Изюм

Общежитие техникума встретило парней прощальным запахом гари и суровым взглядом комендантши, которая лично проконтролировала, чтобы ноги Леши и Артема больше не переступали порог этого священного заведения. Попытка пожарить картошку во фритюре, закончившаяся факелом до потолка и закопченной кухней, поставила жирную точку в их бюджетной жизни.

– Ну, зато теперь у нас будет «элитное» жилье, – Леша поправил на плече тяжелую спортивную сумку, мышцы под черной футболкой напряглись. – Никаких дедов-вахтеров и комендантского часа. Свобода, Тема!

Артем, тащивший два огромных баула, замер, глядя на обшарпанную дверь старой сталинки.

– Лех, а если там клопы? Или бабка-хозяйка нас прирежет во сне за то, что мы дышим громко?

– Расслабься, тормоз, – Леша усмехнулся, сверкнув темными глазами. – Если что, я ее очарую. У меня на пенсионерок особый магнетизм.

Хозяйка, Антонина Петровна, оказалась женщиной с лицом, напоминающим сушеную сливу, и характером колючей проволоки. Она долго пересчитывала мятые купюры, подозрительно оглядывая парней.

– Вторую комнату две девки снимают. Тихие, приличные, – проскрипела она, звеня ключами. – Чтобы никаких пьянок, баб со стороны не водить и не жечь мне тут ничего! Увижу хоть спичку лишнюю — вылетите быстрее, чем из своего ПТУ.

– Мы на механиков учимся, бабуль, мы с огнем на «ты», – подмигнул Леша, проходя в коридор.

– Иди уже, «тыкальщик», – буркнула она и, хлопнув дверью, ушла.

Квартира оказалась на удивление просторной: высокие потолки, общая гостиная с потертым диваном и большая кухня. Парни стояли в прихожей, когда из глубины коридора послышались легкие шаги.

Навстречу им вышла девушка. Невысокая, с русым каре и огромными зелеными глазами, которые тут же испуганно расширились при виде двух рослых парней. На ней была объемная толстовка и домашние шорты.

– Ой, здравствуйте, – пролепетала она, прижимая к груди блокнот. – Вы… новые жильцы?

– Привет, красавица, – Леша тут же расплылся в своей самой обаятельной и опасной улыбке, бесцеремонно оглядывая девчонку. – Я Леша, это Артем. Мы теперь ваши официальные защитники от скуки и серых будней.

Артем, застывший с открытым ртом, только через пару секунд сообразил кивнуть.

– Я Вика, – она чуть покраснела и сделала шаг назад. – Антонина Петровна предупреждала. Пойдемте, я покажу вашу комнату. Она в конце коридора, напротив нашей.

Вика суетилась, открывая дверь и показывая, где что находится. Она явно нервничала, стараясь не смотреть парням в глаза.

– А вторая где? – Леша закинул сумку на кровать и обернулся к Вике. – Бабка сказала, вас двое.

– Соня в душе, – тихо ответила Вика. – Она скоро выйдет. Вы располагайтесь, если что-то нужно — спрашивайте.

– Мне уже много чего нужно, но боюсь, ты покраснеешь еще сильнее, – Леша хохотнул, за что получил локтем в бок от Артема.

– Перестань, – прошептал Артем, когда Вика ушла на кухню. – Она же совсем маленькая.

– Мелкая, зато милая, – Леша начал стягивать футболку, демонстрируя подкачанный торс, заработанный на сменах грузчиком. – Но мне интересно, что там за вторая «тихая и приличная».

Ответ не заставил себя ждать. Дверь ванной, находившейся прямо рядом с гостиной, с щелчком открылась. В облаке пара в коридор вышла девушка.

Время словно замедлилось. Артем, который как раз пытался запихнуть кроссовки под кровать, замер в полусогнутом состоянии. Леша, стоявший в дверном проеме своей комнаты, даже перестал жевать жвачку.

Соня была невысокой, с ослепительно белыми волосами до плеч, с которых еще стекали капли воды. Но главным было не это. На ней не было ничего, кроме одного крошечного белого полотенца. Оно было завязано так низко, что едва прикрывало изгиб ее упругих бедер, оставляя ноги полностью открытыми. Верх полотенца едва удерживал аккуратную, но явно не «маленькую» грудь, подчеркивая тонкую талию.

Она не выглядела испуганной. Скорее — раздраженной.

– Вика, я же просила принести мне крем… – Соня осеклась, заметив двух посторонних мужчин, пялящихся на нее.

Ее светло-карие, почти золотистые глаза холодно скользнули по Артему, который выглядел так, будто у него случился системный сбой, а затем перешли на Лешу.

Леша, придя в себя первым, присвистнул, не скрывая восхищения.

– Ого… Кажется, я начинаю любить эту квартиру.

Соня смерила его ледяным взглядом. Ни тени смущения, ни попытки прикрыться получше. Она лишь поправила узел полотенца на бедре, из-за чего оно приподнялось еще выше, едва не открыв лишнего.

– Вы еще кто такие? – голос у нее был капризный и властный.

– Ваши новые соседи, – Леша сделал шаг вперед, облокотившись о косяк. – Механики. Можем починить кран… или составить компанию в душе, если там скучно.

Соня окинула его взглядом с ног до головы, задержавшись на рельефном прессе, но на ее лице не дрогнул ни один мускул.

– Механики? – она брезгливо поморщилась. – Понятно. Вика!

Вика высунулась из кухни, побледнев при виде открывшейся картины.

– Соня, я… я забыла сказать, они только что заехали!

– В следующий раз предупреждай, когда в доме заводятся посторонние запахи дешевого одеколона, – холодно бросила блондинка.

Она развернулась, одарив парней видом на свою спину и идеальные очертания попы, едва прикрытой тканью, и неспешно, покачивая бедрами, ушла в свою комнату. Дверь захлопнулась с выразительным стуком.

В коридоре повисла тишина.

– Тема, закрой рот, муха залетит, – Леша первым нарушил молчание, хотя у самого в глазах все еще стоял образ блондинки.

– Она… она что, даже не смутилась? – Артем наконец выпрямился, потирая затылок. – Лех, она на нас как на мусор посмотрела.

– Это не мусорный взгляд, брат, это вызов, – Леша довольно ухмыльнулся, потирая руки. – Видел, какие у нее тапки? Дороже, чем вся наша комната. И полотенце брендовое. Бабка сказала, их двое, но эта явно не из простых.

– Она красивая, – честно признал Артем, все еще глядя на закрытую дверь. – Но какая-то… колючая.

– Колючие розы интереснее всего обрывать, – Леша подмигнул другу. – Иди, разгружай шмотки. Кажется, учеба на механиков в этом семестре будет второстепенным занятием.

Вечером, когда парни уже более-менее обосновались, на кухне началось движение. Вика пыталась приготовить что-то простое, а Соня, уже переодетая в шелковый халатик, который скрывал немногим больше, чем полотенце, сидела на подоконнике с айфоном последней модели.

Леша, решив не терять времени, завалился на кухню.

– Девчонки, у нас по закону гостеприимства положен ужин новым жильцам. Или хотя бы чай.

Вика вздрогнула, едва не выронив нож.

– Я… я могу сделать бутерброды…

– Не утруждайся, Вик, – не отрываясь от телефона, произнесла Соня. – У них наверняка есть запас доширака на месяц вперед. Типичный рацион студентов.

– Предпочитаю домашнюю кухню, – Леша подошел ближе к Соне, нарушая ее личное пространство. – Но если ты предложишь что-то экзотическое, я не откажусь.

Соня медленно подняла на него глаза. Вблизи она казалась еще красивее — идеальная кожа, ухоженные ногти, аромат дорогого парфюма, который никак не вязался с этой старой квартирой.

– Ты всегда такой самоуверенный или только когда без майки? – спросила она, оглядывая его татуировку на предплечье.

– Только когда вижу цель, которая мне нравится, – парировал Леша.

– Твоя цель сейчас — не мешать мне ждать доставку из ресторана, – она спрыгнула с подоконника, едва не задев его плечом. – Вика, идем в комнату. Здесь слишком много… тестостерона.

Когда девушки ушли, на кухню заглянул Артем.

– Ну что, «мастер пикапа»? Отшили?

– Это была разведка боем, – Леша взял со стола оставленное Викой яблоко и с хрустом откусил. – Она непростая. Брат, бизнес, деньги… Слышал, как она с Викой разговаривает? Как королева с фрейлиной.

– Вика хорошая, – тихо сказал Артем. – Она мне книгу дала почитать, когда ты в душе был. Про дизайн.

Леша расхохотался, хлопая друга по плечу.

– Дизайн? Тема, ты гаечный ключ от отвертки через раз отличаешь, какой тебе дизайн! Ты лучше посмотри на них. Одна — тихая мышка с зелеными глазами, другая — ледяная принцесса в полотенце. Мы попали в малинник, дружище. Главное — не сгореть, как на той кухне в общаге.

Артем вздохнул, вспоминая холодный взгляд светло-карих глаз Сони. Ему почему-то казалось, что сгореть здесь будет гораздо проще, чем кажется.

А за закрытой дверью соседней комнаты Соня сидела на кровати, глядя в окно.

– Соня, они вроде нормальные… – тихо сказала Вика, раскладывая эскизы. – Немного шумные, но Леша веселый.

– Леша — бабник, это на лбу написано, – отрезала Соня, рассматривая свой идеальный маникюр. – А второй… второй тормоз какой-то. Но высокие, ладно. Хоть будет на кого посмотреть, пока я здесь торчу.

Она вспомнила, как Леша нагло рассматривал ее в коридоре. Большинство парней при виде ее в одном полотенце либо краснели и убегали, либо начинали мямлить. Этот же стоял как вкопанный и сканировал ее взглядом так, будто уже знал, что под полотенцем.

– Посмотрим, на сколько их хватит, – прошептала она самой себе, и на ее губах появилась едва заметная, совсем не холодная улыбка.

Жизнь в трехкомнатной квартире обещала быть долгой. И очень жаркой.