Альфа

Я стоял у панорамного окна своей гостиной, наблюдая за тем, как вечерние сумерки опускаются на Сеул. Мое отражение в стекле казалось чужим: высокий мужчина ростом под 190, с острыми чертами лица и глазами цвета грозовой тучи. Статус Теневого Монарха не давал мне покоя даже в мирное время — моя аура доминантного альфы невольно заполняла пространство, заставляя тени в углах комнаты мелко дрожать от предвкушения приказа.

Дверь щелкнула, и в дом вошел Сухо. Мой сын. Моя гордость и, в то же время, моя самая большая тревога. В свои семнадцать он был почти моей копией: те же черные волосы, те же черты лица, но ростом чуть пониже — 180 сантиметров, и, в отличие от меня, он был омегой. Мягким, но упрямым, пахнущим свежестью после дождя.

Однако сегодня его запах был другим. Горьким, удушливым, пропитанным разочарованием и тихой обидой.

— Сынок, что случилось? — Я обернулся, когда Ча Хэ Ин, моя жена, вышла из кухни, встревоженно глядя на сына.

Сухо не ответил сразу. Он бросил сумку на пол и бессильно опустился на диван, закрыв лицо руками.

— Это из-за него? — мягко спросила Хэ Ин, присаживаясь рядом. — Из-за того альфы, о котором ты рассказывал?

Сухо глухо застонал.

— Он динамит меня, пап. Просто игнорирует. А он мне так нравится... Я никогда никого так не любил.

Я нахмурился. Мой сын, наследник силы, которая может сокрушать миры, страдает из-за какого-то мальчишки?

— Кто он? — мой голос прозвучал жестче, чем я планировал.

Сухо достал телефон и дрожащими пальцами открыл фотографию.

— Окумура Юки. Ему восемнадцать. Он... он невероятный.

Я взглянул на экран. С фото на меня смотрел высокий, статный альфа. Рост около 192, черные взъерошенные волосы с выбритыми висками, пронзительные небесно-голубые глаза, контрастирующие с фарфорово-бледной кожей. В ушах несколько проколов, на руке — сложная татуировка из абстрактных линий. Он выглядел как мечта любого омеги: умный, красивый, уверенный в себе.

— По-моему, он сирота, — добавил Сухо, шмыгнув носом. — Он живет один, никого к себе не подпускает.

Мы с Хэ Ин переглянулись. В моем сердце шевельнулось странное предчувствие. Тени внутри меня заволновались, словно узнавая что-то знакомое, но давно забытое.

— Мы поговорим с ним, — твердо сказал я. — Завтра.

---

Парк в центре города был залит солнечным светом. Юки сидел на скамье под старой сакурой, читая какую-то толстую книгу. Мы с Хэ Ин подошли к нему, оставив Сухо в нескольких метрах позади, чтобы он мог слышать, но не мешал разговору.

Юки поднял взгляд. Его голубые глаза были холодными и спокойными. Он не вздрогнул под моим тяжелым взглядом, что было редкостью даже для сильных альф.

— Здравствуйте, — произнес он низким, бархатистым голосом. — Полагаю, вы пришли купить мое согласие на свидание с вашим сыном? Это довольно утомительно.

— Мы пришли поговорить, как мужчина с мужчиной, — ответил я, стараясь сдерживать свою ауру. — Мой сын любит тебя, Окумура. Почему ты так холоден с ним?

Юки закрыл книгу и медленно встал. Он был выше меня на пару сантиметров, и его присутствие... оно было странным. Тяжелым.

— Я знаю, что он меня любит, — спокойно ответил юноша. — Но мы не можем быть вместе. Никогда.

— Почему?! — Сухо не выдержал и подбежал к нам, его глаза блестели от слез. — Юки, я же люблю тебя! Что со мной не так?

Юки посмотрел на него с нескрываемой печалью. Затем его взгляд переместился на меня, и в нем вспыхнула искра чего-то острого, почти ядовитого.

— Может быть, потому, что я твой брат, Сухо? — тихо сказал он.

Мир вокруг словно замер. Хэ Ин ахнула, прикрыв рот ладонью. Сухо застыл, не дыша.

— О чем ты говоришь? — мой голос стал похож на рык.

— Твой папаша, — Юки кивнул в мою сторону, — восемнадцать лет назад, когда только получил свою Систему, был в Японии. Ты помнишь это время, Сон Джинву? У него начался гон. Неконтролируемый, дикий. Моя мама оказалась рядом. Она была простой женщиной, которая просто хотела помочь раненому человеку. Из-за гона он ничего не помнит, и она никогда не искала его. Но ДНК не лжет.

Юки медленно приподнял край своей черной футболки со спины. На пояснице, прямо над копчиком, отчетливо виднелось родимое пятно в форме полумесяца. Точно такое же, как у моего отца, Сон Иль Хвана. Точно такое же, как у Сухо.

И тут произошло то, что заставило мою кровь заледенеть. Из-под ног Юки, из его собственной тени, внезапно вырвались черные теневые щупальца. Они извивались всего мгновение, прежде чем исчезнуть по его воле.

— Ты... — я не мог закончить фразу.

— Я унаследовал часть твоей силы, — сухо закончил Юки. — Но мне не нужны твои титулы и твои деньги.

В этот момент к нам подошел другой молодой человек. Он был очень красив: рост около 185, черные волосы, серые глаза, которые казались подведенными стрелками из-за густых ресниц. От него пахло дорогим парфюмом и спокойствием.

— Юки, прости, долго ждешь? — спросил он, затем вежливо поклонился нам. — Здравствуйте.

Юки обнял его за плечи, и его взгляд мгновенно смягчился.

— Это Чон Ливон, мой омега, — представил он его. — Ливон — будущий адвокат. Он — моя семья.

Ливон посмотрел на меня, и в его глазах не было страха, только легкое любопытство.

— Я знаю, кто вы, — произнес Ливон мелодичным голосом. — Великая «золотая семья» Сон. Приятно познакомиться, но нам пора.

— Юки, мы могли бы сходить в ту новую кондитерскую, о которой ты говорил, — Ливон потянул его за руку.

Они начали уходить, оставляя нас в оглушительной тишине. Сухо стоял, раздавленный правдой, его мир рухнул прямо здесь, на парковой аллее.

Юки на секунду обернулся через плечо. Он улыбнулся, обнажая острые клыки, и я увидел, как его тень на асфальте неестественно шевельнулась, словно живое существо, верное только своему хозяину.

— Сон Джинву, — бросил он напоследок, — мне от тебя ничего не нужно. У меня уже есть всё, что мне дорого.

Они скрылись за поворотом, а я остался стоять, глядя на свои руки. Тени шептали мне о том, что я совершил ошибку много лет назад, но сейчас, глядя на удаляющуюся спину своего непризнанного сына, я понимал: он вырос сильнее, чем я мог себе представить. И он был абсолютно свободен от меня.