносимую боль.

– Вы совершили большую ошибку, придя сюда, – сказал Тэхён, и его голос прозвучал так глубоко, что нападавшие невольно замерли. – Вы думаете, что перед вами мальчишка? Нет. Перед вами тот, кто правил этим городом, когда вы еще пешком под стол ходили.

Бандиты переглянулись и с хохотом бросились в атаку.

Первый получил удар в кадык и рухнул, хрипя. Второго Тэхён использовал как щит, уворачиваясь от удара третьего, а затем точным ударом в колено заставил его закричать от боли.

Через две минуты всё было кончено. Трое взрослых альф лежали на асфальте, а хрупкий омега стоял над ними, даже не сбив дыхания.

Тэхён подошел к тому, что со шрамом, и наступил ему на пальцы.

– Передай своему боссу, что в этом районе теперь новый хозяин. И если он еще раз пришлет своих псов к моему дому... я приду за ним лично.

Он обернулся к застывшему в шоке Чонгуку и улыбнулся.

– Пошли домой, Чонгук-и. Кажется, отчим обещал нам приготовить ужин, если не хочет снова встретиться с дверным косяком.

Чонгук смотрел на своего брата и понимал: прежнего Тэхёна больше нет. Но тот, кто пришел ему на смену, был самым крутым человеком, которого он когда-либо знал.

А Ким Тэхён, бывший глава мафии, глядя на свои ладони, понимал другое: быть омегой — не значит быть слабым. Это просто новая маска, за которой скрывается всё тот же зверь. И этот зверь готов перегрызть глотку любому, кто посмеет угрожать его новой жизни.

Сеул еще услышит о Ким Тэхёне. Но теперь это будет совсем другая история.