Ф

Лес за пределами Эренфеста всегда казался Роуз-Майн местом, полным чудес, но сегодня он превратился в декорации для кошмара. Вместо редких трав и магических ингредиентов она нашла лишь холодные стены каменной пещеры, которая захлопнулась за ними, словно пасть огромного зверя.

– Госпожа Роуз-Майн, держитесь за моей спиной! – Бригитта выхватила меч, её доспехи тускло мерцали в магическом свете, исходящем от посоха девочки.

– Я... я в порядке, – прошептала Роуз-Майн, хотя её ноги подкашивались. В этом мире она уже привыкла к опасностям, но одно дело — печатать книги в уютной мастерской, и совсем другое — стоять перед ожившим мертвецом.

Перед ними возвышался кабан. Вернее то, что от него осталось: куски гнилой плоти свисали с обнажённых костей, а в пустых глазницах горел потусторонний синий огонь. Это было не просто магическое животное, а нечто, нарушающее законы природы.

– Дамуэль, левый фланг! – скомандовала Бригитта, но рыцарь едва успел уклониться от таранного удара монстра.

Тем временем у входа в пещеру ситуация была не менее напряжённой. Фердинанд, чьё лицо напоминало маску из холодного мрамора, сжимал свой штаб. Рядом с ним Сильвестр, обычно весёлый и беззаботный, выглядел непривычно собранным. Его королевская мантия была испачкана в пыли, а взгляд метал молнии.

– Я говорил тебе, Фердинанд, что отпускать её одну — плохая затея, – прорычал Сильвестр.

– Она была с рыцарями, – ледяным тоном отозвался Фердинанд. – И это задание было необходимо для её обучения. Кто же знал, что здесь активируется древняя ловушка с «квестами»?

Вильфрид, который увязался за ними, вопреки всем запретам, испуганно прижался к стене. Он чувствовал, как магия пещеры давит на плечи, запирая их внутри каменного лабиринта.

– Смотрите! – Вильфрид указал пальцем вглубь коридора. – Там кто-то есть!

Из тени, небрежно помахивая сорванной веткой, вышла девушка. На вид ей было около двадцати, одета она была в странную, нездешнюю одежду, которая, впрочем, выглядела удобной для леса. Она остановилась, с интересом разглядывая компанию высокопоставленных дворян и запертую магическую дверь.

– Ой, какие люди в нашем захолустье, – произнесла она, и в её голосе послышалась явная усмешка. – Неужели сам «Главный священник» и «Великий герцог» попались в мышеловку?

Фердинанд сузил глаза. Он почувствовал мощнейший поток маны, исходящий от этой незнакомки. Такой уровень... он не встречал подобного никогда.

– Кто ты такая и как здесь оказалась? – Экхарт мгновенно преградил ей путь, обнажив меч.

– Тома! – вдруг радостно закричал Вильфрид, выбегая вперед. – Тома, это я! Помоги нам, там Роуз-Майн, и там страшная свинья-зомби!

Девушка, которую звали Тома, улыбнулась, и эта улыбка была странно тёплой, несмотря на общую атмосферу.

– А, Вильфрид. Опять сбежал от учителей? – Она потрепала его по волосам, игнорируя направленное на неё оружие. – Ладно, мелкий, не плачь. Раз уж ты просишь, я разберусь с этим недоразумением.

Она повернулась к Фердинанду, который всё ещё сверлил её подозрительным взглядом.

– Знаешь, Фердинанд, в книгах ты казался более... рассудительным. А в жизни — просто колючий ёж с манией контроля.

Фердинанд на мгновение лишился дара речи. Откуда она знает его имя? И что значит «в книгах»?

Тома не стала ждать ответа. Она просто подошла к магическому барьеру, который не могли пробить лучшие рыцари, и коснулась его кончиками пальцев. Камень жалобно звякнул и рассыпался пылью.

Внутри пещеры Роуз-Майн и её рыцари были прижаты к стене. Кабан-мертвец готовился к последнему прыжку.

– Эй, пятачок, время спать, – звонко крикнула Тома.

Она легким шагом подошла к монстру. Кабан развернулся, издавая утробный рык, но Тома лишь коснулась его лба. В ту же секунду синее пламя в глазах зверя погасло, а гнилая плоть начала осыпаться, превращаясь в чистую белую пыль. Через мгновение на полу пещеры лежала лишь кучка пепла и маленькое зелёное семечко.

– Вот и всё, – Тома подняла семечко и сжала его в ладони. – Ему просто нужно было немного покоя.

Роуз-Майн, широко раскрыв глаза, смотрела на спасительницу. В её голове пронеслась мысль: «Она... она как я? Она знает, что это за мир?»

– Ты... ты тоже любишь читать? – первое, что вырвалось у Роуз-Майн, когда она смогла дышать.

Тома рассмеялась, и этот смех эхом разнёсся по пещере.

– О, крошка, я люблю читать даже больше, чем ты можешь себе представить. Но сейчас вам лучше выйти на свежий воздух, пока пещера не решила, что вы — часть интерьера.

Когда они выбрались наружу, солнце уже клонилось к закату. Сильвестр, отойдя от шока, попытался принять официальный вид.

– Мы благодарны за спасение. Я — Сильвестр, ауб Эренфест. Как мы можем отблагодарить тебя, леди Тома?

Тома скептически оглядела его, затем перевела взгляд на Фердинанда, который стоял, скрестив руки на груди, и выглядел так, будто решал сложнейшее уравнение.

– Благодарности не нужно. Просто держите своих рыцарей подальше от моего леса. И Вильфрида не наказывайте слишком сильно, он просто хотел приключений.

– Ты — та самая «Королева смерти» из соседнего королевства, – внезапно произнёс Фердинанд. Его голос был тихим, но в нём звенела сталь. – О тебе присылали уведомления. Говорили, ты опасна и непредсказуема.

– Опасна? – Тома горько усмехнулась. – Конечно. Потому что я не захотела быть их ручным оружием. Потому что я предпочитаю лечить деревья, а не убивать людей ради чужих амбиций.

Она подошла к ближайшему засохшему дубу, который пострадал от магии пещеры, и приложила к нему руку. На глазах у изумлённых дворян кора разгладилась, а ветви покрылись сочной зелёной листвой.

Фердинанд почувствовал, как внутри него что-то дрогнуло. Это не была просто мана. Это был резонанс. Его собственная магия, обычно холодная и дисциплинированная, вдруг отозвалась теплом на присутствие этой странной девушки. Уровень её силы был идентичен его собственному — редчайшее явление, которое делало её единственным возможным партнёром для него в этом мире.

– Ты не можешь просто уйти, – сказал Фердинанд, и сам удивился резкости своего тона.

Тома вскинула бровь.

– Это ещё почему? Опять начнёшь читать лекции о долге и дворянской чести?

– Потому что ты не знаешь, как управлять такой силой в этом регионе, – соврал Фердинанд, хотя на самом деле его злило то, что он не может её контролировать, и одновременно — что он не хочет её отпускать.

– Ой, избавь меня от этого, – Тома закатила глаза. – Я знаю этот сюжет наперёд. Сейчас ты предложишь мне «покровительство», которое на самом деле окажется золотой клеткой. Спасибо, я уже проходила это в другом королевстве.

Она повернулась, чтобы уйти, но Роуз-Майн подбежала к ней и схватила за край одежды.

– Пожалуйста! – воскликнула девочка. – Если вы останетесь, я... я напечатаю для вас любую книгу! У меня есть станки, у меня есть бумага! Вы сможете читать всё, что захотите!

Тома замерла. Предложение Роуз-Майн попало в самую цель. Она медленно обернулась, глядя на маленькую энтузиастку книгопечатания.

– Любую книгу, говоришь? – её голос смягчился. – Даже те, которых в этом мире ещё не существует?

– Да! Я всё напишу, всё напечатаю! Только не уходите совсем в глушь!

Тома посмотрела на Фердинанда. Тот стоял, нахмурившись, но в его глазах больше не было враждебности — только странное, жгучее любопытство и что-то ещё, что он сам пока не решался признать.

– Ладно, – Тома скрестила руки на груди. – Я согласна на переговоры. Но при одном условии.

– Каком? – хором спросили Сильвестр и Роуз-Майн.

– Фердинанд должен улыбнуться. По-настоящему. Хотя бы один раз.

Сильвестр расхохотался так, что распугал птиц на деревьях.

– Ну, леди, ты требуешь невозможного! Мы скорее найдём потерянный божественный артефакт, чем дождёмся улыбки от этого ледяного истукана!

Фердинанд лишь плотнее сжал губы, чувствуя, как кончики его ушей начинают краснеть. Он смотрел на Тому — дерзкую, опасную и невероятно живую — и понимал, что его спокойная, размеренная жизнь в Эренфесте только что закончилась.

– Я рассмотрю ваше предложение, – процедил он, отворачиваясь. – Но только ради безопасности герцогства.

– Ну конечно, ради безопасности, – подмигнула ему Тома, и Роуз-Майн могла поклясться, что увидела, как в руках Фердинанда на мгновение вспыхнула искра света, точь-в-точь такая же, как у их новой знакомой.

Путь к миру, полному книг, обещал быть долгим, но теперь у них был кто-то, кто не боялся ни смерти, ни самого главного священника.