Максим и Илья знают как вытрахать друг из друга последнее

Съемки очередного выпуска «Битвы» выжали из Максима все соки. Камеры, софиты, вечные вопросы о мертвых и бесконечные попытки конкурентов уколоть побольнее — всё это требовало колоссальной выдержки. На экране Левин был скалой: суровое лицо со шрамами, тяжелый взгляд, уверенная поступь «настоящего мужика». Его образ был выверен до мелочей: поношенная кофта, узкие черные штаны, рабочие перчатки. Он выглядел как человек, который утром колет дрова, днем общается с духами, а вечером пьет водку, не закусывая.

Никто из телезрителей и не догадывался, что этот брутальный фасад держится на честном слове, а единственным средством ухода за собой у пятидесятилетнего экстрасенса было кусковое хозяйственное мыло, которым он мыл и лицо, и всё остальное.

Как только прозвучала команда «Стоп, снято!», Максим, не глядя на коллег и не прощаясь, быстрым шагом направился в сторону гримерок. Ему не нужны были светские беседы. Ему нужна была разрядка.

В маленькой комнате его уже ждал Илья. Восемнадцатилетний менеджер проекта был полной противоположностью Левина: подтянутый, ухоженный, с идеальной прической и кожей, пахнущей дорогим парфюмом. Илья знал о Максиме всё. Он видел, как тот старательно играет роль «гетераста» перед камерами, и каждый раз едва сдерживал смешок, замечая, как Максим поправляет свои штаны, стараясь скрыть выпирающий пивной животик.

– Заждался? – прохрипел Максим, закрывая дверь на засов.

– Ты сегодня долго, – Илья улыбнулся, окинув взглядом тяжелую фигуру экстрасенса. – Опять мертвецы не отпускали?

Максим ничего не ответил. Он просто подошел ближе, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения. Илья, не теряя времени, опустился на колени. Его руки уверенно легли на бедра Левина, расстегивая ремень. Когда тяжелый, уже налившийся кровью член освободился из плена тесных штанов, Илья без лишних слов взял его в рот.

Он действовал жадно, принимая Максима по самое горло. Левин тяжело задышал, положив мозолистые ладони на затылок парня. Илья давился, ловил ртом воздух, но не отстранялся, наслаждаясь властью, которую имел над этим «альфа-самцом».

– Хватит, – выдохнул Максим, чувствуя, что предел близок. – Раздевайся.

Они скинули одежду. Максим стоял посреди комнаты во всей своей «красе»: с дряблой грудью, волосатым телом и тем самым животом, который он так старательно втягивал на людях. Подмышки, разумеется, были не бриты — мужской принцип, не иначе. Илья же выглядел как античная статуя, чьи мышцы перекатывались под гладкой кожей.

Максим тяжело опустился на диван, а точнее — перекинулся через колени Ильи, улегшись поперек. Его дряхловатая задница оказалась прямо перед лицом менеджера. Левин закинул руки за голову, приготовившись к тому, что сейчас будет больно.

– Ну же, чего ждешь? – буркнул он в подушку дивана.

Илья не заставил себя ждать. Первый удар ладонью пришелся точно по ягодице, оставив яркий красный след. Максим вздрогнул, но промолчал. Мужское достоинство не позволяло ему стонать, хотя искры в глазах говорили о многом.

Илья чередовал удары с ласками. Он наклонялся ниже, вдыхая тяжелый запах пота и мыла, и проводил языком по складкам, заставляя Левина судорожно сжимать пальцы. В ход пошла смазка — Илья не жалел её, обильно поливая и свои пальцы, и увесистый страпон, который лежал наготове.

– Ты сегодня такой податливый, Максим, – прошептал Илья, вонзая пальцы внутрь. – Где же твоя магическая сила?

Левин только хрипел. Он буквально тонул в ощущениях. Илья действовал методично, растягивая его, пока анус не стал мягким и податливым. В какой-то момент менеджер зашел так далеко, что внутри оказалась почти вся его кисть. Он несколько раз проворачивал руку, заставляя Максима выгибаться дугой, а затем вынимал её и, глядя экстрасенсу в глаза, слизывал с пальцев соки.

Когда Максим наконец поднялся с дивана, его ноги подкашивались. Задница горела огнем, и он понимал, что завтрашний день проведет в мучениях, пытаясь просто сесть на стул. Но в его глазах вспыхнул опасный огонек.

– Моя очередь, щенок, – прорычал он.

Максим не стал церемониться. Он подхватил Илью под бедра, сгребая его в охапку своей медвежьей хваткой. Без всякой подготовки, без капли смазки, он резко насадил парня на свой член. Илья вскрикнул от неожиданности и резкой боли, переходящей в острое удовольствие.

– Терпи, – Максим впечатал его в стену, двигаясь мощно и безжалостно. – Хотел настоящего мужика? Получай.

Он трахал его жестко, с первой секунды задав бешеный темп. Его пивной живот мерно бился о подтянутый пресс Ильи, а шрамы на лице казались еще грубее в тусклом свете гримерки. Максим не сдерживался, вкладывая в каждое движение всю накопившуюся за день агрессию и страсть.

Финал наступил быстро. Левин сдавленно рыкнул и кончил глубоко внутрь Ильи, чувствуя, как его собственное тело содрогается от разрядки. Он не отпускал парня, продолжая держать его на весу, тяжело дыша ему в шею.

Илья, всё еще дрожа от пережитого, запустил руку себе за спину. Он выудил пальцем порцию теплой спермы и, хитро улыбнувшись, облизал его.

– Вкусно, – прошептал он, протягивая тот же палец к губам Максима.

Левин, не разрывая контакта, слизнул собственное семя с пальца любовника. Его член постепенно становился мягким, оставаясь внутри Ильи, но ни один из них не спешил отстраняться.

– Ты неисправим, – выдохнул Максим, прежде чем накрыть губы Ильи своими в долгом, на удивление нежном поцелуе.

В этой маленькой комнате, за пределами камер и магических ритуалов, они были просто двумя людьми, нашедшими свой способ справляться с реальностью. И завтра Максим снова наденет свои перчатки и пойдет искать призраков, а Илья будет стоять за камерой, едва заметно улыбаясь своей тайне.