От ненависти до любви

Дом в лесу встретил их запахом хвои и пугающей тишиной, которую компания тут же нарушила шумом моторов и громким смехом. Это должна была быть идеальная неделя: три коттеджа, озеро и полное отсутствие родителей. Но для Насти эта поездка с самого начала казалась испытанием.

Она стояла у багажника, пытаясь вытащить свой тяжелый чемодан, когда чья-то широкая ладонь легла поверх её пальцев.

– Отойди, мелочь, а то ещё придавит, – раздался над ухом до боли знакомый, насмешливый голос.

Настя резко обернулась, встретившись взглядом с тёмными, как грозовое небо, глазами Вадима. Его высокомерная ухмылка, как всегда, вызвала у неё желание либо ударить его, либо убежать подальше.

– Я справлюсь сама, Вадим, – процедила она, дернув ручку на себя. – Занимайся своими делами. Например, иди проверь, не закончился ли у тебя запас самовлюбленности.

Вадим хмыкнул, но чемодан не отпустил. Напротив, он придвинулся ближе, так что Настя почувствовала терпкий аромат его парфюма, смешанный с запахом сигарет.

– Какая ты колючая сегодня, Настенька, – прошептал он, и в его голосе проскользнула странная хрипотца. – Смотри, не поранься.

– Эй, Вадим, оставь её в покое! – Слава подошел к ним быстрым шагом, его лицо было напряжено. Он перехватил чемодан Насти и мягко отодвинул девушку себе за спину. – Мы приехали отдыхать, а не слушать твои ядовитые комментарии.

Вадим поднял руки в притворном жесте капитуляции, но его взгляд, направленный на Настю, оставался обжигающим.

– Конечно, рыцарь на белом коне уже тут, – бросил он через плечо, уходя к дому. – Только смотри, Слава, кони иногда спотыкаются.

Настя выдохнула, чувствуя, как дрожат кончики пальцев. Она ненавидела Вадима с первого класса. За его дерзость, за то, как он смотрел на неё — словно видел насквозь все её страхи, и за то, что он был единственным человеком, способным вывести её из равновесия одной фразой.

– Ты в порядке? – Слава коснулся её плеча, и в его глазах Настя прочитала ту самую нежность, которая пугала её не меньше, чем грубость Вадима. Она знала, что Слава любит её. Знала, но не могла ответить тем же, как ни старалась.

– Да, всё хорошо, – она улыбнулась, стараясь придать голосу уверенности. – Пойдем внутрь, Вика и Лера уже наверняка заняли лучшие комнаты.

Вечер наступил быстро. В гостиной разожгли камин, на столе появились бутылки с виски и вином, а музыка заглушила звуки леса. Даня и Акин уже вовсю спорили о чем-то, размахивая стаканами, а девчонки устроили танцы прямо на ковре.

Настя сидела в углу дивана, прихлебывая вино. Алкоголь приятно расслаблял, но чувство тревоги не покидало её. Вадим сидел напротив, в кресле, и, казалось, не участвовал в общем веселье. Он просто наблюдал. За ней.

– Давайте в «Правду или действие»? – крикнула Лера, перекрывая музыку. – Только по-взрослому! Без этих детских «расскажи секрет».

Компания с энтузиазмом поддержала идею. Бутылка закрутилась на полу, отбрасывая блики. Первые раунды были безобидными: Даня съел лимон без сахара, Вика призналась, кто ей нравился в восьмом классе. Но чем меньше оставалось алкоголя в бутылках, тем опаснее становились задания.

Очередь дошла до Вадима. Бутылка указала на него, а крутил её Слава. В воздухе мгновенно сгустилось напряжение.

– Правда или действие? – Слава прищурился, глядя на своего давнего соперника.

– Действие, – коротко бросил Вадим, откинувшись на спинку кресла.

Слава обвел взглядом комнату и его взгляд остановился на Насте. В его глазах промелькнула тень ревности и вызова.

– Поцелуй ту, которую считаешь здесь самой красивой, – сказал Слава, явно ожидая, что Вадим выберет Вику или Леру, с которыми тот периодически флиртовал.

В комнате повисла тишина. Настя почувствовала, как сердце пропустило удар. Вадим медленно поднялся. Его движения были ленивыми, хищными. Он не смотрел ни на Вику, ни на Леру. Его взгляд был прикован к Насте.

Он подошел к ней, и Настя забыла, как дышать. Его присутствие заполняло всё пространство вокруг.

– Это просто игра, Настя, – прошептал он так тихо, что услышала только она.

Он наклонился, его рука легла ей на затылок, пальцы запутались в волосах. Настя ждала грубого, издевательского жеста, но когда его губы коснулись её, мир вокруг просто перестал существовать. Это был не просто поцелуй. Это был пожар. В нем было всё: годы взаимной неприязни, невысказанные слова, скрытая страсть, которую они оба так долго отрицали.

Настя невольно ответила, её ладонь легла ему на грудь, чувствуя, как бешено колотится его сердце. В этот момент она поняла — он не ненавидит её. И она его тоже.

– Хватит! – выкрикнул Слава, вскакивая с места. Его лицо было бледным от ярости. – Это уже чересчур!

Вадим отстранился не сразу. Он еще секунду смотрел Насте в глаза, и в этом взгляде она увидела нечто такое, что заставило её душу сжаться.

– Ты сам выбрал задание, Слава, – холодно произнес Вадим, разворачиваясь.

– Ты сделал это специально, чтобы позлить меня! – Слава сделал шаг вперед, сжимая кулаки. – Ты всегда лезешь туда, где тебе не место!

– Ребята, остыньте! – Даня попытался встать между ними, но Слава уже не слушал.

– Она тебе не игрушка, Вадим! Ты её не достоин!

– А ты достоин? – Вадим усмехнулся, и эта ухмылка стала последней каплей.

Слава замахнулся, и через секунду в гостиной завязалась драка. Полетели стаканы, послышался крик Вики. Акин и Даня бросились разнимать парней, но те сцепились мертвой хваткой.

– Перестаньте! Хватит! – Настя кричала, чувствуя, как слезы застилают глаза. Она не выдержала и выбежала из дома, в холодную ночную тьму.

Лесной воздух обжег легкие. Она бежала к озеру, не разбирая дороги, пока не упала на траву у самой кромки воды. Её трясло — от холода, от страха и от того осознания, которое только что поразило её.

Тихий хруст веток заставил её вздрогнуть.

– Уходи, Слава, пожалуйста... – всхлипнула она, не оборачиваясь.

– Это не Слава, – раздался голос, от которого по коже пробежали мурашки.

Вадим стоял в нескольких шагах. На его скуле уже наливался синяк, а губа была разбита. Он выглядел потрепанным, но взгляд его был непривычно мягким.

– Зачем ты пришел? – Настя поднялась, вытирая слезы. – Ты всё разрушил. Ты всегда всё портишь!

– Я разрушил? – он подошел ближе, и на этот раз Настя не отступила. – Настя, посмотри на меня. Ты правда думаешь, что я сделал это, чтобы позлить его?

– А разве нет? Ты же меня ненавидишь.

Вадим горько усмехнулся и сделал последний шаг, сокращая расстояние между ними до минимума.

– Я ненавидел то, что ты делаешь со мной, – он взял её лицо в свои ладони, его большие пальцы нежно огладили её щеки. – Я ненавидел, что не могу перестать думать о тебе. Что каждое твое слово бьет меня сильнее, чем любой удар Славы. Ты — моя единственная слабость, Настя. И я чертовски устал это скрывать.

Настя смотрела на него, и её смелость, та самая внутренняя сила, о которой говорили друзья, вдруг вернулась. Она видела перед собой не врага, а человека, который был так же напуган своими чувствами, как и она.

– Ты придурок, Вадим, – прошептала она, притягивая его за ворот куртки к себе.

– Знаю, – ответил он, прежде чем снова накрыть её губы своими.

На этот раз не было зрителей, не было игры и не было правил. Был только шум леса, холодный ветер и двое людей, которые через годы взаимных обид наконец нашли дорогу друг к другу.

Где-то там, в доме, их ждали разгневанный Слава, напуганные подруги и куча объяснений. Но сейчас, под светом холодных звезд, это не имело значения.

– Мы не можем просто вернуться туда, – сказала Настя, когда они наконец отстранились.

– Мы и не вернемся к тому, что было, – Вадим обнял её со спины, прижимая к себе и согревая. – Теперь всё будет иначе.

Настя закрыла глаза, чувствуя, как её прошлая, понятная жизнь рассыпается в прах, уступая место чему-то пугающему, дикому и бесконечно прекрасному. Она знала, что впереди их ждет драма, возможно, еще не одна драка и много слез. Но глядя на темную гладь озера, она впервые за долгое время чувствовала себя на своем месте.

Эта неделя за городом только начиналась, и она обещала стать самой долгой и самой важной в их жизни.