Щастье монарха

Тишина в нашем доме всегда была относительной. Даже когда Хэ Ин уходила по делам, а Сухо пропадал на тренировках, воздух в стенах поместья Сон вибрировал от избытка маны. Но сегодня всё было иначе. Сухо ушел рано утром, Хэ Ин обещала вернуться только к вечеру, и мы остались вдвоем.

Юми. Моя дочь.

Я помню день, когда мы решили ее удочерить. В ней было что-то такое, что не позволяло пройти мимо — дикий, несломленный огонь в глазах, который я видел лишь у сильнейших охотников. Сейчас ей семнадцать. При росте в сто шестьдесят два сантиметра она казалась почти хрупкой рядом со мной, но эта хрупкость была обманчивой. Ее иссиня-черные волосы, вечно растрепанные, короткими прядями обрамляли лицо, а ярко-голубые глаза, обычно скрытые за круглыми очками в тонкой оправе, видели мир гораздо четче, чем многие взрослые маги.

Она была умна. Черт возьми, она была слишком умна для своего возраста и пугающе талантлива в боевых искусствах.

– Ты слишком медлишь, папа, – раздался ее голос, эхом отразившись от стен тренировочного зала в подвале.

Зал был скрыт мощнейшим барьером, который я возвел лично. Здесь мы могли не сдерживаться. Здесь Теневой Монарх мог быть просто учителем, а Юми — моей лучшей ученицей.

Она стояла в центре мата, тяжело дыша. На ней были короткие спортивные шорты и облегающий топ, не скрывающий татуировку на плече. Ее кожа слегка блестела от пота, а на губах, обычно сжатых в тонкую линию, играла дерзкая усмешка.

– Медлю? – я усмехнулся в ответ, медленно снимая футболку и бросая ее в угол. – Я просто даю тебе шанс почувствовать вкус победы, прежде чем закончу это.

– Попробуй, – бросила она.

В следующее мгновение она сорвалась с места. Ее движения были резкими, рваными, как у дикой кошки. Она не использовала магию в чистом виде, полагаясь на акробатику и технику, которую отточила до совершенства. Но я был быстрее.

Мир вокруг нас замедлился. Я видел траекторию каждого ее удара, чувствовал колебания воздуха. Я перехватил ее руку, увернулся от удара коленом и, используя ее же инерцию, повалил на маты.

Глухой удар о мягкое покрытие. Юми попыталась вывернуться, но я навалился сверху, блокируя ее движения своим весом. Моя ладонь легла на ее бедро, фиксируя ногу, а другая рука прижала ее плечо к полу. Ее топ задрался, обнажая плоский, подтянутый живот, который часто вздымался от прерывистого дыхания.

Мы замерли. Расстояние между нашими лицами сократилось до нескольких сантиметров. Я чувствовал жар, исходящий от ее тела, и запах — смесь цитрусового парфюма, пота и чего-то острого, присущего только ей.

– Попалась, – выдохнул я ей в самые губы.

– Это... нечестно, – прошептала она, но в ее глазах не было злости. Там плескалось нечто совсем иное. Тлеющее, темное, первобытное.

В моих руках она казалась такой маленькой, но в то же время невероятно сильной. Эта дикость, которую она всегда пыталась скрыть за очками и серебряными серьгами-цепочками, сейчас вырвалась наружу. Мои тени, почуяв мое внутреннее состояние, зашевелились. Тонкие черные жгуты, послушные моей воле, скользнули по полу и перехватили запястья Юми, прижимая их над ее головой.

Она вздрогнула, когда я уткнулся лицом в изгиб ее шеи.

– Папа... – ее голос сорвался на выдох, когда она почувствовала мое возбуждение, твердо упирающееся в ее бедро.

Я не был просто человеком. Я был Монархом. И прямо сейчас все те чувства, которые я подавлял годами, превращая их в отеческую заботу, начали трансформироваться в нечто разрушительное и прекрасное одновременно.

Моя рука скользнула под край ее коротких шорт. Кожа там была нежной, почти атласной. Я начал медленно поглаживать ее, чувствуя, как она напрягается под моими пальцами. Юми закусила губу, сдерживая рвущийся наружу стон, ее глаза затуманились, а зрачки расширились, почти полностью поглотив голубую радужку.

– Не сдерживайся, – прошептал я, прикусывая ее сосок через тонкую ткань топика.

Она выгнулась дугой, ее тело задрожало. Я чувствовал, как барьер вокруг нас вибрирует от напряжения. В этот момент не существовало системы, не существовало Сухо, не существовало долга. Были только мы.

Одним резким движением я сорвал с нее шорты. Мои собственные штаны полетели в сторону. Когда я вошел в нее, мир на мгновение вспыхнул ослепительно белым светом. Юми вскрикнула, но я тут же впился в ее губы, заглушая звук поцелуем.

Это было похоже на столкновение двух стихий. Она отвечала на каждое мое движение с той же яростью, с которой тренировалась. Ее ногти впивались в мои плечи, оставляя красные борозды, которые заживали почти мгновенно, но боль приносила странное удовлетворение.

– Еще... – шептала она между рваными вдохами. – Сон Джинву... еще.

Она впервые назвала меня по имени в такой обстановке, и это стало последней каплей. Я двигался в ней, задавая бешеный ритм, чувствуя, как ее внутренняя сила тянется к моей, как наши маны переплетаются, создавая водоворот черного и голубого пламени.

Подвал был залит тенями, которые танцевали на стенах, повторяя наши движения. В этой тишине, нарушаемой только нашими стонами и звуком плоти о плоть, я понимал, что мы перешли черту, из-за которой нет возврата.

Юми была моей. Не по крови, но по духу, по силе и теперь — по праву обладания. Она была создана из той же тьмы, что и я, и только я мог укротить этот огонь, не сгорев в нем.

Когда финал накрыл нас, я прижал ее к себе так сильно, словно хотел вплавить в свое тело. Она дрожала, уткнувшись мне в плечо, а ее серебряные серьги тихо позвякивали о мою кожу.

– Ты сумасшедшая, – тихо сказал я, когда дыхание немного выровнялось.

Юми приподнялась на локтях, ее волосы были в полном беспорядке, а очки валялись где-то в стороне. Она посмотрела на меня своими яркими глазами и слабо улыбнулась.

– Я твоя дочь, – ответила она, проводя пальцем по моей челюсти. – Чего еще ты ожидал?

Я посмотрел на нее — на эту невероятно красивую, умную и опасную девушку — и понял, что этот вечер изменил всё. Сухо вернется и увидит во мне отца. Хэ Ин вернется и увидит мужа. Но Юми... Юми теперь видела во мне того, кем я был на самом деле. Ее Монарха.

Я помог ей подняться, бережно обнимая за талию. Мы стояли посреди разгромленного тренировочного зала, окруженные остатками магии и тишиной, которая больше не была пустой. Она была наполнена тайной, которую мы будем хранить вечно.

– Нам нужно привести себя в порядок до прихода Сухо, – заметил я, поднимая ее футболку.

– У нас есть еще пара часов, – Юми хитро прищурилась, прижимаясь ко мне спиной. – Может, проведем еще один раунд... для закрепления техники?

Я не смог сдержать смеха. В этой девочке было слишком много от меня.

– Иди в душ, маленькая разбойница. Пока я не передумал и не запер нас здесь до утра.

Она легко чмокнула меня в щеку и, подхватив свои вещи, скрылась в дверях. Я остался один, глядя на свои руки. Тени все еще подрагивали на кончиках пальцев, довольные и сытые.

Да, Сухо действительно был моей копией — те же серые глаза, тот же рост, та же сила. Но Юми... Юми была моей душой. Темной, непокорной и бесконечно преданной. И я знал, что сделаю всё, чтобы защитить этот огонь, который мы только что разожгли в глубине нашего дома.