ВЛАДИК И МАФАНЯ

Вечер в Москве дышал неоном и предвкушением очередного стрима. Мафаня, вальяжно раскинувшись в своем геймерском кресле, поправлял микрофон. Его лицо, освещенное мягким светом кольцевой лампы, выглядело идеально — образ крутого стримера, за которым следят тысячи, был выверен до мелочей. Но тишину квартиры нарушил не донат, а яростный рев мотора под окном.

Влад «Клевые Машины» не просто приехал. Он ворвался в пространство Мафани так, как умел только он: с визгом шин и запахом жженой резины. Через минуту он уже стоял в дверях комнаты, тяжело дыша, в своей неизменной кожаной куртке, пропахшей дорогим бензином и отчаянием.

– Влад, ты опять? – Мафаня даже не обернулся, продолжая настраивать ОБС. – У меня запуск через пять минут.

– Я видел твою сторис, Маф, – прохрипел Клевые Машины, делая шаг вперед. Его глаза горели лихорадочным блеском. – Ты опять улыбался в камеру так, будто тебе никто не нужен. Но я же знаю... я чувствую, как твое сердце бьется в такт моему двигателю V8! Я не могу без тебя, слышишь? Каждая миля, которую я проезжаю, ведет меня только к твоему подъезду.

Мафаня вздохнул, наконец повернувшись к нему. Влад Клевые Машины был воплощением страсти и скорости, его любовь была удушающей, как выхлопные газы в закрытом гараже, но в то же время такой искренней, что отрицать её было невозможно.

– Твои предъявы становятся всё страннее, Влад, – мягко сказал Мафаня. – Мы же обсуждали: личное пространство, границы...

– К черту границы! – Влад ударил кулаком по ладони. – Я купил ту «Ауди», которую ты лайкнул! Она твоя! Только будь со мной, не выходи в эфир, давай просто уедем на МКАД и...

Но романтическую тираду прервал странный звук. Из ванной комнаты донеслось ритмичное хлюпанье и приглушенная ругань. Через секунду в дверном проеме показался Зеленя. Он был по локоть в какой-то подозрительной субстанции, в руке сжимал разводной ключ, а на плече висел вантуз.

– Слышь, хозяин, – пробасил Зеленя, игнорируя драматическую сцену. – У тебя там в унитазе будто портал в ад открылся. Я, конечно, сантехник от бога, но этот засор... он как будто живой. Помощь нужна, или я буду использовать радикальные методы?

– Зеленя, не сейчас! – вскрикнул Мафаня, хватаясь за голову. – У меня тут судьбы решаются!

– Да мне плевать на судьбы, у меня прокладка течет, – огрызнулся Зеленя и снова скрылся в глубинах санузла, откуда тут же раздался грохот падающих труб.

Влад Клевые Машины сделал шаг к Мафане, собираясь взять его за руку, но в этот момент дверь квартиры, которую Зеленя забыл закрыть, распахнулась с пинка. На пороге стоял Лёня Пуншик.

Лёня был величествен в своей полноте. Его щеки лоснились, а в руках он держал огромный поднос с пончиками, залитыми розовой глазурью.

– Опять этот бензиновый маньяк здесь? – Лёня презрительно посмотрел на Влада. – Мафань, радость моя, зачем тебе этот запах гари, когда ты можешь купаться в сладости и уюте? Я принес тебе пунш. И себя.

– Пуншик, уходи, – прорычал Влад, загораживая собой стримера. – Он мой. Мы связаны узами высокого октанового числа!

– Твои узы скоро заржавеют, – парировал Лёня, грациозно (насколько позволял вес) обходя Влада. – Мафаня, посмотри на него. Он же заставит тебя менять масло по выходным. А со мной ты будешь просто лежать на диване и есть эклеры. Разве не об этом мечтает каждый крутой стример после двенадцатичасового потока?

Ситуация накалялась. Влад Клевые Машины уже тянулся к воротнику Лёни, Зеленя в ванной начал громко петь, чтобы заглушить шум воды, а Мафаня чувствовал, как у него начинает дергаться глаз.

– Хватит! – крикнул Мафаня. – Вы все... вы все просто...

Он не успел договорить. В комнату, один за другим, начали входить люди. Это была Великолепная Пятерка. Они двигались синхронно, словно бойз-бэнд, зашедший не в ту дверь. Их лидер, стример, чье имя заставляло трепетать чаты, шел впереди.

– Мы слышали, здесь происходит дележка сокровища, – произнес Лидер Великолепной Пятерки. – Но Мафаня — это не приз в гонках и не добавка к десерту. Мафаня — это контент. И мы пришли, чтобы забрать его в наш сквад.

Влад Клевые Машины оскалился.

– Только через мой труп и мою разбитую подвеску!

– И через мой запас углеводов! – добавил Лёня Пуншик, вставая в боевую стойку, при которой его живот угрожающе колыхнулся.

Зеленя вышел из ванной, вытирая руки о грязную майку.

– Пацаны, я там унитаз починил, но теперь раковина начала плеваться. О, а че это за массовка? Пятерка? Вы налоги платите?

В комнате воцарился хаос. Влад Клевые Машины пытался доказать Мафане, что его любовь быстрее любого оптоволокна. Лёня Пуншик пытался запихнуть в рот Мафане пончик, утверждая, что это лучший антистресс. Великолепная Пятерка окружила их плотным кольцом, выдвигая условия эксклюзивного контракта и совместных стримов по казино.

Мафаня стоял в центре этого безумия. Он смотрел на Влада, который искренне плакал, рассказывая о новой прошивке двигателя. Смотрел на Лёню, который вспотел от усердия, предлагая сладости. Смотрел на Зеленю, который начал откручивать кран прямо в комнате, просто «на всякий случай».

А потом его взгляд упал на одного из участников Великолепной Пятерки. Тот стоял чуть поодаль, не участвуя в общем споре. Он был... монументален. Его четыре подбородка каскадом спускались к воротнику футболки, создавая невероятный рельеф. Его пузо, обтянутое мерчем, было настолько величественным, что казалось, у него есть собственное гравитационное поле.

Мафаня почувствовал, как внутри него что-то щелкнуло. Все эти гонки, все эти пончики, все эти трубы... всё это было таким мелким по сравнению с ЭТИМ.

– Тишина! – рявкнул Мафаня.

Все замолкли. Влад Клевые Машины замер с ключами от машины в руке. Лёня Пуншик подавился крошкой. Зеленя уронил разводной ключ на ногу Лидеру Пятерки.

– Влад, – Мафаня посмотрел на Клевые Машины. – Твоя любовь — это драйв. Но я устал от скорости. Лёня, твои сладости — это вкус, но я боюсь диабета. Зеленя... ты просто лучший сантехник в моей жизни, оставайся, там на кухне еще капает.

Мафаня сделал шаг вперед, проходя мимо ошеломленных друзей, и остановился прямо перед тем самым стримером из Пятерки.

– Но ты... – Мафаня протянул руку и нежно коснулся одного из подбородков незнакомца. – В твоих четырех подбородках я вижу свое будущее. В твоем пузе я вижу покой, которого мне так не хватало. Это не просто жир. Это — харизма. Это — надежность.

Влад Клевые Машины рухнул на колени, закрыв лицо руками.

– Маф, как же так?! У него даже нет спойлера!

– Зато у него есть объем, Влад, – грустно ответил Мафаня. – Объем, который не влезет ни в один твой багажник.

Лёня Пуншик всхлипнул, роняя поднос.

– Я думал, мы будем есть вместе...

– Мы будем, Лёня, – Мафаня обернулся к нему напоследок. – Но теперь я буду только смотреть, как ест ОН.

Мафаня взял обладателя четырех подбородков за руку. Тот довольно хмыкнул, отчего его живописные складки на шее пришли в движение, создавая эффект гипноза.

– Пойдем, мой сладкий гигант, – прошептал Мафаня. – Стрим подождет. Мир подождет. Нам нужно обсудить план питания и то, как мы будем занимать весь диван.

Они вышли из комнаты, оставив позади разбитые сердца, рассыпанные пончики и Зеленю, который, пожав плечами, отправился докручивать гайки под раковиной.

Влад Клевые Машины еще долго смотрел вслед уходящей паре, а потом тихо произнес:

– Ладно. Но если он его разлюбит... я куплю ему грузовик. Там подбородков влезет еще больше.

А в ванной комнате снова зажурчала вода, смывая остатки былой драмы в идеально прочищенный унитаз.