Деточки

Ночной Лондон задыхался от липкого тумана и запаха дешевого табака. Эдуард Тейлор, человек, чье имя заставляло замолкать даже самых шумных завсегдатаев подпольных казино, стоял у окна своего кабинета. Ему было тридцать три, и последние десять лет он строил свою империю на костях врагов. Но сейчас его империя начала крошиться, словно старый песчаник.

За последний месяц он потерял семерых. Не просто пешек — опытных боевиков, людей, которые прошли с ним через дележку портовых складов. Их находили в сточных канавах, с перерезанным горлом или пулей точно между глаз. Профессионально. Холодно. Без следов.

– Эдуард, отчет готов, – в кабинет вошел Маркус Дамлор.

Его правая рука, человек, который видел в этой жизни всё, выглядел непривычно озадаченным. Он положил на стол папку, набитую распечатками логов и зернистыми снимками с камер наблюдения.

– И что там? – Тейлор не обернулся. – Опять итальянцы? Или русские решили, что я стал слишком мягким?

– Хуже, – Маркус откашлялся. – Это дети, Эд. Точнее, подростки.

Тейлор медленно повернулся. Его глаза, холодные, как лед в бокале виски, сузились.

– Ты хочешь сказать, что моих людей вырезают малолетки?

– Мы отследили цифровую активность. Кто-то методично взламывал наши закрытые серверы, собирал данные о маршрутах поставок и графиках смен. След привел к группе сирот из государственного приюта «Святой Иуды». Но есть одна, которая светится чаще других. Эмилия Нотт. Семнадцать лет.

Маркус выложил на стол фотографию. Снимки с уличных камер были мутными, но на них отчетливо виднелась хрупкая фигура в мешковатой толстовке. Девушка сидела в дешевых интернет-кафе, ее пальцы летали по клавиатуре с невероятной скоростью.

– Она работает не одна, – продолжил Маркус. – С ней всегда ее брат, Дэн Нотт. Ему девятнадцать. Официально они числятся как «трудные подростки». Неофициально — Дэн лучший карманник и загонщик в Ист-Энде, а девчонка... она мозг.

– Собери людей, – коротко бросил Эдуард, поправляя манжеты дорогого пиджака. – Я хочу лично посмотреть на этого «гения».

Ночь окутала доки восточного района. Тейлор решил действовать один. Он не хотел привлекать лишнего внимания к тому факту, что мафиозный босс охотится за девчонкой. Он выследил их группу около полуночи.

Эмилия шла в окружении пятерых парней. Они выглядели как обычная уличная банда: растянутые худи, капюшоны, дерзкая походка. Дэн шел впереди, о чем-то негромко переговариваясь с остальными. Эмилия держалась чуть позади. Она была занята телефоном, ее лицо подсвечивалось голубоватым экраном.

Эдуард дождался, пока они свернут в узкий, плохо освещенный проход между складами. Когда группа чуть растянулась, он бесшумно скользнул из тени.

Его рука, привыкшая к рукоятке пистолета и горлам врагов, железной хваткой сомкнулась на плече девушки. Он резко дернул ее на себя, затаскивая в глубокую нишу за мусорными контейнерами.

– Тише, маленькая дрянь, – прошипел он ей в ухо, прижимая к стене. – Сейчас ты расскажешь мне, кто платит вам за головы моих людей.

Он ожидал крика. Ожидал слез, мольбы о пощаде или хотя бы попытки позвать брата. Но ответом была лишь ледяная, звенящая тишина.

Глаза Эмилии встретились с его взглядом. В них не было страха. В них была странная, почти пугающая сосредоточенность.

В следующую секунду всё произошло слишком быстро. Девушка не стала вырываться назад. Вместо этого она резко подалась вперед, перехватила его запястье обеими руками и, использовав его же инерцию, провернула кисть под неестественным углом, одновременно ударив локтем в открытое сочленение сустава.

Раздался сухой, отчетливый хруст.

Тейлор глухо рыкнул от неожиданной вспышки боли. Его рука безвольно повисла, сломанная в лучезапястном суставе. От шока он на мгновение ослабил хватку.

Эмилия не проронила ни звука. Она лишь мазнула по нему презрительным взглядом, развернулась и растворилась в тумане переулка так быстро, будто ее там никогда и не было.

– Эд! – голос Маркуса раздался из темноты через пару минут. – Мы услышали шум. Ты в порядке?

Тейлор стоял, прижимая поврежденную руку к груди. Лицо его было бледным, а на лбу выступила испарина.

– Она сломала мне руку, Маркус, – процедил он сквозь зубы.

– Девчонка? – Маркус недоверчиво посмотрел на своего босса. – Как? Она же весит фунтов сто от силы.

– Она знает болевые точки. И она не закричала. Даже не пискнула.

– Ах, это... – Маркус замялся, помогая Тейлору дойти до машины. – Я не успел дочитать в досье. Эмилия Нотт не говорит. Вообще.

Тейлор сел на заднее сиденье «Бентли», чувствуя, как пульсирует сломанная кость.

– Травма? – спросил он, глядя в окно на проплывающие мимо тени приюта.

– Говорят, она замолчала в восемь лет. В ту ночь, когда убили их родителей. С тех пор — ни слова. Ни врачам, ни учителям, ни полиции. Брат — единственный, кто ее понимает.

Эдуард закрыл глаза. В голове все еще стоял этот взгляд — холодный, расчетливый и бесконечно одинокий. Подростки-убийцы? Или просто дети, которых жизнь заставила стать хищниками раньше времени?

– Найди мне их логово, Маркус, – тихо произнес Тейлор. – Но не трогай их. Я хочу знать, зачем им моя кровь.

---

В старом заброшенном подвале под пекарней было сыро, но тепло. Дэн Нотт сидел на старом диване, затачивая нож. Когда дверь скрипнула, он мгновенно вскочил, но, увидев сестру, расслабился.

– Ты где была? – спросил он, нахмурившись. – Мы потеряли тебя в переулке.

Эмилия подошла к столу, на котором стоял старый ноутбук. Она быстро застучала по клавишам.

«Меня пытались взять. Тейлор. Лично».

Дэн похолодел. Он подошел к сестре и схватил ее за плечи, осматривая на предмет повреждений.

– Он тебя тронул? Ты ранена? Эми, я же говорил, нельзя светиться так открыто!

Девушка покачала головой и показала свои руки. На костяшках остались ссадины. Она быстро набрала следующий текст:

«Я сломала ему руку. Он не ожидал. Он думает, мы просто воришки».

Дэн тяжело вздохнул и сел обратно.

– Мы заигрались, сестренка. Тейлор — это не те шестерки, которых мы убирали раньше. Это акула. Если он вышел на тебя, он не отстанет. Нам нужно уходить из города.

Эмилия резко развернулась к нему. Ее глаза гневно сверкнули. Она начала быстро показывать знаки на языке жестов, которые Дэн знал лучше собственного имени.

«Нет. Он был там. В ту ночь. Я видела его кольцо с печаткой. Он стоял в дверях, когда отец упал. Я не уйду, пока он не почувствует то же самое».

– Эми, ты была ребенком, – мягко сказал Дэн, хотя его собственные кулаки сжались. – Ты могла ошибиться. Темнота, крики...

Она ударила ладонью по столу, заставив ноутбук подпрыгнуть. Тишина в комнате стала тяжелой, почти осязаемой. Эмилия указала пальцем на экран, где была открыта фотография Тейлора десятилетней давности, найденная в архивах газет.

Она не могла говорить, но ее молчание кричало о мести громче любого взрыва.

---

Через три дня Эдуард Тейлор сидел в своем кресле, его рука была в гипсе. Перед ним стоял Маркус с новым отчетом.

– Мы нашли их, Эд. Живут в подвале на окраине Уайтчепела. Дэн работает грузчиком днем, а ночью... ну, ты сам знаешь. Девчонка почти не выходит. Но есть одна странность.

– Какая еще странность? – Тейлор отхлебнул виски, поморщившись от того, что приходится пользоваться левой рукой.

– Они не берут денег. Мы проверили счета тех, кого они убрали. Ни цента не пропало. Это не заказные убийства. Это личное.

Эдуард замер с бокалом у губ. Личное? Десять лет назад он был всего лишь амбициозным бойцом, прокладывающим путь к вершине. Он не помнил всех лиц. Но он помнил одну ночь, когда ему приказали убрать бухгалтера, который слишком много знал. Там была семья. Жена и двое детей. Он тогда сказал своим людям «зачистить всё», но сам ушел раньше, не желая смотреть на расправу над гражданскими.

Неужели те дети выжили?

– Маркус, подготовь машину. Поедем вдвоем. Никакого оружия, кроме того, что в кобурах.

– Это самоубийство, Эд. Девчонка тебя искалечила за секунду, а если там будет ее брат и вся их свора?

– Значит, я это заслужил, – Тейлор поднялся, чувствуя странное облегчение. – Пора закрывать старые счета.

Ночной Уайтчепел встретил их дождем. Когда Тейлор вошел в подвал, он сразу увидел ее. Эмилия сидела за столом, подперев голову рукой. Она даже не вздрогнула, когда дверь открылась.

Дэн выскочил из угла, приставив нож к горлу Маркуса, который зашел следом.

– Еще шаг, и я вскрою ему сонную артерию! – прорычал парень. Его глаза горели ненавистью.

– Оставь его, – спокойно сказал Эдуард, глядя прямо на Эмилию. – Я пришел поговорить.

Девушка медленно встала. Она подошла к Тейлору, остановившись в паре шагов. В ее руке внезапно оказался тонкий стилет, извлеченный из рукава.

– Ты помнишь меня? – спросил Эдуард, игнорируя лезвие у своей груди. – Тот вечер в Кенсингтоне. Дождь был такой же, как сегодня.

Эмилия замерла. Ее губы дрогнули, но ни звука не сорвалось с них. Она лишь сильнее сжала рукоять ножа.

– Я не нажимал на курок, – продолжал Тейлор, его голос был глухим и спокойным. – Но это я отдал приказ. Я виноват в том, что ты молчишь все эти годы.

Дэн ослабил хватку на шее Маркуса, в замешательстве глядя на сестру.

– Эми? О чем он?

Девушка не смотрела на брата. Она смотрела в глаза человеку, который разрушил ее мир. Она видела в них не страх смерти, а нечто худшее — усталость и признание вины.

Она подняла свободную руку и начала быстро показывать знаки. Тейлор не понимал их, но он чувствовал их ритм — резкий, рваный, полный боли.

– Она говорит, что смерть — это слишком легко для тебя, – перевел Дэн, его голос дрожал. – Она хочет, чтобы ты видел, как всё, что ты построил, сгорит. Так же, как сгорел наш дом.

Тейлор слегка улыбнулся. Это была горькая, изломанная улыбка.

– Мой бизнес и так горит, Эмилия. Ваши хакерские атаки нанесли больше ущерба, чем все мои конкуренты вместе взятые.

Он сделал шаг вперед, почти натыкаясь грудью на острие стилета.

– Убей меня, если это вернет тебе голос. Но если нет... у меня есть предложение.

Эмилия вопросительно приподняла бровь, не опуская оружия.

– Вы живете в грязи, охотясь на моих людей по одному. Но те, кто действительно стоял за смертью ваших родителей — те, кто заказал того бухгалтера — они всё еще на свободе. И они гораздо выше меня.

Тейлор протянул ей здоровую руку ладонью вверх.

– Помогите мне уничтожить их. Мои ресурсы, ваш ум и ярость. А когда всё закончится... я сам дам тебе этот нож, и ты сможешь закончить то, что начала сегодня.

В подвале воцарилась тишина. Было слышно только, как капает вода из старой трубы. Эмилия смотрела на его протянутую руку, затем на гипс на его запястье — дело ее рук.

Она медленно убрала стилет. Подойдя к ноутбуку, она что-то быстро напечатала и развернула экран к Тейлору.

На дисплее была всего одна фраза, написанная крупным шрифтом:

«Я не буду помогать тебе. Я буду использовать тебя».

Эдуард Тейлор кивнул.

– Справедливо.

В ту ночь в трущобах Лондона родился самый опасный альянс в истории города. Мафиози с перебитой рукой и немая девочка, чье молчание стоило дороже тысячи слов. Они еще не знали, что эта война сожжет их обоих, но назад пути уже не было.

Эмилия Нотт впервые за много лет позволила себе слабую, почти незаметную тень улыбки. Ее месть только начиналась, и теперь у этой мести были деньги, связи и армия. А голос... голос ей был не нужен, чтобы заставить мир содрогнуться.