Frjvgyh

Хёнджин никогда не считал себя робким, но стоять посреди огромной, залитой солнечным светом гостиной поместья Ли в чем мать родила было... испытанием.

Его наняли неделю назад. Управляющий, суровый мужчина с холодным взглядом, объяснил правила четко и ясно: господин Ли Минхо — человек специфических вкусов. Его муж, господин Хан, сейчас в длительной командировке, и в его отсутствие дом должен сиять. Но была одна деталь, прописанная в контракте мелким шрифтом, которую Хёнджину озвучили лишь в первый рабочий день.

— Вы работаете без одежды, — произнес управляющий, даже не моргнув глазом. — Это эстетическое предпочтение хозяина. Камеры в доме отключены, конфиденциальность гарантирована. Ваша зарплата втрое выше рыночной. Вы согласны?

Хёнджин, которому отчаянно нужны были деньги на оплату учебы в художественной академии, сглотнул и кивнул. В конце концов, это просто тело.

И вот теперь он медленно протирал пыль с антикварных ваз, чувствуя, как прохладный воздух кондиционеров ласкает его кожу. Хёнджин был красив, и он это знал. Длинные светлые волосы были собраны в небрежный хвост, тонкая талия и длинные ноги двигались плавно, почти танцуя. Он надеялся, что Минхо вернется из своей поездки поздно, когда смена Хёнджина уже закончится.

Тишина дома убаюкивала. Хёнджин поднялся на второй этаж, в святая святых — кабинет хозяина. Ему сказали, что Ли Минхо вернется только через три дня.

Он наклонился над массивным дубовым столом, тщательно вытирая поверхность полированного дерева. Его отражение в столешнице выглядело сюрреалистично. В этот момент за его спиной раздался тихий щелчок открываемой двери.

Хёнджин замер. Сердце пропустило удар, а затем забилось в самом горле.

– Я не припоминаю, чтобы заказывал доставку такого изысканного десерта прямо в мой кабинет, – раздался низкий, бархатистый голос, от которого по спине Хёнджина пробежал табун мурашек.

Хёнджин медленно выпрямился и обернулся, прикрывая пах тряпкой в жалкой попытке защититься. У двери стоял Ли Минхо. Он выглядел безупречно: дорогой черный костюм, расстегнутая на верхнюю пуговицу рубашка и взгляд... Взгляд, который буквально раздевал, хотя раздевать было уже нечего.

– Г-господин Ли... – выдохнул Хёнджин, чувствуя, как щеки вспыхивают алым. – Мне сказали, что вы вернетесь в четверг.

Минхо медленно вошел в комнату, толкнув дверь ногой, и та закрылась с глухим стуком. Он не сводил глаз с Хёнджина, проходясь по его телу жадным, оценивающим взором.

– Планы изменились, – Минхо бросил ключи на столик у входа и начал медленно снимать пиджак. – И, кажется, к лучшему. Как тебя зовут?

– Хёнджин, – прошептал парень, не в силах пошевелиться.

– Хёнджин... – Минхо смаковал его имя, будто пробовал дорогое вино. – Ты здесь новый? Джисон всегда выбирал персонал с хорошим вкусом, но ты... ты просто произведение искусства.

Минхо подошел ближе. Хёнджин почувствовал аромат его парфюма — терпкий, с нотками кожи и сандала. Хозяин дома остановился в шаге от него, и Хёнджин понял, насколько этот человек властный. В его глазах плясали искры неприкрытого вожделения, смешанного с опасной игривостью.

– Почему ты дрожишь? – спросил Минхо, протягивая руку. Его пальцы коснулись подбородка Хёнджина, заставляя того поднять голову. – Тебе холодно? Или ты боишься?

– Я... я просто не ожидал, – честно признался Хёнджин, завороженный глубиной темных глаз.

– В моем доме ты должен быть готов ко всему, – Минхо усмехнулся, и эта ухмылка была чертовски порочной. – Ты ведь читал контракт? Ты должен убираться. Продолжай.

– Но вы здесь... – Хёнджин запнулся.

– Именно. Я здесь, и я хочу посмотреть, как ты работаешь. Не отвлекайся на меня. Представь, что я — просто часть интерьера.

Минхо сел в свое глубокое кожаное кресло, закинул ногу на ногу и жестом приказал продолжать. Хёнджин, сгорая от стыда и странного, пугающего возбуждения, повернулся спиной к хозяину и снова наклонился к столу. Он чувствовал на своей коже тяжелый, физически ощутимый взгляд Минхо.

– У тебя прекрасная спина, Хёнджин, – голос Минхо доносился будто издалека. – И очень аппетитные бедра. Джисон определенно знал, что делает, когда нанимал тебя.

– Господин Ли, это... не совсем профессионально, – попытался возразить Хёнджин, хотя его собственные соски уже затвердели от напряжения.

– Профессионализм закончился в тот момент, когда ты переступил порог этого дома голым, – парировал Минхо. – Подойди ко мне.

Хёнджин замялся, но ослушаться не посмел. Он медленно подошел к креслу, чувствуя себя абсолютно беззащитным. Минхо потянулся вперед и схватил его за бедра, притягивая к себе. Хёнджин ахнул, когда его голая кожа соприкоснулась с грубой тканью брюк Минхо.

– Знаешь, Хёнджин, – прошептал Минхо, глядя ему прямо в глаза, – я очень устал в этой поездке. Мне нужно расслабиться. И я думаю, ты — именно то, что мне нужно.

– Но ваш муж... – Хёнджин попытался вставить слово разума, но рука Минхо уже скользнула выше, сжимая его ягодицу.

– Джисон не против, если я немного... развлекусь. У нас свои договоренности. А вот ты, кажется, очень хочешь узнать, на что я способен.

Минхо резко потянул его на себя, заставляя Хёнджина сесть к нему на колени. Хёнджин почувствовал твердость между ног мужчины и невольно вскрикнул.

– Тсс, – Минхо прижал палец к его губам. – Не кричи. В этом доме отличная звукоизоляция, но мне нравится, когда мои игрушки ведут себя тихо... или стонут только тогда, когда я разрешу.

Он впился в губы Хёнджина грубым, властным поцелуем. Это не было похоже на нежность; это было заявление о правах собственности. Хёнджин, вопреки здравому смыслу, ответил на поцелуй, обвивая руками шею Минхо. Его тело, истосковавшееся по прикосновениям, предательски отозвалось на каждое движение опытных рук.

Минхо оторвался от его губ, оставляя их припухшими и влажными.

– Ты такой горячий, – прорычал он. – Я хочу видеть тебя на этом столе. Развернись.

Хёнджин послушно поднялся, его ноги подкашивались. Он лег на дубовую столешницу, которую только что чистил, чувствуя ее холод спиной. Минхо быстро избавился от своей одежды, и Хёнджин не смог сдержать восхищенного вздоха — тело хозяина было идеальным, мускулистым и мощным.

– Ты ведь хочешь этого, правда? – Минхо навис над ним, раздвигая его ноги.

– Да... – выдохнул Хёнджин, закрывая глаза. – Пожалуйста, господин Ли.

– Зови меня Минхо, – приказал тот, входя в него одним резким толчком.

Хёнджин выгнулся, вцепляясь пальцами в края стола. Боль быстро сменилась всепоглощающим жаром. Минхо двигался уверенно, мощно, заполняя собой все пространство. Каждое его движение было наполнено первобытной силой и пошлостью, о которой Хёнджин раньше только догадывался.

– Смотри на меня, – потребовал Минхо.

Хёнджин открыл глаза, встречаясь с взглядом, полным триумфа.

– Ты теперь мой, Хёнджин. Моя личная, красивая горничная. И я буду делать с тобой всё, что захочу.

Комнату наполнили звуки ударов тел и прерывистое дыхание. Хёнджин тонул в этих ощущениях, понимая, что его жизнь в этом доме только что изменилась навсегда. Когда экстаз накрыл их обоих, Хёнджин выкрикнул имя Минхо, чувствуя, как по телу разливается сладкая слабость.

Спустя некоторое время Минхо аккуратно отстранился, погладив Хёнджина по щеке.

– Ты отлично справился с уборкой, – усмехнулся он, накидывая халат. – Но, думаю, завтра тебе придется начать заново. Здесь стало немного... грязно.

Хёнджин лежал на столе, пытаясь отдышаться, и смотрел на потолок. Он знал, что это неправильно, что это безумие, но, глядя на удаляющуюся фигуру Минхо, он понимал одну вещь.

Он с нетерпением ждет завтрашнего дня.