Гнев жены монарха

В моем мире, мире Теней, всегда царил идеальный порядок. Я, Сон Джинву, Теневой Монарх, привык к тому, что любая угроза устраняется одним движением мысли. Но реальная жизнь, жизнь в кругу семьи, оказалась гораздо сложнее любой битвы с верховными демонами или правителями.

Я стоял в своем кабинете, глядя в окно на заходящее солнце. Мой рост в сто девяносто сантиметров и широкие плечи часто заставляли людей трепетать, а серые глаза, напоминающие грозовые тучи перед штормом, внушали ужас врагам. Но дома я был просто мужем и отцом.

Юми, моя жена, была моим якорем. Хрупкая, ростом всего сто шестьдесят сантиметров, с фарфоровой кожей и глазами цвета чистого весеннего неба, она была воплощением спокойствия. Она была обычной женщиной, не наделенной магической силой, но именно в ней я находил ту человечность, которую едва не потерял на пути к трону Монарха.

У нас было четверо детей. Старший, Юки, в свои восемнадцать уже перегнал мать и почти догнал меня. Он был бунтарем: черные взъерошенные волосы с выбритыми висками, проколы в ушах и абстрактная татуировка на руке. Но при этом у него были глаза матери — небесно-голубые, в которых иногда вспыхивал мой холодный расчет. Близнецы Сухо и Миджун, шестнадцати лет, были моими маленькими копиями — черноволосые, серьезные, с тем самым взглядом, который заставляет людей отводить глаза. И маленькая Ай, пятилетнее чудо, вобравшее в себя черты нас обоих.

Тишину дома прорезал резкий звук — звонкая пощечина, а следом за ней — оглушительный крик и плач.

Мое сердце пропустило удар. Я не почувствовал угрозы извне, значит, это произошло внутри. В мгновение ока я преодолел расстояние до гостиной, тени под моими ногами заволновались, готовые вырваться наружу.

Картина, которую я застал, заставила меня замереть. Юми, всегда тихая и ласковая, стояла посреди комнаты, ее грудь тяжело вздымалась. Напротив нее, прижимая руку к щеке, стояла Миджун. Ее лицо было искажено обидой и злостью. Рядом на диване сидела пятилетняя Ай, сжавшись в комочек и заливаясь слезами.

– Юми, милая, что случилось? – Я подошел к жене, пытаясь коснуться ее плеча, но она резко обернулась.

В ее глазах, обычно таких добрых, сейчас пылал настоящий пожар.

– Джинву, ты даже не представляешь! – Голос Юми дрожал от ярости. – Наша дочь... этот монстр, которого мы вырастили, она устраивает буллинг! Она планомерно уничтожает свою одноклассницу! Ты посмотри, просто посмотри в ее телефон!

Юми сунула мне в руку смартфон Миджун. Экран был разблокирован. Я начал листать переписку в закрытом чате, и с каждой секундой мои брови сдвигались к переносице всё сильнее. Фотографии издевательств, унизительные комментарии, видео, где бедную девочку обливают грязью и заставляют стоять на коленях.

– Она девочку чуть до суицида не довела, – прошептала Юми, и в ее голосе послышались слезы разочарования. – Моя дочь... как ты могла?

Я поднял взгляд на Миджун. Она смотрела на нас с вызовом, хотя в глубине ее серых глаз промелькнула тень страха.

– Ты же не была такой, – произнес я, и мой голос прозвучал тише обычного, что было гораздо страшнее крика. – Что с тобой стало, Миджун?

– Ой, да ладно вам! – огрызнулась дочь, скрестив руки на груди. – Она просто неудачница. Она сама напросилась.

Юми сделала шаг вперед, и я увидел, как она едва сдерживается, чтобы не ударить снова.

– С этого дня ты переходишь на домашнее обучение, – отрезала жена, и ее тон не терпел возражений. – Ты встанешь на колени и извинишься перед всеми, кого ты унизила. Перед этой девочкой и ее родителями.

– Я не буду этого делать! – выкрикнула Миджун.

– Будешь! – Юми сорвалась на крик. – Я тебе такой «буллинг» устрою дома, что ты школу раем вспоминать будешь! Я знаю, что это началось после того, как ты связалась с дочерью Хэ Ин и ее свитой. Ты изменилась, Миджун. Ты стала пустой и жестокой.

В этот момент из тени угла бесшумно материализовался Беру. Его огромная фигура в доспехах заставила Миджун вздрогнуть.

– Мой Король... Моя Королева... – проскрежетал он, склонив голову.

– Беру, – голос Юми был ледяным, – вымой ей рот с мылом. От нее несет сигаретами, и я больше не желаю слышать эту грязь из ее уст.

Миджун побледнела, глядя на верного муравья-генерала. Она знала, что Беру подчиняется мне, но он также беспрекословно выполнял приказы Юми, если они не противоречили моим.

– Джинву, не смей ее жалеть! – Юми повернулась ко мне, и я увидел в ее глазах сталь. – Если мы сейчас ее упустим, завтра будет поздно. Поговори с родителями этой «свиты». Поговори с Хэ Ин, с кем угодно. Или я сама их уничтожу. Я не позволю своей дочери превратиться в чудовище, прикрываясь твоим именем и силой.

Я посмотрел на телефон, затем на плачущую Ай, которую уже подхватил на руки старший сын Юки, незаметно вошедший в комнату. Юки смотрел на сестру с нескрываемым презрением.

– Мама права, Миджун, – негромко сказал Юки, поправляя серьгу в ухе. – Ты перешла черту. Быть сильным — не значит топтать слабых. Отец учил нас другому.

Я подошел к Миджун вплотную. Моя аура невольно начала давить на пространство, тени в комнате удлинились, становясь густыми, как смола.

– Ты думала, что раз ты моя дочь, тебе всё дозволено? – спросил я, глядя ей прямо в глаза. – Сила дана для защиты, а не для самоутверждения за счет тех, кто не может ответить. Ты пойдешь и сделаешь всё, что сказала мать.

– А если нет? – шепнула она, хотя ее колени уже дрожали.

– Тогда ты узнаешь, почему меня называют Монархом Теней не только враги, – ответил я. – Беру, выполняй приказ Королевы.

Беру осторожно, но твердо взял Миджун за плечо и повел в сторону ванной комнаты. Ее протестующие крики быстро стихли за дверью.

Юми бессильно опустилась на диван, закрыв лицо руками. Я сел рядом и обнял ее за плечи. Она была такой маленькой и хрупкой в моих руках, но в этот вечер она проявила больше силы, чем любой из моих теневых солдат.

– Я поговорю с ними, – пообещал я, целуя ее в макушку. – С каждым из родителей. Хэ Ин поймет. Ее дочь тоже нуждается в уроке, если она замешана в этом.

– Я просто не хочу, чтобы они стали монстрами, Джинву, – всхлипнула Юми. – Мир и так полон тьмы. Наши дети должны быть светом.

– Они будут, – твердо сказал я, глядя на Юки, который баюкал маленькую Ай. – Я позабочусь об этом. Даже если мне придется выжечь эту тьму собственными руками.

В ту ночь в доме Сон Джинву было тихо, но эта тишина была предвестником больших перемен. Я знал, что завтра мне предстоит столкнуться с проблемами, которые нельзя решить мечом или призывом армии. Но глядя на свою жену, я понимал: пока она рядом, мы справимся. Потому что настоящая власть — это не способность убивать, а способность оставаться человеком и растить людей.

А Миджун... она поймет. Рано или поздно, через слезы или через труд, но она поймет, что значит носить фамилию Сон. И что тень существует только там, где есть свет.