Неожиданное знакомства

Субботний рынок гудел, как растревоженный улей. Воздух был плотным и тяжелым, сотканным из тысячи запахов: пряных специй, свежей выпечки, прелой листвы под ногами и чего-то неуловимо сладкого, что доносилось от лотка с мёдом. Фёдор с усталым вздохом проталкивался сквозь толпу, крепко сжимая в руке список, нацарапанный на клочке бумаги. Список был длинным и, как всегда, абсурдным. Гречка (для всех), овсянка (для Феликса), фиолетовая капуста (Пик, нахмурившись, заявил, что это «эстетически приемлемо»), зелёная краска в баллончике (даже спрашивать не хотелось, для кого), самые дорогие конфеты в розовой обёртке (Ромео), сборник китайских афоризмов (Данте), пачка вопросительных знаков на клейкой основе (Габриэль) и успокоительное (для Зонтика... и, если честно, для самого Фёдора).

«Иногда мне кажется, что я не создатель, а менеджер хаоса», — с тоской подумал он, уворачиваясь от тележки, груженной яблоками. Жизнь с восемью живыми воплощениями его собственных черт характера была... утомительной. Каждый день превращался в череду переговоров, предотвращения катастроф и уборки последствий этих самых катастроф.

Погруженный в свои мысли, Фёдор не заметил, как прямо на него, лавируя между покупателями, неслась девушка с несколькими бумажными пакетами в руках. Столкновение было неизбежным. Глухой удар, удивлённый вскрик, и вот уже по брусчатке рассыпаются яблоки, апельсины и, к ужасу Фёдора, его драгоценный список покупок.

— Ой, простите, пожалуйста! — раздался мелодичный, но строгий голос. — Я так спешила...

Фёдор поднял глаза. Перед ним стояла симпатичная девушка примерно его возраста. Она с растерянным видом смотрела на учинённый беспорядок.

— Ничего страшного, это я зазевался, — пробормотал он, опускаясь на корточки, чтобы собрать рассыпавшиеся продукты. — Сам виноват.

Девушка тут же присоединилась к нему. Их руки на мгновение столкнулись, когда они одновременно потянулись к одному и тому же апельсину. Лёгкая неловкость повисла в воздухе.

— Я Рая, — представилась она, протягивая ему спасённый фрукт. — Фёдор, — ответил он, принимая апельсин и замечая, как она ловко собирает свои покупки. — Похоже, у вас тоже большая семья?

Рая невесело усмехнулась, поднимая с земли пакет, из которого сиротливо выглядывал край розовой шляпки. — Можно и так сказать. Восемь... подопечных. Вечно требуют чего-то странного. Сегодня вот срочно понадобилась красная кепка и фиолетовые перчатки. Будто без них жизнь остановится.

Фёдор замер, держа в руке фиолетовую капусту. Красная кепка... фиолетовые перчатки... Что-то до боли знакомое было в этом наборе. — У меня похожая история, — медленно произнёс он. — Только моим понадобилась зелёная краска и сборник афоризмов. Вы не поверите, но у меня их тоже... восемь.

Рая выпрямилась и посмотрела на него с новым, живым интересом. — Серьёзно? И они все... разные? Один вечно шутит, другой философствует, третий всего боится? — А у вас одна постоянно плачет, другая язвит, а третья считает себя королевой стиля? — в тон ей спросил Фёдор.

Они смотрели друг на друга несколько секунд, и на их лицах одновременно отразилось ошеломлённое понимание. — Клоны? — шёпотом спросила Рая. — Клоны, — с таким же шёпотом подтвердил Фёдор.

Над рынком пролетел голубь. Где-то вдалеке закричал торговец. Но для них двоих мир на мгновение сузился до этой маленькой брусчатой площади и невероятного открытия. Они не были одни во вселенной со своей уникальной проблемой.

— Я думала, я одна такая, — выдохнула Рая, прижимая пакеты к груди. — Это же... кошмар! И облегчение одновременно. — Абсолютно те же чувства, — кивнул Фёдор, чувствуя, как с плеч спадает многолетний груз одиночества. — Слушайте... а что, если...

Идея родилась сама собой, спонтанная и немного безумная. А что, если познакомить их? Две команды по восемь клонов. Шестнадцать ходячих особенностей характера в одном месте. Это могло стать либо гениальным социальным экспериментом, либо катастрофой библейского масштаба. Но соблазн был слишком велик.

— Вы думаете о том же, о чём и я? — с заговорщицкой улыбкой спросила Рая. — Познакомить их? — уточнил Фёдор. — Это рискованно. Мой шутник, Вару, может довести до слёз вашего самого ранимого клона за пять минут. — А моя язвительная Лея, скорее всего, поможет ему в этом, — парировала Рая. — Но... знаете, это стоит того, чтобы попробовать. Хотя бы ради того, чтобы посмотреть на их лица.

Они обменялись номерами телефонов, договорившись созвониться вечером и назначить «великую встречу» на следующие выходные. Расходились они с одинаковым чувством — смесью трепета и предвкушения.

---

Вернувшись домой, Фёдор едва успел поставить пакеты на пол, как его окружили. Хаос был в своей привычной, концентрированной форме.

— Создатель, ты принёс вопросительные знаки? Зачем мы их клеим? Чтобы задавать вопросы или чтобы на них отвечали? А если ответ уже есть, нужно ли клеить знак? — Габриэль теребил край его куртки, заглядывая в глаза с вселенским любопытством.

— Федя, ну где ты был? — Феликс, сияя, как июльское солнце, подскочил к нему. — Вару опять хочет подложить Пику в ботинок дохлую мышь! Игрушечную, конечно! Но это же не по-доброму!

Из угла комнаты донёсся раздражённый рык. — Ещё одно слово про меня, и мышь окажется у тебя в супе, четвёртый.

Пик сидел на подоконнике, скрестив руки на груди, и испепелял всех взглядом своих фиолетовых глаз. Его свитер, казалось, был соткан из чистого недовольства.

— О, какие мы грозные! — раздался ехидный голос. Из-за дивана высунулась зелёная макушка и сверкнули стёкла спиральных очков. — Расслабься, рогатый, я передумал. Мышь — это слишком банально. Я залью твой шампунь зелёнкой. Будешь под стать мне, красавчику!

— Только попробуй, — прошипел Пик.

— Ох, дамы моего сердца, где же вы? Ваш покорный слуга вернулся с триумфом! — Ромео, поправив идеально уложенные розовые волосы, позировал перед зеркалом с новыми конфетами в руках. — Этот божественный нектар достоин лишь самых прекрасных уст!

— Не мешайте, пожалуйста... — донеслось из-под стола, где, укутавшись в шарф, сидел Зонтик и что-то рисовал в своём альбоме. — Я... я боюсь, что вы его раздавите...

— Бытие определяет сознание, но хаос определяет наше утро, — философски заметил Данте, медленно помешивая чай на кухне.

Фёдор глубоко вздохнул, собираясь с духом. — А ну-ка, все сюда! Минуту внимания! — его голос прозвучал громче и строже, чем обычно.

Клоны, удивлённые, замолчали и повернулись к нему. Даже Пик удостоил его взглядом.

— В следующую субботу к нам придут гости, — торжественно объявил Фёдор. На секунду воцарилась тишина. А потом началось.

— Гости? Новые друзья! Ура! — захлопал в ладоши Феликс. — Нужно испечь торт! И украсить всё шариками!

— Гости? — простонал Зонтик, вжимая голову в плечи. — О нет... А вдруг я им не понравлюсь? А если я что-нибудь разолью или сломаю?

— Новые жертвы, — хищно пробормотал Вару, потирая руки. — Отлично, как раз протестирую свои новые хлопушки с краской.

— Ещё больше идиотов в этом доме. Прекрасно, — процедил Пик, возвращаясь к созерцанию серого неба за окном.

— О, гости! Надеюсь, среди них будут очаровательные дамы, достойные внимания такого кавалера, как я! — Ромео картинно прижал руку к сердцу.

— Кто они? Почему они придут? Их тоже восемь? Они живут далеко? У них есть имена? — затараторил Габриэль.

— Каждая встреча — это пересечение путей, предначертанных судьбой, — изрёк Данте.

— Тихо все! — рявкнул Фёдор. — Это не просто гости. Это... такие же, как вы. Почти. В общем, я встретил их создательницу, Раю. И у неё тоже есть восемь клонов. Девушек.

Комната снова погрузилась в тишину, но на этот раз она была другой — напряжённой, полной удивления и скрытого интереса.

— Девушек? — переспросил Ромео, и его глаза заблестели. — Восемь прекрасных роз в одном букете? Это судьба!

Вару снял очки и протёр их. — Девчонки? Пф-ф. Наверняка какие-нибудь плаксивые фифы. Будет ещё веселее доводить их.

Пик ничего не сказал, но его плечи напряглись ещё сильнее. Мысль о восьми новых источниках шума, да ещё и женского пола, явно не приводила его в восторг.

Зонтик, казалось, стал ещё меньше. Девушки... Это было в сто раз страшнее, чем просто гости.

— Так вот, — подытожил Фёдор, чувствуя подступающую головную боль. — Моя просьба, нет, моё требование: ведите себя прилично. Феликс, без излишнего энтузиазма. Ромео, умерь свой пыл. Пик, постарайся хотя бы не убивать никого взглядом. Зонтик, дыши. Габриэль, дай им сначала войти. Данте... будь Данте. А ты, — он вперил строгий взгляд в Вару, — если я увижу хоть одну твою проделку, будешь месяц драить всю квартиру зубной щёткой. Ты меня понял?

Вару нагло ухмыльнулся, надевая очки. — Кристально чисто, босс. Никаких проделок. Только радушное гостеприимство.

Фёдор ему не верил. Ни на грош.

---

В то же самое время в другом доме, удивительно похожем по атмосфере хаоса, Рая проводила аналогичный инструктаж.

— ...и поэтому я хочу, чтобы вы произвели хорошее впечатление! — заканчивала она свою пламенную речь.

Её клоны отреагировали предсказуемо.

— Мальчики? Фу, они наверняка все глупые и пахнут собаками, — фыркнула Лея, подбрасывая в руке свою красную кепку. Но в её глазах плясали озорные огоньки. Новые горизонты для шуток.

— Ох, мальчики... — прошептала Ава, теребя край своего коричневого берета. — Они, наверное, такие шумные и страшные... Я боюсь.

— Новые знакомства — это так чудесно! — воскликнула Алиса, поправляя свой маленький цилиндр на голове. — Мы сможем играть в игры и веселиться все вместе!

— Восемь джентльменов? — протянула Марго, осматривая своё отражение в карманном зеркальце. — Надеюсь, среди них найдётся хоть один с чувством стиля. Большинство мужчин одеваются просто отвратительно.

Василиса, сидевшая в углу и молча чистившая свои фиолетовые перчатки, даже не подняла головы. Её мнение о мальчиках, да и о мире в целом, было написано на её лице — полное безразличие.

— Звёзды шепчут, что эта встреча изменит наши орбиты, — мечтательно произнесла Луна, рисуя пальцем на запотевшем стекле полумесяц.

— А какие они? А почему они клоны? А у них есть создатель? А он похож на тебя? А их дом большой? А у них есть кошка? — Элси, одетая во всё чёрное, подпрыгивала на месте от нетерпения.

— Девочки, пожалуйста! — Рая потёрла виски. — Просто будьте собой. Но... чуть более воспитанной версией себя. Лея, без приколов. Марго, не будь слишком высокомерной. Ава, милая, они не кусаются. Скорее всего.

Она с надеждой и ужасом ждала субботы.

---

И вот этот день настал. В доме Фёдора царил неестественный порядок. Феликс с утра заставил всех прибраться, наполнив дом запахом лимонного чистящего средства и энтузиазма. Даже Вару, под угрозой лишения зелёнки на месяц, с неохотой протёр пыль.

Клоны замерли в гостиной в ожидании. Напряжение можно было резать ножом. Зонтик сидел на диване, вцепившись в подушку, и бормотал что-то вроде: «Главное — не дышать слишком громко». Пик стоял у окна, спиной ко всем, его силуэт был воплощением мрачного предчувствия. Ромео репетировал перед зеркалом комплименты. Феликс расставлял на столе тарелки с печеньем. Данте медитировал в кресле. Габриэль прилип к дверному глазку, комментируя обстановку на лестничной клетке. Вару сидел на подлокотнике дивана, болтая ногой, и на его лице играла самая невинная из его ухмылок, что было самым тревожным знаком.

ДИН-ДОН.

Звук дверного звонка заставил всех вздрогнуть. Зонтик пискнул. Габриэль отскочил от двери. — Они пришли! Я вижу восемь девушек и Раю! У одной розовые волосы! У другой жёлтая шляпа! Почему у них цветные волосы?

Фёдор глубоко вздохнул, бросил последний предупреждающий взгляд на Вару и пошёл открывать.

На пороге стояла Рая, выглядевшая такой же взволнованной, как и он. За её спиной, как разноцветный веер, стояли её клоны.

— Привет, — улыбнулся Фёдор. — Ну, заходите, не стойте на пороге. — Привет, — ответила Рая. — Девочки, ведите себя хорошо.

И они вошли.

Первые несколько секунд в комнате стояла оглушительная тишина. Две группы совершенно незнакомых, но до странности похожих друг на друга существ разглядывали друг друга с любопытством, опаской и недоверием.

А потом начали происходить маленькие, почти незаметные взаимодействия, словно невидимые нити протянулись между ними.

Зонтик, съёжившийся в своём углу, поднял глаза и встретился взглядом с такой же напуганной девушкой в коричневом берете, которая пряталась за спиной Раи. Это была Ава. Их взгляды столкнулись на долю секунды, и оба тут же густо покраснели и опустили глаза в пол. Сердце Зонтика забилось так сильно, что, казалось, его было слышно на всю комнату. Она была... такой же, как он. Такой же ранимой и испуганной. И от этого почему-то стало не так страшно.

Пик, оторвавшись от окна, скользнул безразличным взглядом по гостям и замер. Его взгляд остановился на молчаливой девушке в фиолетовых перчатках. Василиса. Она стояла чуть в стороне от всех, скрестив руки на груди, и в её глазах не было ни капли фальшивого восторга или любопытства. Только спокойная, холодная отстранённость. Впервые в жизни Пик увидел в ком-то родственную душу. Он не знал, что с этим чувством делать, поэтому просто нахмурился ещё сильнее и отвернулся. Но продолжал ощущать её присутствие за спиной.

Вару и Лея заметили друг друга сразу. Это было как встреча двух хищников. Он — в своих спиральных очках, с ехидной ухмылкой. Она — в своей красной кепке, с дерзким прищуром. — Ну привет, очкарик, — бросила она, проходя мимо него. — Не боишься, что в этих спиралях заблудишься? — Боюсь только скуки, кепочка, — не остался в долгу Вару. — Но, кажется, сегодня мне это не грозит. Между ними проскочила искра. Не романтическая. Пока нет. Это была искра вызова, соперничества и внезапного, взаимного уважения. Он нашёл достойного противника. Она нашла того, кто не испугается её язвительности. И где-то очень глубоко, под слоями сарказма, обоим эта мысль чертовски понравилась.

— Здравствуйте! Добро пожаловать в наш дом! — Феликс, сияя, подлетел к гостям. Его взгляд упал на девушку в жёлтом, с забавным цилиндром на голове. — Привет! Как у вас тут здорово! — с таким же искренним восторгом ответила Алиса. — Ой, какая у тебя классная футболка со смайликом! — А у тебя классная шляпа! — выпалил Феликс. Они стояли и улыбались друг другу так широко и радостно, будто знали друг друга всю жизнь. Два лучика света нашли друг друга в этой комнате.

— Мадемуазель, позвольте! — Ромео, выбрав момент, подскочил к самой, на его взгляд, стильной гостье — девушке в розовом платье и шляпе. — Ваша красота затмевает солнце, а ваш наряд — само совершенство. Я, Ромео, к вашим услугам. Марго окинула его оценивающим взглядом с головы до ног. — Хм. Костюм неплохой, — протянула она, слегка приподняв бровь. — Но над подкатами ещё стоит поработать. Я Марго. Ромео не смутился. Наоборот, его глаза загорелись азартом. Вызов принят.

Данте и Луна, словно по молчаливому согласию, отошли от общего шума к книжному шкафу. — Когда дует ветер перемен, ставь не стены, а паруса, — тихо произнёс Данте, проводя пальцем по корешку книги. — А звёзды смотрят на нас и видят лишь маленькие лодочки в океане времени, — так же тихо ответила Луна, глядя в окно. Они замолчали, но это молчание не было пустым. Они понимали друг друга без слов.

И, наконец, Габриэль и Элси. Они столкнулись в центре комнаты. — Почему у тебя коричневые волосы? — немедленно спросила Элси. — А почему у тебя чёрная одежда? — тут же ответил вопросом на вопрос Габриэль. — А почему ты задаёшь вопросы? — А почему ты? — А это правда, что вы клоны? — А вы? — А что будет, если... Фёдор и Рая, наблюдавшие за этой сценой, переглянулись. Их детища нашли друг друга и увлечённо погрузились в бесконечный цикл вопросов и ответов, совершенно счастливые.

Общая скованность начала спадать. Комната наполнилась гулом голосов. Фёдор и Рая стояли у стены, наблюдая за этим управляемым хаосом, и на их лицах были одинаковые устало-счастливые улыбки. — Ну что, не так уж и плохо, — сказала Рая. — Пока никто ничего не взорвал, — согласился Фёдор. — Это уже успех.

В этот момент Вару незаметно подложил на стул, куда собиралась сесть Лея, подушку-пердушку. Но Лея, даже не глядя, в последний момент перехватила её и с невинным видом сунула на стул Ромео, который как раз собирался галантно присесть рядом с Марго. Раздался оглушительный неприличный звук. Ромео замер в ужасе. Марго прыснула в кулак. Вару посмотрел на Лею с немым восхищением. Она лишь подмигнула ему из-под козырька кепки.

А в другом конце комнаты Зонтик, набравшись невиданной смелости, подошёл к столу с напитками. Его руки дрожали, когда он наливал два стакана сока. — Э-это... вам... — пролепетал он, подойдя к Аве и протягивая ей стакан. Его рука дрогнула сильнее, и несколько капель сока упали на её коричневую кофту. — Ой! Простите! Простите, пожалуйста! Я такой неуклюжий! — запаниковал Зонтик, готовый расплакаться. Но Ава, вместо того чтобы расстроиться, взяла салфетку. — Ничего-ничего... Это я виновата, я так близко стояла, — прошептала она, промокая пятно. — Спасибо за сок. Она взяла у него стакан, их пальцы снова случайно соприкоснулись. И в этот раз они не отдёрнули руки сразу. Они стояли рядом, оба красные, как раки, и молча пили сок. И это было самое лучшее молчание в их жизни.

День пролетел незаметно. Были и неловкие моменты, и смешные ситуации, и тихие разговоры по душам. Когда Рая и её клоны начали собираться домой, в воздухе витало что-то новое. Чувство, что сегодня произошло нечто важное.

— Ну, мы пойдём, — сказала Рая, поправляя берет на голове Авы. — Спасибо за гостеприимство. Было... интересно. — Приходите ещё, — искренне ответил Фёдор. — Мы всегда рады... такому же хаосу.

Прощание было таким же многослойным, как и знакомство. Последние взгляды, последние неловкие улыбки, последние безмолвные обещания. Пик и Василиса обменялись едва заметными кивками. Ромео поцеловал Марго руку, на что она ответила снисходительной улыбкой. Вару и Лея смотрели друг на друга, как два генерала перед решающей битвой. Зонтик и Ава робко помахали друг другу на прощание.

Когда за гостями закрылась дверь, в квартире снова воцарилась тишина. Но теперь она была другой. Не пустой, а наполненной впечатлениями. — Ну что, выжили, — выдохнул Фёдор, опускаясь на диван. Клоны молчали, переваривая события дня. — Она... не стала на меня кричать, — тихо сказал Зонтик, глядя в одну точку с блаженной улыбкой. — Её шутки почти так же хороши, как мои, — признал Вару, что было равносильно высшей похвале. — Она ничего не сказала, — буркнул Пик. И в его голосе, впервые за долгое время, не было раздражения. Только удивление.

Фёдор посмотрел на своих клонов. На их лица. На то, как изменилось выражение их глаз. Он встретился взглядом с Данте, который с лёгкой улыбкой наблюдал за всеми. — Порой, чтобы найти недостающий фрагмент своей души, нужно просто посмотреть в зеркало, — сказал Данте. — Или в его отражение.

Фёдор улыбнулся. Да, эта случайная встреча на рынке определённо имела неслучайные последствия. И, кажется, это было только начало.