маля

Конец мая в школе номер 127 всегда ощущался как затянувшийся прыжок в воду: воздуха уже не хватало, а дно в виде каникул казалось ослепительно близким. В коридорах стоял гул, перебиваемый звонками и криками младшеклассников. Я остановилась перед зеркалом в туалете, поправляя прическу. Каштановые пряди послушно лежали благодаря утренней укладке, а мой любимый крабик в виде красной лилии надежно держал волосы на затылке. Четыре заколки-бабочки переливались в свете люминесцентных ламп, словно вот-вот собирались взлететь.

Я взглянула на свои руки. Аквариумные ногти — моя гордость — мягко поблескивали, когда я поправляла воротничок стандартной школьной формы. Мама ворчала, что они слишком длинные для седьмого класса, но я знала: они идеально подчеркивают кольцо на указательном пальце. Немного бронзера на скулы, чтобы скрыть бледность от бесконечных контрольных, и я была готова идти на передовую. То есть в кабинет математики.

В классе, как обычно, царил хаос. Соня, наша староста, стояла в центре кабинета, уперев руки в бока.

– Я как староста требую тишины! – выкрикнула она, поправляя очки. – Сейчас придет учитель, а у нас доска не вымыта!

Пухлый, который, кажется, не сводил с неё глаз с первого класса, тут же подхватился с места, едва не сбив стул.

– Сонь, я сейчас всё сделаю! Не переживай, – он преданно заглянул ей в глаза, хватая мокрую тряпку.

Я прошла к своей парте, ловя на себе взгляды. Дерзкий, наш президент школы, сидел на подоконнике, небрежно перебирая свои рыжие кудри. Рядом с ним о чем-то спорил Дима. Их идиллия была нарушена появлением Полины, которая собственнически обняла Диму за плечи. Наташа, бывшая Димы, сидела неподалеку и демонстративно громко смеялась над какой-то шуткой Саши. Саша, как обычно, выглядел немного растерянным, но старался угодить Наташе, пока его собственная девушка, кажется, была занята чем-то в телефоне.

Но всё это было привычным фоном. Настоящее напряжение витало в воздухе из-за новеньких.

Маля. Это имя теперь звучало в коридорах чаще, чем расписание звонков. Хулиган, тиктокер и парень, который, казалось, принес с собой хаос в наши упорядоченные школьные будни. Он перевелся совсем недавно вместе с Ксюшей и Платоном, и с первого же дня они дали понять: старые правила здесь больше не работают.

– Эй, Алиса! – окликнул меня Герман, тряхнув своими кучеряшками. – Видела, что эти трое устроили в столовой? Платон и Герман — ну, тот, другой Герман из параллели — чуть не подрались из-за места.

– Мне нет дела до их разборок, – ответила я, открывая тетрадь.

– Да ладно тебе, – подал голос Камран, подпрыгивая, чтобы казаться выше. – Они же наш класс буквально кошмарят. Особенно этот Маля.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась. В класс вошел Маля. На нем была расстегнутая рубашка, в руках телефон, на который он, кажется, записывал очередной ролик. За ним семенила Ксюша, которая тут же направилась к парте Димы, игнорируя испепеляющий взгляд Полины.

Маля прошел мимо меня, обдав запахом дорогого парфюма и какой-то дерзости. Он остановился, окинул взглядом класс и вдруг затормозил прямо у моей парты.

– О, лилия проснулась, – усмехнулся он, кивнув на мою заколку. – Симпатично. Для ТикТока снимешься?

Я медленно подняла на него глаза. Карие против его насмешливых.

– Только если ты научишься застегивать пуговицы, Маля, – спокойно ответила я.

Класс охнул. Рома, который вечно сидел на задней парте и рисовал странные схемы, даже перестал строчить в блокноте.

Маля не разозлился. Напротив, в его глазах промелькнул интерес. Он оперся руками о мой стол, так что его лицо оказалось совсем близко. Я видела каждую деталь его самоуверенной ухмылки.

– А ты колючая, Алиса. Мне нравится.

– Маля, оставь её, – крикнула Ксюша от парты Димы. – У нас дела, помнишь? Платон уже ждет за школой.

Маля нехотя отстранился, но продолжал смотреть на меня.

– Мы не договорили, – бросил он и направился к выходу, увлекая за собой Платона, который до этого момента молча подпирал стену, явно готовый ввязаться в любую авантюру.

Как только они вышли, Соня тут же подлетела ко мне.

– Алиса, ты с ума сошла? Ты же знаешь, что они творят! Я как староста должна доложить о его поведении, он сорвал начало урока, хотя учителя еще нет!

– Успокойся, Соня, – вздохнула я. – Он просто ищет внимания.

Весь день прошел как в тумане. На переменах я видела, как Ксюша буквально виснет на Диме, доводя Полину до белого каления. Саша и Наташа о чем-то шептались в углу, а Герман и Камран обсуждали, как им «поставить на место» новеньких, хотя все понимали, что это лишь пустые разговоры.

После уроков, когда я уже собиралась уходить, Маля подкараулил меня у выхода. Он стоял, прислонившись к колонне, и крутил в руках телефон.

– Слушай, Алиса, – начал он, отбрасывая привычный тон хулигана. – Я серьезно насчет видео. У тебя стиль классный. Эти бабочки, ногти... В кадре будет смотреться топово.

– Ты всех так в свои сети заманиваешь? – я поправила сумку на плече. – Сначала хамишь, потом комплименты отвешиваешь?

– Нет, только тех, кто не боится смотреть мне в глаза, – он сделал шаг навстречу. – Твой класс — болото. Дима этот со своими драмами, Соня с её «я как староста»... Скучно. А ты другая.

Я почувствовала, как щеки предательски розовеют, несмотря на слой бронзера.

– Мне нужно домой, Маля. Конец года, годовые оценки...

– Да брось, – он преградил мне путь. – Оценки — это цифры. А жизнь — это драйв. Пойдем, погуляем? Платон и Герман там собираются устроить пранк над физруком, будет весело.

– Пранк над физруком? – я нахмурилась. – Вы точно напроситесь на исключение.

– Риск — это часть контента, – он подмигнул мне.

В этот момент из школы вышла Ксюша. Увидев нас вместе, она скривилась так, будто съела лимон.

– Маля, ты идешь? Мы договаривались! – капризно крикнула она.

– Иди, Ксюша, я догоню, – отмахнулся он, даже не глядя в её сторону.

Она фыркнула и, громко стуча каблуками, ушла в сторону стадиона.

– Ну так что? – Маля снова повернулся ко мне. – Лилии сегодня гуляют?

Я посмотрела на свои руки, на аквариумные ногти, в которых отражалось заходящее майское солнце. Внутри боролись два чувства: привычное желание быть правильной ученицей седьмого класса и внезапное, острое любопытство к этому парню, который перевернул нашу школьную жизнь с ног на голову.

– Только если без криминала, – наконец сказала я.

Маля расплылся в широкой улыбке.

– Обещаю. Почти.

Мы пошли по школьному двору. Впереди был вечер, полный странных шуток, громкой музыки из его телефона и ощущения, что этот конец учебного года я запомню навсегда. Где-то позади остались разборки Димы и Полины, ворчание Сони и странные рисунки Ромы. Впереди был Маля, который, кажется, действительно видел во мне не просто одноклассницу в форме, а кого-то гораздо более важного.

– Кстати, – сказал он, когда мы вышли за ворота. – Тебе реально идут эти бабочки. Они как будто настоящие.

– Спасибо, – тихо ответила я, чувствуя, что этот май только начинается.

Мы шли мимо цветущих каштанов, и я поймала себя на мысли, что школа — это не только уроки и правила. Это еще и люди, которые приходят, чтобы встряхнуть твой мир, даже если они делают это с помощью ТикТока и дерзких ухмылок.

– Алиса? – позвал он.

– Что?

– А ты знаешь, что у лилий очень сильный аромат? Его ни с чем не спутаешь.

– Знаю, – улыбнулась я.

– Вот и ты такая. Тебя ни с кем не спутаешь.

Я посмотрела на него и поняла: этот седьмой класс закончится совсем не так, как я планировала. И, возможно, это было именно то, что мне нужно.

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в цвета моих заколок — розовый, оранжевый и золотой. Впереди была неизвестность, но рядом был Маля, и почему-то мне совсем не было страшно.