(гарем) вару

Вару сидел на подоконнике, уткнувшись в потрёпанную книгу. Это было странно само по себе — пятый клон редко проявлял интерес к литературе, если только она не содержала рецептов особо едких красок или планов по захвату мира. Но сегодня в доме царила подозрительная тишина, и Вару решил, что это идеальный момент, чтобы немного отвлечься от реальности.

Внезапно идиллия была нарушена. Что-то мягкое и тяжёлое с глухим звуком врезалось ему прямо в лицо, выбивая книгу из рук.

— Какого черта?! — Вару отбросил подушку, чувствуя, как очки чуть съехали на кончик носа.

Он открыл глаза и замер. Перед ним стояли не только привычные клоны, чьи лица он видел каждый день до тошноты. В центре гостиной, широко улыбаясь, стоял Джокер. Рядом с ним, опершись на трость, замер Рикардо, а Чарли с энтузиазмом размахивал кисточкой, едва не попадая краской на штаны Фёдора. Даже Эмма, скрестив руки на груди и сохраняя свой обычный суровый вид, едва заметно приподняла уголки губ.

Вару на секунду забыл, как дышать. Его взгляд метался от одного гостя к другому. Телефон, лежавший рядом, был мгновенно отложен в сторону.

— Вы... вы что здесь делаете? — голос Вару дрогнул, но на лице тут же расплылась его фирменная хитрая ухмылка.

Он не стал ждать ответа. Спрыгнув с подоконника, Вару буквально рванул к пришедшим. Первым под его «обстрел» попал Джокер. Вару врезался в него, едва не сбив с ног, и тут же переметнулся к Рикардо и Чарли.

— Ну наконец-то! — воскликнул Вару, хлопая Рикардо по плечу. — А то я уже начал думать, что эти зануды меня окончательно заживо похоронят в своей бытовухе.

— Мы не могли пропустить такое веселье, — усмехнулся Рикардо, поправляя воротник. — Тем более, Джокер сказал, что у тебя тут намечается что-то интересное.

Фёдор, стоявший чуть поодаль, подошёл ближе и положил руку Вару на голову, взъерошив его и без того спутанные зелёные кудри.

— Ну что, Вару, рад нас видеть? — спросил Создатель с теплотой в голосе.

— Ещё бы, — фыркнул Вару, хотя в глубине души его сердце бешено колотилось.

В доме тут же стало шумно. Заиграла музыка — кто-то включил старый проигрыватель, и ритмичные басы начали сотрясать стены. Клоны расслабились, начали переговариваться, а воздух наполнился предвкушением чего-то необычного.

Вару чувствовал на себе взгляды. И это были не просто взгляды. Фёдор смотрел на него с какой-то странной, собственнической нежностью. Джокер, прислонившись к стене, не сводил с него горящих глаз, в которых плясало безумие и страсть. Рикардо же наблюдал за ним холодно и расчётливо, но в этой холодности чувствовалось скрытое пламя.

— Эй, зелёнка, — Джокер подошёл к нему вплотную, перекрывая путь к остальным. — Ты сегодня какой-то особенно... яркий. Не находишь?

— Я всегда яркий, Джо, — Вару дерзко вскинул подбородок. — Просто ты ослеп от моей красоты.

— Возможно, — Джокер наклонился к самому его уху, обжигая дыханием. — А может, я просто хочу проверить, насколько глубоко уходит этот зелёный цвет.

Вару почувствовал, как по спине пробежал холодок, но не от страха, а от возбуждения. Однако не успел он ответить, как между ними вклинился Фёдор.

— Джокер, не наглей, — голос Создателя прозвучал низко и предостерегающе. — Вару сегодня мой гость в первую очередь.

— Твой? — Рикардо подошёл с другой стороны, приподняв бровь. — Насколько я помню, он принадлежит самому себе. Но если уж мы говорим о правах... я бы тоже не отказался от его компании.

Вару оказался в центре этого странного треугольника. Напряжение в воздухе можно было резать ножом. Музыка стала громче, перекрывая голоса остальных клонов, которые, кажется, решили не вмешиваться в назревающую бурю.

— Так, мальчики, — Вару хитро прищурился, переводя взгляд с одного на другого. — Ревность — это, конечно, лестно, но я не люблю, когда меня делят как кусок пирога. Хотя... если вы готовы побороться...

Он специально сделал паузу, облизнув губы. Это был чистый провокационный жест, и он сработал.

Фёдор первым не выдержал. Он схватил Вару за локоть и потянул на себя, увлекая в сторону пустой комнаты.

— Нам нужно поговорить, — бросил он через плечо остальным.

— О, мы ещё не закончили, Создатель, — пропел Джокер вслед, его глаза опасно блеснули.

В комнате было темно, только свет из коридора падал узкой полосой на пол. Фёдор прижал Вару к двери, едва та закрылась.

— Ты играешь с огнём, Вару, — прошептал Фёдор, сокращая расстояние между их лицами.

— А ты разве не знал, что я люблю пожары? — Вару выдохнул это прямо ему в губы.

Поцелуй был резким и требовательным. Фёдор не сдерживался, словно пытался доказать своё право на Вару. Его руки скользнули под футболку, обжигая кожу. Вару ответил с той же яростью, вплетая пальцы в волосы Создателя.

Но дверь внезапно распахнулась. На пороге стоял Рикардо, а за его спиной виднелась высокая фигура Джокера.

— Вы слишком долго «разговариваете», — холодно заметил Рикардо.

— Я же говорил, что он не удержится, — Джокер усмехнулся, проскальзывая внутрь. — Зачем выбирать кого-то одного, когда можно взять всё?

Вару, тяжело дыша, отстранился от Фёдора. Его очки немного сползли, обнажая лихорадочный блеск глаз.

— Ну что, — Вару обвёл их взглядом, чувствуя, как внутри всё горит от азарта. — Посмотрим, кто из вас окажется лучшим?

Музыка за стеной сменилась на более медленную, тягучую мелодию. Ревность, которая мгновение назад едва не переросла в драку, трансформировалась в нечто иное — в общее, тёмное желание.

Эмма и Чарли в гостиной о чём-то спорили, Пик ворчал на Куромаку, но здесь, в этой комнате, время словно остановилось. Вару знал, что эта ночь изменит всё. Он чувствовал власть над ними, и эта власть пьянила сильнее любого вина.

— Вару... — голос Рикардо стал низким, почти рычащим.

— Тсс, — Вару приложил палец к своим губам, а затем к губам Рикардо. — Меньше слов. Вы же знаете, я люблю действие.

Джокер подошёл сзади, обнимая Вару за талию и прижимаясь к его спине. Фёдор стоял напротив, не отрывая взгляда. Рикардо взял его за руку, переплетая пальцы.

В этот момент Вару понял: музыка в его голове звучит гораздо громче, чем та, что играет в доме. И эта музыка была написана только для них четверых.