Гнев брата

Вечер в доме Сон Джинву всегда был пропитан тишиной, которая казалась почти осязаемой. В гостиной, залитой мягким светом ламп, пахло дорогим чаем и едва уловимым ароматом жасмина — любимым парфюмом Ча Хэ Ин. Джинву сидел на диване, его высокая фигура, атлетичная и мощная даже в расслабленном состоянии, занимала почти всё пространство. Его черные волосы были аккуратно зачесаны, а серые глаза, напоминающие грозовые тучи перед бурей, были устремлены в экран телевизора, где диктор монотонно зачитывал вечерние новости.

Рядом сидела Хэ Ин. Годы почти не коснулись её красоты, лишь взгляд стал холоднее и расчетливее. Где-то в глубине дома находились их дети — пятнадцатилетние близнецы Сухо и Миджун. Они были живыми копиями своего отца: те же угольно-черные волосы, те же пронзительные серые глаза. Но в этом доме они редко смеялись.

Мирный уют был разрушен в одно мгновение. Входная дверь не просто открылась — она с грохотом влетела внутрь, едва не сорвавшись с петель. На пороге стоял мужчина, чье появление заставило воздух в комнате наэлектризоваться.

Сон Юки. Младший брат Теневого Монарха.

Его рост был таким же, как у Джинву — 190 сантиметров чистой, взрывной силы. Густые черные волосы были в беспорядке, пряди обрамляли лицо, на котором застыла опасная полуулыбка. Ярко-синие глаза сверкнули в полумраке холла, словно два сапфира. На нем была расстегнутая куртка, из-под которой виднелась футболка, обтягивающая рельефную мускулатуру. Кожа блестела от пота, а сложные татуировки с растительными мотивами на правой руке и груди казались живыми, шевелящимися в такт его дыханию.

Юки не постарел ни на день. Его сила, подобная силе брата, законсервировала его в возрасте двадцати лет, превратив в вечного юношу с душой демона.

– Как ты смеешь врываться в мой дом без приглашения?! – Хэ Ин вскочила с дивана, её лицо исказилось от возмущения. Она всегда недолюбливала деверя за его непредсказуемость.

Юки даже не посмотрел на неё. Из его тени, словно из чернильной ямы, резко вырвались черные щупальца. Они двигались быстрее, чем человеческий глаз мог уследить. Прежде чем Хэ Ин успела призвать свою силу, теневые отростки обвили её конечности и горло, с силой впечатывая в стену и начиная избивать её об обшивку.

– Юки, ты что творишь?! – Джинву подскочил, его глаза вспыхнули фиолетовым пламенем, а комната задрожала от колоссального давления его маны.

Но Юки среагировал мгновенно. В его руке из чистого сгустка тьмы материализовался тяжелый пистолет. Раздался оглушительный выстрел. Пуля, напитанная энергией, способной пробить шкуру дракона, вошла Джинву в плечо, заставив его пошатнуться.

Хэ Ин вскрикнула, пытаясь вырваться из хватки теней, но Юки, не глядя, выстрелил второй раз. Пуля чиркнула её по бедру, пригвоздив к стене еще крепче.

– Заткнитесь. Оба, – голос Юки был тихим, но в нем слышался скрежет металла по стеклу. – И послушайте, что я теперь скажу.

Он прошел в центр комнаты, пнул ногой журнальный столик и бесцеремонно сел в кресло. Запустив пятерню в свои густые волосы, он достал сигарету и прикурил прямо в помещении, выпуская густой дым в потолок.

– Брат, ты всегда знал, что я не одобрял твой выбор, – начал Юки, глядя на Джинву сквозь пелену дыма. – Выбрать такую суку в жены... Я молчал годами. Я думал, это твоя жизнь, твои ошибки. Но сегодня мне позвонила Миджун.

Джинву замер, его гнев сменился ледяным оцепенением.

– Она плакала в трубку, Джинву, – продолжал младший брат, и его синие глаза наполнились неподдельной яростью. – Она просила спасти её от вас. Потому что твоя драгоценная женушка решила «укрепить связи» и постелить собственную дочь под какого-то дряхлого старика из совета магов. Чтобы расширить влияние семьи.

– Это ложь! – прохрипела Хэ Ин, захлебываясь в теневых путах.

Юки снова выстрелил. На этот раз пуля прошла в миллиметре от её уха, разнеся в щепки дорогую вазу позади.

– Я не с тобой разговариваю, шлюха, – выплюнул он. – Ты вообще не Сон. Ты пиявка, которая присосалась к моему брату, делая из него монстра, а из детей — бездушных кукол.

Он снова повернулся к Джинву, который стоял неподвижно, сжимая кулаки так, что костяшки побелели.

– Вы превратили своих детей в пустых манекенов, – голос Юки дрогнул от отвращения. – Сухо боится поднять глаза, когда ты входишь в комнату. Миджун готова сбежать из дома в никуда, лишь бы не исполнять ваши «династические планы». Ты настолько помешан на своей силе и статусе Монарха, что стал чудовищем, которого боятся собственные дети.

Юки встал, медленно подходя к брату. Несмотря на то что Джинву был Богом этого мира, сейчас он выглядел потерянным.

– Что с тобой стало? – тихо спросил Юки, заглядывая в серые глаза брата. – Где тот человек, который рисковал жизнью в подземельях ради семьи? Где тот Сон Джинву, который обещал защищать слабых? Сейчас я вижу перед собой не брата.

Хэ Ин попыталась что-то выкрикнуть, её лицо покраснело от ярости и нехватки кислорода. Юки резко развернулся и направил ствол ей в лоб.

– Еще одно слово, и я вышибу твои амбиции вместе с мозгами, – прошипел он. – Ты превратила этот дом в склеп.

Он снова перевел взгляд на Джинву.

– Ответь мне, Джинву. Что с тобой стало? Где мой брат? Сейчас я вижу не человека, а монстра, который превратился в «бога», забыв, каково это — быть отцом. Ты позволил этой женщине лепить из твоих детей инструменты власти. Ты сам стал инструментом.

Джинву молчал. Тени в углах комнаты начали пульсировать, отзываясь на его внутреннюю бурю. В этот момент из коридора показались две тонкие фигуры. Сухо и Миджун стояли в дверях, дрожа от страха, но в их глазах, таких же серых, как у отца, впервые за долгое время блеснула надежда, когда они увидели дядю Юки.

Юки горько усмехнулся, не опуская пистолета.

– Посмотри на них, Монарх. Они смотрят на меня как на спасителя, а на тебя — как на палача. Это и есть твоё великое наследие?